«Га́дкие ле́беди» (в части публикаций «Вре́мя дождя́») — повесть братьев Стругацких 1967 года, трактуемая авторами как «реалистическая фантастика». Первоначально должна была выйти в сборнике издательства «Молодая гвардия» в 1968 году, но не прошла цензуру. С того же года машинописи, подаваемые в редакции периодических изданий, попали в «самиздат» и активно распространялись.
Действие разворачивается в неизвестной стране. Модный писатель Виктор Банев оказывается в городе своего детства фактически в ссылке, поскольку лично господином Президентом ему предложено «перестать бренчать». В этом городе проживают бывшая жена Банева и их дочь-подросток. Обывателей беспокоит, что их детей отчуждают от родителей «мокрецы». Об этих существах в масках говорят, что они генетически больны (однако мокрецов курируют военные), а также что именно они устроили дождь, не прекращающийся в городе уже много лет подряд. Банев в основном занят выпивкой и много рассуждает о ценности творчества, пытаясь при этом разобраться, что же происходит в таинственном городе. В финале писатель оказывается свидетелем конца старого мира и наступления нового: все дети ушли к «мокрецам». После этого спиртное и наркотики обращаются в родниковую воду, рушатся бетонные крепости и ржавеет оружие. Рассеиваются тучи, и в солнечном ярком новом мире дети мгновенно становятся взрослыми. Банев счастлив увидеть всё это, но новый мир не принадлежит ему, и он должен «не забыть вернуться».
В 1972 году повесть без ведома авторов была опубликована в ФРГ издательством «Посев». В СССР в сокращении впервые увидела свет в 1986 году — в журнале «Изобретатель и рационализатор» (№ 9 и 10). Вариант текста под названием «Время дождя» увидел свет в 1987 году в журнале «Даугава» и в 1988—1989 годах в журнале «Природа и человек». Параллельно текст повести был включён в роман «Хромая судьба», издание которого вышло в 1989 году. Книжные издания «Гадких лебедей» выходили в 1991 году в Москве (сборник научной фантастики № 34 издательства «Знание») и в Таллине. «Гадкие лебеди» неоднократно переиздавались как в составе романа «Хромая судьба», так и отдельным текстом. В 33-томном полном собрании сочинений Стругацких отдельный текст «Гадких лебедей» с вариантами рукописных версий и комментарием был помещён в 11-й том, будучи включённым в контекст творчества Стругацких второй половины 1960-х годов.
Запоздавшая публикация не снизила интереса критиков и литературоведов к повести. В перестроечные годы были распространены упрощённо-политизированные трактовки текста как описания судьбы творца в тоталитарном обществе, причём прототипом Виктора Банева считался Владимир Высоцкий. В понимании философов и социологов, в частности В. В. Сербиненко или Б. В. Межуева, «Гадкие лебеди» диагностируют переходный период развития Стругацких как социальных мыслителей, когда они приступили к радикальному пересмотру коммунистической утопии и разработке своей базовой концепции раскола человечества на элиту и большинство, сопряжённую с пессимизмом относительно светлого будущего, которое «создаётся тобой, но не для тебя».
В 1986 году Стругацкие сотрудничали с кинорежиссёром К. Лопушанским, написав для него сценарий по мотивам повести, названный «Туча». Отвергнутый режиссёром и 1-м творческим объединением киностудии «Ленфильм», сценарий в 1987 году был опубликован как самостоятельное произведение. Фильм «Гадкие лебеди», поставленный К. Лопушанским в 2006 году, получил сдержанную или негативную оценку критиков и не имел успеха в прокате. Борис Стругацкий не принимал участия в этом проекте.
Сюжет
Действие происходит в неопределённое время, в неназванном городе, в безымянной стране, в тоталитарном государстве «с черновыми общими чертами капиталистического строя». Авторская вселенная построена на элементах, присущих разным восточноевропейским странам: национальный флаг польский — двухцветный, красно-белый, денежная единица чехословацкая — крона, фамилия главного героя Банев имеет явно болгарское звучание. В то же время упоминаются чины из Табели о рангах. Страна пережила большую войну, закончившуюся примерно за двадцать лет до начала событий, описанных в повести.
Главный герой — модный писатель Виктор Ба́нев, человек средних лет, любитель выпить и покутить. Он вынужден покинуть столицу, опасаясь возможных репрессий со стороны господина президента, лично приказавшего ему «перестать бренчать». Виктор приезжает в провинциальный город, в котором провёл своё детство. Там живут его бывшая жена Лола и их дочь-подросток Ирма. Писатель попадает в череду странных событий, связанных с «мокрецами» или «очкариками» — людьми, о которых говорят, что они поражены некоей генетической болезнью. Молва упорно твердит, что именно мокрецы наслали на город дождь, не прекращающийся много лет подряд. Мокрецы живут в лепрозории, специально построенном в Лошадиной лощине и охраняемом военными частями. Взрослые обыватели города боятся мокрецов, а подростки их просто обожают, в том числе и дочь Банева Ирма. Мальчик Бол-Куна́ц, приятель Ирмы, приглашает писателя встретиться с учениками гимназии, которые поражают его своими оригинальными взглядами и поведением.
Банев попеременно живёт то в гостинице, в ресторане которой каждый вечер выпивает, то в санатории, где работает медсестрой его подруга-любовница Диана, сочувствующая мокрецам. Диана последовала за своим бывшим мужем, философом Павлом Зурзмансо́ром, который «переродился» в мокреца. Писатель Банев пытается «быть на своей стороне», руководствуясь в первую очередь эмоциональными предпочтениями. Если мокрецы и воспитанные ими вундеркинды ему непонятны, но вызывают уважение, то бургомистр ставит на мокрецов капканы, а полицмейстер постоянно задерживает идущие в лепрозорий грузы. В основном это книги, так как чтение для мокрецов подобно пище: лишённые книг, они погибают от голода. Банев помогает Диане вызволить попавшего в капкан мокреца, вступается за него в ресторане, угоняет задержанный полицией грузовик с книгами и доставляет груз в лепрозорий.
Банев обсуждает мокрецов в застольных беседах с главврачом лепрозория Юлом Го́лемом, спившимся художником Рэмом Квадригой и санитарным инспектором Па́вором Су́мманом. Баневу не нравятся ни местные патриоты, организованные в Легион во главе с губастым Фламином Ювентой, ни военные во главе с неким генералом Пфердом. Голем утверждает, что мокрецы совершенно ничем не больны, а являются представителями будущего человечества, новым генетическим видом людей, интеллектуально и морально превосходящим нынешних обывателей.
События начинают развиваться драматически. Павор Сумман оказывается не санитарным инспектором, а сотрудником контрразведки, собирающим всевозможные сведения об обитателях лепрозория. Когда Банев узнаёт, что Сумман пытался захватить мокреца (чему был свидетелем и получил удар кастетом по голове), он обращается к людям, похожим на силовиков из конкурирующего ведомства. Суммана арестовывают прямо в гостинице, и он исчезает. Сотрудники департамента, которым Банев донёс на мнимого санитарного инспектора, награждают его от имени президента медалью «Серебряный Трилистник» 2-й степени (третья у Банева уже была за подвиги на минувшей войне) и дают понять, что за проявленную лояльность господин президент милостиво согласился снять с писателя опалу. Теперь Банев может возвращаться в столицу, ничего не опасаясь. Но он остаётся в родном городе, наблюдая за происходящим.
В финале события несутся вскачь: все дети уходят от родителей к мокрецам, которые начинают строительство нового мира, а остальные жители города эвакуируются. Зурзмансор прощается с Баневым, сказав напоследок: «Будущее создаётся тобой, но не для тебя. Вы, наверное, это уже поняли». Дождь прекращается, восходит солнце, и под его лучами город испаряется. Голем сообщает Баневу, что мокрецов больше нет, не будет и не было, и предлагает уезжать, на что получает ответ: «На кой чёрт я нужен, если я не посмотрю? Это же моя специальность — смотреть». Диана тоже остаётся с Баневым: «У меня же теперь никого больше нет, кроме этого человека». Появляются Ирма и её приятель-вундеркинд Бол-Кунац — совсем взрослые и полные счастья. Диана рассмеялась. Виктор посмотрел на неё и увидел, что это ещё одна Диана, совсем новая, какой она никогда прежде не была, он и не предполагал даже, что такая Диана возможна, — Диана Счастливая. И тогда он погрозил себе пальцем и подумал: всё это прекрасно, но вот что, не забыть бы мне вернуться.
История создания и публикации
Замысел и его реализация Борис Стругацкий в общем к их совместному с братом творчеству «Комментарии к пройденному» даже не стал выделять «Гадких лебедей» и мало говорил об истоках идеи повести. Первые упоминания «Гадких лебедей» (именно под этим названием) в рабочем дневнике и переписке относятся к началу 1966 года, когда на философскую фантастику и лично на Стругацких началась спланированная атака в прессе (на уровне официоза «Известия»), приуроченная к завершению процесса Синявского и Даниэля. Авторы в переписке даже собирались срочно написать нечто «весёлое и жизнеутверждающее» — впрочем, быстро отказавшись от этой идеи. В письме Бориса Стругацкого брату от 27 февраля 1966 года предлагается в апреле приступить к написанию «Гадких лебедей», хотя далее пришлось выбирать между этим замыслом и «Вторым нашествием марсиан». В обмене письмами 22—26 марта братья сошлись во мнении, что «путь в настоящую литературу лежит только через реалистического героя, через преодоление романтизма. Однако реалистический герой в утопической фантастике практически, видимо, невозможен» и «придётся переходить полностью на обобщённую систему настоящее-будущее, а ля Лем, а это жаль». В ответном послании Борис Стругацкий сформулировал дальнейший план действий: Страны-символы, эпохи-символы, люди-символы — вот что надо, на мой взгляд. <…> По сути — это всё старые наши представления о создании миров в литературе, только надо создавать их максимально реалистическими и минимально романистическими. В этом смысле совершенно неважно, где будут происходить — на острове или в соседствующем пространстве. <…> Мы сейчас в кризисе. Мы рвём последнюю пуповину (впрочем, может быть не последнюю, а одну из последних), связывающую нас с классической фантастикой.
В офлайн-интервью на сайте «Русская фантастика» (реплика 3 декабря 2000 года) Борис Стругацкий вспоминал, что в первоначальном замысле речь шла о «столкновении современного человечества (в лице поручика пограничных войск Банева) с (в лице странного племени „мокрецов“, обитающего на окраине некоего тоталитарного государства)». Однако замысел вызревал медленно. Первые наброски зафиксированы в рабочем дневнике соавторов от 5 октября 1966 года. Здесь упоминаются два племени — «мокрецов» и «нантов», полубезумный тренер, готовящий команду специально для игр под дождём, а также доктор и контрразведчик. 16 ноября подробный план был разработан и началось написание черновика, но он показался авторам неудачным и был брошен на 24-й странице. В рабочем дневнике от 21 ноября прямо сказано: «Вечером отказались от всего написанного. Начинаем с нуля» — и представлен список персонажей, практически не отличающийся от реализованного. У соавторов окончательно формируется идея, что мокрецы и есть «гадкие лебеди» — люди Будущего, вынужденные вернуться в своё прошлое и вырастить людей, которые не дадут это будущее изуродовать. Когда Банев из военного сделался «опальным писателем», пришла и концепция «будущее создаётся тобой, но не для тебя». Работа над новой версией началась 24 ноября, итогом её стала 171-страничная машинопись, покрытая густым слоем правок. Этот вариант заканчивался сценой, когда Банев думает, что он превратился в мокреца, а затем узнаёт, что у него всего лишь аллергия на клубнику. Врач Голем произносит реплику: «Бедный прекрасный утёнок!»