«Песни русских бардов» («Собрание песен русских бардов») — поэтический сборник, выпущенный в 1977 году в Париже (Франция) издательством «YMCA-Press» под редакцией Владимира Аллоя. Второе и третье издание вышли в 1978 году. Сборник представлял собой три (в третьем, улучшенном и дополненном, издании — четыре) тома текстов в сопровождении 30 (в третьем издании — 40) аудиокассет с магнитофонными записями песен.
В издании было широко представлено песенное творчество Владимира Высоцкого, Александра Галича, Юрия Кукина, слабее — Булата Окуджавы. Также включены песни Бориса Алмазова, Евгения Бачурина, Юрия Визбора, Александра Городницкого, Юлия Кима, Евгения Клячкина и некоторых других исполнителей. Наряду с авторскими текстами, были представлены также песни, исполненные бардами на слова других поэтов.
Марк Цыбульский особо отмечает, что антология «Песни русских бардов» стала и «самым первым собранием сочинений Высоцкого», причём включающим как тексты, так и фонограммы его песен.
В XXI веке сборники «Песни русских бардов» представляют собой библиографическую и коллекционную редкость.
История издания В своих мемуарах «Записки аутсайдера» Владимир Аллой отмечает, что в середине 1970-х годов советская авторская песня на Западе была малоизвестна. По сути дела западным слушателям, в том числе представителям ранних волн русской эмиграции, были доступны один диск Галича (выпущенный эмигрантским издательством «Посев»), два диска Высоцкого, вышедшие во Франции, и несколько пластинок Окуджавы фирмы «Мелодия». Между тем сам Аллой, эмигрируя из СССР, сумел с друзьями переправить за границу богатую коллекцию магнитофонных записей русских бардов — по его оценке, более тысячи песен десятков авторов. В 1976 году у него родилась идея издать эти песни.
Аллой обратился с предложением об организации издания сборника к одному из руководителей издательства «ИМКА-Пресс» — Никите Струве, который ценил творчество Высоцкого и интересовался песнями Бориса Алмазова, Валерия Агафонова (главным образом на слова Юрия Борисова). Практически всю предварительную работу — подготовку и набор текстов, монтаж издания — Аллой, по собственным воспоминаниям, брал на себя. Он же по её окончании должен был объявить через прессу о проведении подписки с предварительной оплатой, в соответствии с результатами которой определялся тираж издания. В переговорах акцентировалось, что для издательства этот проект не содержит финансовых рисков, зато может обернуться прибылью.
После получения согласия Струве, Аллой начал монтаж и перепечатку текстов. Эта работа была окончена к весне 1977 года. Аппаратуру для окончательного монтажа и подготовки предоставил француз Жиль Бернар, не понимавший по-русски, но при этом бывший поклонником Высоцкого, как певца. Обложки для отдельных томов делал художник-эмигрант Лев Нусберг. Подписка была объявлена в мае через газеты «Новое русское слово» и «Русская мысль». Заказы начали поступать сразу же, и в июне стало ясно, что издание себя окупает; при этом заказы продолжались даже после того, как официальные сроки подписки истекли.
Изготовлением тиража занимался Бернар, а Владимир и Рада Аллой проверяли каждую кассету на качество, чтобы избежать брака в раскодировании начала и конца дорожек из-за незнания Бернаром русского языка. Тираж первого издания был подготовлен к октябрю 1977 года. Его качество оставалось достаточно низким, что привело к некоторому количеству рекламаций. Поскольку уже планировалось второе издание, Аллой обратился к известному коллекционеру Владимиру Ковнеру, который по его просьбе подготовил список ошибок в текстах. Ковнеру также удалось передать издателям более качественные записи части песен. В работе над списком ошибок Ковнеру помогал звукорежиссёр Михаил Крыжановский, а в передаче материалов на Запад (сам Ковнер в это время был «в отказе») — жена французского дипломата (записи Окуджавы), туристки из Франции (кассеты Матвеевой, Кукина и Городницкого) и США (текстовые поправки). Основная масса была передана через посольство ФРГ немецкой аспиранткой, работавшей в Ленинграде над антологией русской поэзии. Над выверкой текстов Галича работал сам автор, «непоправимо уродуя верстку, поскольку вносил поправки гигантским фломастером». Однако вскоре после выхода первого тиража, 15 декабря 1977 года, Александр Галич трагически погиб от несчастного случая. Высоцкий же, располагавший к этому времени качественными фонограммами многих своих песен, хотя и радовался выходу «Песен русских бардов», со своей стороны никакого материала издателям предлагать не стал.
По воспоминаниям Аллоя, второе издание сборника выпустили «в следующем году, присовокупив тираж десятка отдельных авторских кассет…, что, по существу, составило третье издание». Высоцковед Марк Цыбульский уточняет, что второе издание, как и третье, состояло из трёх томов текстов и 30 кассет, а третье уже вышло в четырёх томах и 40 кассетах. Третье издание продавалось в США по цене 361 доллара — достаточно большие по тем временам деньги. В целом сборник оказался настолько прибыльным, что помог издательству «ИМКА-Пресс» преодолеть финансовый кризис, и затем Аллой на протяжении порядка пяти лет возглавлял это издательство.
Содержание Как отмечал рецензент журнала «Континент», «Песни русских бардов» не задумывались «как антология, как лучшее из лучшего» и включали произведения не только «настоящих поэтов» (к их числу он относил Окуджаву, Галича, Кима и Высоцкого), но и «бардов второго, третьего и n-го разряда». Сам Аллой тоже признавал: «приходилось выбирать: полнота или качество. Я выбрал первое». Однако именитые барды всё же были в основном представлены шире. По подсчёту Ростислава Полчанинова, в первых трёх томах сборника содержатся 209 песен Высоцкого и 106 песен Галича (в библиографии, составленной текстологом Андреем Крыловым, приводятся данные по каждой «серии» — соответственно 42, 28 и 29, всего в сумме 99), и слабо представлен лишь Окуджава с 24 песнями; третье место занимает Юрий Кукин — 80 песен. По подсчётам Дж. Ст. Смита в издании Index on Censorship (том 7, номер 2, 1978 год), в этих же трёх первых томах содержались: 48 песен Бориса Алмазова 41 песня Евгения Бачурина 39 песен Юрия Визбора 30 песен Евгения Клячкина по 20 песен Александра Городницкого и Юлия Кима.
Смит отмечал, что в сборниках не представлены некоторые из широко известных работ, выделяя в особенности «Песню про Серёжку Фомина» Высоцкого («Я рос, как вся дворовая шпана…»), «Разговор африканского принца с инженером Петуховым» Визбора и «Коктебель» Кима. При этом он добавлял, что «наиболее мощные вещи» Высоцкого «зачастую оказываются зажатыми между вещами, которые вряд ли нужно было воспроизводить вообще», а «два десятка песен Булата Окуджавы… представляют собой странную смесь известных и неизвестных песен».
В четвёртом, дополнительном томе снова был очень широко представлен Высоцкий с 85 песнями; таким образом, в общей сложности в сборник вошло почти три сотни песен в его исполнении (хотя не все, как показано ниже, его авторства). У Галича во всех четырёх томах количество текстов песен достигло 115.
Помимо неровности содержащегося в сборниках материала, критики указывали на отсутствие упорядоченности в его подаче: произведения рассортированы только по исполнителям и, как писал Смит, «[п]охоже, песни опубликованы просто в том порядке, в каком они были на магнитных плёнках». Кроме того, отмечалось, что поэтам-исполнителям приписывается авторство чужих произведений. Среди прочего, не было указано авторство стихотворений Бертольта Брехта, Юза Алешковского, Иосифа Бродского, Андрея Вознесенского, Бориса Слуцкого и Эдуарда Успенского. Только в одном случае — с песней Бачурина «Как по речке по Ирану» — указано авторство Велимира Хлебникова, и то, скорее всего потому, что на магнитофонной записи на это указывает сам Бачурин. В число же песен Высоцкого попали такие музыкально-литературные произведения, как «Очи чёрные» и «Утро туманное» — только из-за того, что он исполнял эти песни на концерте. У многих произведений не восстановлено авторское название и вместо него в оглавлении приводится первая строчка текста.
Несмотря на замеченные недостатки, «Песни русских бардов» пользовались значительным спросом, начиная уже с момента выхода; а в XXI веке представляют собой дорогостоящую библиографическую редкость.
Состав издания
Сидели, пили вразнобой… Как призывный набат… Истома ящерицей ползает в костях… Я весь в свету, доступен всем глазам… Небо этого дня ясное… Как все мы веселы бываем и угрюмы… На краю края земли, где небо ясное… В холода, в холода от насиженных мест… Сыт я по горло, до подбородка… Удар, удар, еще удар… В суету городов и в потоки машин… Вы мне не поверите и просто не поймете… Клёны выкрасили город… В далеком созвездии Тау-Кита… Стоял тот дом, всем жителям знакомый… Мой друг поехал в Магадан… А у дельфина взрезано брюхо винтом… Опасаясь контрразведки… Солдат всегда здоров, солдат на все готов… Чем славится индийская культура… Мерцал закат, как блеск клинка… О вкусах не спорят… Наверно я погиб… Здравствуй, Коля, милый мой… Не пиши мне про любовь, не поверю я… Поговори хоть ты со мной… Их восемь, нас — двое…
Мао-Дзе-Дун — большой шалун… Перед выездом в загранку… Я был слесарь шестого разряда… От скушных шабашей… Мой сосед объездил весь Союз… У нее все свое… Как-то вечером патриции… Кто верит в Магомета… Она была чиста, как снег зимой… Будут и стихи, и математика… Почему все не так… Темнота впереди, подожди… Я бегу, бегу, бегу, бегу… Ну вот, исчезла дрожь в руках… Сон мне: желтые огни… На судне бунт… Грязь сегодня еще непролазней… Рвусь из сил… За нашей спиною остались… И вкусы, и запросы мои странны… Эта ночь для меня вне закона… Ты идешь по кромке ледника… Рядовой Борисов… Я помню райвоенкомат… Кто сказал, все сгорело дотла…
Мой маленький гном… Ах, гостиница моя… Я губами солнце снял со щеки… Я лицо мукою мелкой побелю… 30 лет — это время свершений… А ночь надо мной распустила хвост Почему-то вдруг мне стало неспокойно… Я возвратился, сбросил… Мне в жизнь пути весенние… А, что вы думаете… Ничего, ничего, все пройдет… Я не романтик, нет, я не романтик… Сегодня обнаружил ровно в восемь… Где-то город качает детей… Милый мой, вы живете не так… Мое пальто, моя страна… Не надо, не надо, не думай об этом… Ну куда бежать от моей беды… Ну мне пора идти… Пусть море зовет — давай, давай… А над Петропавловском снова облака… Горы слева, горы справа… Понимаешь, это странно… Где ж ты, мой добрый волшебник…
Красотки, вот и мы, кавалергарды… Генерал-аншеф Раевский… Русская народная песня Любимая песня отличника Мы ходим, бродим… Песня о дороге Матросы играют в домино Собачья песня Я готов разреветься по-детски… Пусть без обеда оставит нас мама… Однажды рыжий Шванке…
Опять война стучится в наши двери… И когда на кровать… Когда на восток новобранцы идут… Когда похоронный патруль уйдёт… Глотнуть пивка я захотел… Джим завербован и Вилли взят… Немножко наивный, грустный немного… Закружило, завертело, забуранило… Человек разучился ходить босиком… Ой ты, ласточка… В станционных буфетах…
Лететь иль плыть к тебе… Открывайте шире ворота… Я молод был… Я говорю вам — жизнь красна в стране больших бутылок… Степь, ты полустепь — полупустыня… Адам в Эдеме… Право, какой упрямый… Едем, не едем… Завтра потоп… Под небом голубым… А ну-ка, приятель… В полночь я вышел на прогулку… Ох, одиноко мне… Слышу голос ангельский твой…
От злой тоски не матерись… У Геркулесовых столбов… Бушует ливень проливной… Протекают трюма… Над Канадой… Ах, не ревнуй меня… Пират, забудь о стороне родной… Позабыты недописанные книжки… Вы не верьте наветам тоски… Моряк, покрепче вяжи узлы… В промозглой мгле… Все перекаты да перекаты… Холодное солнце садится в залив… А женам надоели расставания… Мне разлука с тобой знакома… Укрыта льдом зеленая вода… Ты мне письмо прислать рискни-ка… По тайге гуляют звери… В окне звериными мордами…