Взятие Парижа (фр. Siège de Paris) — военная операция франко-бургундских войск, осуществлённая в апреле 1436 года во время заключительного этапа Столетней войны.
Кампания 1435 года После неудачной осады Парижа Жанной д’Арк и нескольких лет военных действий, шедших с переменным успехом в Иль-де-Франсе и на границе с Нормандией, войска Карла VII весной 1435 года, накануне подписания Аррасского мира, вновь перешли в наступление. Коннетабль де Ришмон был назначен наместником на землях между Сеной и Йонной. 9 мая Сентрай и Ла Гир разбили при Жерберуа в Бовези англичан графа Арундела, а Орлеанский бастард 1 июня занял Сен-Дени, создав непосредственную угрозу Парижу.
Оставив в городе командовать маршала де Рошфора, бастард отправился к королю просить подкреплений. Было решено предпринять диверсию в направлении Нормандии. Войско Орлеанского бастарда и герцога Алансонского в начале сентября выступило к Вернёю, а после неудачного штурма предводители разделились, и бастард двинулся к берегам Сены, надеясь прервать английские коммуникации. 24 сентября он штурмом овладел Пон-де-Мёланом.
Тем временем Рошфор был осаждён в Сен-Дени армией Скейлза, Толбота и Уиллоуби и бургундцами маршала Франции и губернатора Парижа Вилье де Лиль-Адана. Ко времени этой осады уже было известно о скором подписании франко-бургундского договора, поэтому пикардийские части испросили у английских капитанов отпуск, чтобы не участвовать в военных действиях против будущих союзников.
Коннетабль де Ришмон 22 сентября покинул Аррас, чтобы оказать помощь Сен-Дени, но не успел это сделать, так как голод вынудил защитников согласиться со сдачей города, если они не получат помощи в течение трёх недель, и срок этого соглашения истёк 24 сентября.
Узнав в Санлисе о капитуляции Сен-Дени, Ришмон продолжил наступление, но, подойдя к городу и оценив позицию противника и его силы, счёл атаку слишком рискованной. Оставив часть войск в окрестностях Парижа, он отступил в Бовези.
Нормандская кампания началась успешно для французов, захвативших Дьеп, Вернёй и почти всю землю Ко, но затем Толбот и лорд Бомонт перешли в контрнаступление и вернули большую часть утраченных позиций, в том числе Пон-де-Мёлан.
Кампания 1436 года Потерпев неудачу в Нормандии, Карл VII решил предпринять наступление в Иль-де-Франсе. Коннетабль вызвался лично руководить операциями в регионе, тогда как Ла Гир и Сентрай должны были отвлекать силы противника в Нормандии, а герцог Алансонский и сеньоры де Лоеак и де Бёй — на бретонской границе в Котантене.
Повстанцы земли Ко были перебиты англичанами 29 января перед Кодебеком, где попал в плен лейтенант Ришмона Жиль де Сен-Симон, а Ла Гир был разбит Скейлзом под Руаном, но восстание в Котантене успешно развивалось, а 20 февраля, благодаря восстанию жителей, призвавших на помощь Вилье де Лиль-Адана, французы взяли Понтуаз, что позволило прервать коммуникации столицы с Нормандией. Наступая с востока, королевские войска в январе-марте последовательно взяли Сен-Жермен-ан-Ле, Бри-Конт-Робер, Шарантон и Венсенский замок, овладели крепостью Корбей и вышли на подступы к Парижу, замкнув кольцо блокады.
Положение в Париже Время для нападения на город было самым благоприятным, так как парижане, страдавшие от нехватки продовольствия, в этот момент ненавидели англичан как никогда ранее. С середины января в городском дворце постоянно заседала комиссия, составленная из купеческого прево Юга Лекока, двух членов Парламента, двух — Большого совета, и такого же количества от Счётной палаты и Шатле, и пытавшаяся найти средства для исправления ситуации.
Спешно призванный на помощь канцлер Луи де Люксембург под угрозой самых суровых наказаний заставлял горожан приносить присягу на верность Генриху VI. Текст этой клятвы был получен в столице 15 марта, но ещё 18 февраля для сведения жителей был опубликован ответ Филиппа Бургундского на запрос Большого совета, имевший целью показать населению, что ему нечего рассчитывать на герцога. Эти меры не принесли результата, так как парижане не хотели приносить присягу и знали о том, что герцог Бургундский перешёл на сторону французского короля. В городе началась подготовка к восстанию, сигналом для которого должно было стать появление под стенами Парижа французских войск.
Начало экспедиции 29 января Карл VII назначил Шарля Анжуйского губернатором столицы. 28 февраля от имени короля в Пуатье и от имени герцога Бургундского в Брюгге были опубликованы грамоты об амнистии для Парижа и всех городов, которые пожелают вернуться под руку короля.
Коннетабль, вернувшийся после окружения Парижа в Пуатье, был 8 марта назначен генеральным наместником Иль-де-Франса, Нормандии, Шампани и Бри, с поручением руководить операцией по взятию столицы вместе с бургундскими войсками. Если верить старинной биографии Артюра де Ришмона, на проведение экспедиции скаредный король выделил ему всего 1000 франков, а грансеньоры, которые должны были его сопровождать, в том числе герцог де Бурбон, граф де Вандом, канцлер, покинули его и вернулись ко двору.
Автор биографии сообщает, как факт, без намерения нанести оскорбление двору:
Король и его ближайшие советники не имели большого желания носить оружие и лично вести войну. И поэтому, сеньоры его крови остались по эту сторону Сены, герцоги Алансонский, Бурбонский и мессир Шарль Анжуйский, с легкостью предоставив усердствовать в войне за Сеной графу де Ришмону и простым капитанам величайшего мужества и доброй воли.
Отправляясь в экспедицию, Ришмон имел всего 60 копий, но в Ланьи, куда он прибыл 1 апреля, в Вербное воскресенье, он нашёл многочисленные компании Жана Фуко и Маэ Морийона. Гарнизонам Шампани и Бри, и другим частям был направлен приказ собраться у Понтуаза, куда сам главнокомандующий прибыл во вторник на святой неделе. Маршал Вилье де Лиль-Адан и другие бургундские капитаны, занимавшие Понтуаз — сеньоры де Варамбон, де Тернан, де Лален — вышли к нему навстречу, а Орлеанский бастард привёл войска из Боса. Собрав от пяти до шести тысяч воинов, коннетабль смог приступить к действиям.
Бои на подступах к городу Гарнизон Парижа был усилен частями, приведёнными из Англии Томасом де Бомонтом. Англичане попытались предупредить французское нападение и в пасхальный вторник 10 апреля в большом количестве выступили из города, разграбили Сен-Дени, который в то время, возможно, был занят каким-то французским отрядом, причём пострадал не только город, но и аббатство. Говорили, что один английский солдат вырвал золоченую чашу из рук священника прямо по окончании причастия.
В тот же день фурьеры коннетабля с Фуко, Морийоном, Ле-Буржуа и отрядом из 300 человек подошли к Сен-Дени, чтобы приготовить там квартиры для армии. Английские дозорные подняли тревогу, и люди Бомонта открыли интенсивную стрельбу. Французов было не более 700—800 человек, и Ле-Буржуа отправил вестника к коннетаблю за помощью. Ришмон выслал сира де Ростренана и Вилье де Лиль-Адана. Те заявили, что не могут нанести вреда противнику из-за неудобства позиции, и что у англичан 10 000 человек. «Все равно наступайте, — ответил коннетабль, согласно биографии, — чтобы завязать перестрелку; Бог нам поможет». Тернан отказывался наступать, пока его войскам не выплатят жалование, и Ришмону пришлось дать обязательство на сумму в 1000 экю.
Упорный бой произошёл у Эпине, в стороне от Сен-Дени. Англичане прикрылись ручьём, на котором удерживали мостик. Эта позиция несколько раз переходила из рук в руки, и в результате Вилье де Лиль-Адан был отброшен, но затем продвинувшиеся вперёд англичане увидели приближение основных сил коннетабля. Они бросились обратно, чтобы укрепиться за ручьём и защитить мост, но французы и бургундцы смяли их стремительной конной атакой и обратили в бегство. Три или четыре сотни были убиты, и большое число взято в плен, включая командира Томаса де Бомонта, которого схватил Жан де Ронивенан. Часть беглецов укрылась в Сен-Дени, в башне Салют, а остальные бежали в Париж, преследуемые до самых стен города, где некоторое их число настигли и убили у самого рва. У коннетабля не было достаточных сил для немедленного нападения на город, поэтому бургундцы после успешного окончания дела вернулись в Понтуаз, а Ришмон расположился в Сен-Дени, где осадил башню Салют, послав в Венсенский лес разыскать две бомбарды, чтобы проделать брешь.
Наступление на Париж В ночь среды Ришмон получил из Парижа сообщение о том, что к антианглийскому выступлению все готово, и когда армия подойдёт к городу со стороны Сен-Марселя, ей откроют ворота. Операция была назначена на утро пятницы. Оставив в Сен-Дени своего лейтенанта сира де Ла-Сюза со всеми рутьерами и приказом довести осаду до конца, Ришмон в великий четверг отправился в Понтуаз к бургундцам. Оттуда он послал Маэ Морийона и своего брата Жоффруа с 400 пехотинцами, чтобы устроить засаду в деревне Нотр-Дам-де-Шан, затем продвинуться до Пуасси, чтобы перейти Сену и соединиться с частями Орлеанского бастарда.
Стянув все свои силы, Ришмон выступил из Пуасси вечером в четверг 12 апреля, чтобы после ночного марша подойти к стенам Парижа с первыми лучами солнца.
Парижское восстание В Париже уже три месяца шла агитация за французского короля, и влиятельные буржуа составили заговор против англичан во главе с советником Счётной палаты и официалом на английской службе Мишелем де Лайе. Другими руководителями были брат Мишеля адвокат Парламента Жан де Лайе, Пьер де Ланкра, Тома Пигаш, Никола де Лувье, Жак де Бержьер, Жан де Лафонтен, и другие. Для усыпления бдительности оккупантов они 15 марта принесли Луи де Люксембургу требуемую присягу, и Ришмон, чтобы избавить заговорщиков от опасений, направил им королевские грамоты об амнистии. Участники комплота рассчитывали на то, что парижане, неизменно державшие сторону герцога Бургундского, поддержат выступление, зная, что освобождать город вместе с французами идут и бургундские войска во главе с Вилье де Лиль-Аданом, прежним капитаном Лувра и губернатором Парижа.
Маршал де Лиль-Адан, захвативший столицу в 1418 году, а затем оборонявший её от войск Жанны д’Арк, знал слабое место обороны города — отсутствие кругового пути с внутренней стороны стен, что делало невозможной быструю переброску войск на угрожаемые участки. Чтобы направить воинов от одних ворот к другим, требовалось пройти через центр города, где было всего четыре моста через Сену, которые с утра до вечера были заполнены народом. Не имя возможности оборонять разом все пятнадцать парижских городских ворот, оккупанты замуровывали от восьми до двенадцати, в зависимости от обстоятельств. Четверо ворот действовали почти всегда — Сен-Дени, Сент-Оноре, Сент-Антуан и Сен-Жак.
Утром 13-го заговорщики вышли на улицы, призывая горожан к оружию. Восстание мгновенно распространилось по городу, жители которого нацепили на себя белые французские кресты или красные бургундские кресты святого Андрея. Улицы перегородили цепями, чтобы ещё больше затруднить гарнизону возможности для манёвра. Англичане, в которых со всех сторон из окон летели стрелы, камни, поленья, не знали, куда бежать — подавлять ли им это внутреннее возмущение, или оборонять стены от угрозы извне.
Лайе предпринял ловкую диверсию, захватив ворота Сен-Дени, чтобы создать впечатление, будто французы готовят атаку с этой стороны, и оттянуть на себя основные силы гарнизона. Центральный рынок стал другим центром сопротивления. Когда англичане были стянуты на правый берег, кварталы и ворота левобережья оказались без защиты солдат гарнизона.