А́рмия (от «вооружать») — историческое название вооружённых сил.
В военном деле Руси вооружённые силы назывались «ратью». В Русском царстве вооружённые силы назывались «войском». С созданием в начале XVIII века регулярной армии в России термин «войско» заменяется термином «армия» и «флот», позднее на смену пришёл термин «вооружённые силы», а слово «армия» стало чаще использоваться в . На конец XIX столетия слово «Армия» имело несколько значений. В широком смысле — совокупность сухопутных вооружённых сил какого-либо государства. В узком смысле — соединение вооружённых сил значительной величины, действующее на одном театре войны, под единым руководством, для достижения определённой цели (причем сила и состав этой массы соответственно обстоятельствам могли быть весьма различны).
История организации армий
Армии Древнего мира
В первобытном обществе народ и войско являлись понятиями тождественными. Все свободные лица мужского пола, способные носить оружие, были воинами. Но специализация занятий, сопровождавшая переход народов к оседлому состоянию, особый характер развития культуры и основные черты политического устройства возникавших государств оказывали неотразимое влияние на военную организацию народов.
В Древней Индии и Древнем Египте воины выделились в особые наследственные касты.
Такой же кастовый характер носило и военное устройство Спарты, но здесь военную касту составил весь народ в полном его составе (дорийцы). В Спарте право оружия принадлежало одним лишь дорийцам; остальное свободное население (периэки) и рабы (илоты) могли лишь быть призываемы к оружию.
В Афинах и в других древнегреческих республиках вооружённые силы государства составлялись из свободных граждан. Так как граждане призывались к оружию лишь в случае войны, то вооружённые силы этих республик имели характер гражданских милиций. Постоянные войска в этих государствах имелись в самом незначительном количестве и предназначались в мирное время преимущественно для охранной службы, которая вместе с тем служила подготовительной военной школой для юношей.
Однако, с увеличением продолжительности войн и с упадком воинственного духа среди народа, гражданское ополчение греческих республик постепенно заменилось наёмниками, которые сделались главным материалом для комплектования армии и флота. В Карфагене же наёмничество стало необходимым следствием незначительной численности природных граждан, сосредоточивших все свои интересы на обширной торговле; скопление громадных капиталов давало возможность этой республике покупать военные силы не только Африки, но и большей части Европы.
В Древнем Риме право ношения оружия принадлежало всем гражданам, как патрициям, так и плебеям; в случае войны армию образовывали или очередная триба, или весь народ, во всей его совокупности. Когда впоследствии вместо деления народа на трибы было принято, по предложению Сервия Туллия, деление его на классы по цензу, то есть по величине дохода, то беднейшие граждане были освобождены от обязанности нести военную службу и призывались к оружию лишь в случае крайней необходимости, причём за время нахождения под знамёнами получали определённое вознаграждение от правительства. Древний Рим в то время постоянных войск не знал; граждане его становились под оружие лишь в случае войны и распускались по заключении мира. Войско древних римлян носило, таким образом, характер народного ополчения.
Беспрерывные войны, которые вёл Рим, скоро видоизменили военное устройство Сервия. Коренному преобразованию оно подверглось при Гае Марии, победы которого в Югуртинскую войну создали ему чрезвычайно популярное положение в государстве. Производившееся им комплектование армии охотниками и притом преимущественно из беднейших классов населения — пролетариев — не только резко отделило военное устройство государства от гражданского, но и способствовало образованию специального военного сословия, для которого война сделалась профессией. Закрепление вступавших в ряды войска граждан на всё время войны наряду с продолжавшимися около 20 лет междоусобными войнами привело под знамёна громадное число людей, которые, свыкшись с боевой жизнью, представляли уже готовый материал для образования постоянной армии.
С началом императорского периода римской истории войска не созываются уже больше для одного похода, а остаются на службе и в мирное время; они комплектуются пролетариями, и уплата жалованья, бывшая ранее временным вспомоществованием, делается обычным правилом. Старый римский принцип, в силу которого в ряды армии могли вступать лишь римские граждане, подвергся со временем значительному искажению. Ещё Август строго разграничивал легионы из граждан от вспомогательных войск из иноземцев. Но со времени Веспасиана италики фактически были освобождены от военной службы, и легионы начали получать свои укомплектования из провинций, вследствие чего различие между ними и вспомогательными когортами всё более сглаживалось. Несмотря на существование принципа всеобщей воинской повинности, комплектование армии основывалось фактически на добровольном вступлении на службу и на вербовке. Эта армия, составленная из смеси национальностей, связывалась с государственным организмом лишь в лице императора; она даже имела свои особые, отличные от гражданского культа, обычаи; она была силой сама по себе, и эта сила, при отсутствии в законе правил о наследовании престола, возводила на трон императоров. Целые толпы варварских, германских народов стали вступать в ряды армии и при императоре Валентиниане I наёмные германские дружины составляли уже половину всех войск Римской империи.
Армии Средневековья У германцев, разрушивших Западную Римскую империю и основавших на её развалинах новые государства, войско носило характер народного ополчения (Heerbann). И здесь, как у всех первобытных народов, понятие войска и народа совпадало. Военное устройство древних германцев было основано на родовой связи. Но с превращением незначительных политических соединений в большие племенные союзы, с началом воинственного переселения народов и с завоевательным движением племён через римские границы, начала у германцев крепнуть королевская власть. Короли в раздаче земельных участков видели единственное средство к привлечению подданных к себе на службу. Дарование земельного участка было связано с обязанностью владельца участка являться с оружием в руках всякий раз, когда этого потребует король. Коронные вассалы обязаны были являться на службу к королю не только лично, но и приводить с собою отряды войск, численность которых находилась в зависимости от величины их лена. Необходимым следствием такого порядка вещей было то, что сеньоры, получившие в лен королевские имения, начали передавать участки их другим лицам на тех же условиях, на которых они сами получали их от короля, при чём последние, в свою очередь, становились в вассальные отношения к своим сюзеренам. Это соединение вассалитета с бенифициатом придало вооружённой силе феодальной Европы совершенно особый характер; она получила значение временных земских ополчений, обязанных являться на службу по первому требованию суверена.
В военном отношении феодальная система прежде всего повлекла за собой вытеснение народного ополчения, состоявшего, главным образом, из пехоты, тяжело вооружённой рыцарской конницей, которая достигает военных успехов не в тактических организациях, предназначенных для атаки массами, а в одиночном бою, в зависимости от личного искусства и храбрости. Народное ополчение потеряло своё прежнее военное значение, а пехота сохранилась в средневековых городах, где цехи постепенно начали получать военную организацию.
Наряду с увеличением богатств вассалов шло также усиление их могущества. Часто они не являлись на службу к своему суверену и, даже более того, вступали в борьбу с королём. Ослабленная могуществом вассалов королевская власть находилась в критическом положении; для создания более или менее надёжной вооружённой силы ей приходилось по необходимости обратиться к наёмным войскам. С XIV—XV веков государи уже повсюду стремились получить от своих вассалов и прочих подданных взамен военной службы натурою денежные средства и использовать их на наём и снаряжение более надёжной вооружённой силы. К этому же времени в государствах Западной Европы появились странствующие военные дружины, предлагавшие свои услуги тем, от которых они ожидали более выгод; если не было войны, они содержали себя разбоями и грабежами.
Наёмничество ранее всего возникло во Франции. Уже начиная с XI века там стали появляться в значительном количестве наёмные дружины из брабансонов, швейцарцев, шотландцев и т. д., которые сначала употреблялись в виде дополнения к феодальному войску, а затем получили самостоятельное значение. По мере того как феодализм приходил в упадок, потребность в наёмной силе всё более увеличивалась и наряду с чужеземными наёмными войсками, к концу XIII века начинают появляться и местные военные дружины, так называемые compagnies franches — вольные роты, банды.
Первым королём, принявшим энергичные меры к уничтожению вольных рот, был Карл VII. Установив специальный налог для покрытия расходов на содержание войска, он получил возможность принять крутые меры и резко изменить прежнее положение вещей. Прежде всего целым рядом изданных королём ордонансов у частных лиц было отнято право составления вооружённых отрядов, и это право было отнесено исключительно к прерогативам короны. Лицо, желавшее посвятить себя военному ремеслу, должно было испросить у правительства патент (ордонанс) на образование роты, величина которой определялась вместе с выдачей патента; капитаны, получившие патент, становились ответственными перед верховною властью за все бесчинства и нарушения закона их ротами. Эти роты получили название ордонансовых (compagnies d’ordonance). Они стали первой постоянной армией в Европе, организованной на началах военного верховенства короля. Наряду с ордонансовыми ротами, представлявшими собою кавалерию, Карл VII пытался также организовать и пешую земскую милицию, но эти попытки оказались неудачными; при существовавших тогда земельных отношениях давать оружие в руки крестьянам представлялось делом опасным, а потому Людовик XI уничтожил крестьянскую милицию и начал комплектовать пехоту швейцарскими наёмниками путём вербовки.
Наёмничество в Германии организовалось в целую систему и завершилось в конце XV века учреждением ландскнехтских полков, тщательно обученных военному ремеслу и получавших постоянное жалованье. Ландскнехты в первый период своего существования были своеобразными дворянско-рыцарскими военными учреждениями; они имели особую организацию со своим внутренним самоуправлением, своим судопроизводством, со своими общинными обычаями. Право формирования ландскнехтских отрядов было почётным правом; им могли пользоваться лишь лица, посвящённые в рыцари и приобретшие боевую известность. После смерти императора Максимилиана I ландскнехты изменились в своём составе, пополняясь, главным образом, сильными ремесленными подмастерьями, и скоро превратились в обыкновенные наёмные отряды, которые, подобно швейцарцам, стали поступать на службу почти всех европейских государств, руководствуясь исключительно соображениями выгоды.
Наиболее благоприятную почву для своего развития наёмничество нашло в Италии, где оно вылилось в особую форму — кондотьерство. В Средние века в Италии каждый город составлял отдельное государство. Бесконечные распри и постоянная борьба между городами, нуждавшимися в наёмной вооружённой силе, привели к образованию вольных военных отрядов, начальники которых (кондотьери) или поступали со своими дружинами на службу городов или отдельных владетельных князей, или же вели войну в своих личных интересах, завоёвывая целые земли и города. С постоянным возрастанием могущества итальянских государств и с возвышением небольших городских республик постепенно исчезали и условия, благоприятствовавшие процветанию кондотьерства; оно начало исчезать с конца XVI века и постепенно заменялось народными милициями.