Росси́йская национа́льная театра́льная пре́мия и фестива́ль «Золота́я ма́ска» — российский общественный проект, учреждённый Союзом театральных деятелей Российской Федерации (СТД РФ) в 1993 году (в некоторых источниках назван 1994 год) по инициативе председателя СТД РФ (1986—1996) народного артиста СССР М. А. Ульянова при участии театроведа В. Г. Урина и драматурга В. В. Павлова.
Первая церемония вручения состоялась в 1995 году. Учреждённый СТД РФ проект реализуется Автономной некоммерческой организацией «Фестиваль „Золотая маска“» при поддержке правительства Москвы и Министерства культуры Российской Федерации (2022).
Награда
Награду — образ «Золотой маски» — придумал и создал российский сценограф, народный художник России О. А. Шейнцис, бывший в то время секретарём СТД РФ. В 1993 году автор разработал эскиз, а к первой церемонии награждения (1995 год) изготовил из папье-маше в художественно-декорационном цехе театра «Ленком» первые семь экземпляров «Золотой маски». На изготовление каждой маски требовался месяц. В последующие годы маски стали изготавливать из фарфора, несмотря на то, что маски из папье-маше получились гораздо прочнее и долговечнее фарфоровых. «Эти маски бесценны, так как бесценен ручной человеческий труд. Сказать, что они не фарфоровые, что это не ювелирная работа, невозможно», — утверждает заведующая бутафорским цехом театра «Ленком» Татьяна Крылова. Сейчас, по её мнению, эти первые маски не уступают в цене дорогой ювелирной работе.
Вручаемая «Золотая маска» — изделие на зеркальной поверхности в раме. Изваяние представляет собой лицо в маскарадной маске. Олег Шейнцис взял за основу венецианскую маску, придал ей сходство с двуглавым орлом. Символ российской державности повторил контуры символа европейского театра. Маска «одета» в красную шапочку Арлекина. Во лбу находится «третий глаз» — ещё одна маска. Награда размещена на тёмном, блестящем, как зеркало, фоне, обрамлена в квадратную рамку. Дирекция предпочла сохранить тайну о составе фарфоровой на вид маски, намекнув только на нешуточную стоимость её изготовления.
История учреждения и становления премии
Учреждение 14 декабря 1994 года в Союзе театральных деятелей России состоялась пресс-конференция, посвящённая в том числе представлению новой театральной премии «Золотая маска». Перед журналистами выступили председатель СТД РФ Михаил Ульянов и секретарь правления Владимир Урин. Они сообщили, что у премии нет ни спонсоров, ни поддерживающих фондов, во избежание оказания давления и возникновения непредвиденных ситуаций. Премия задумывалась как некоммерческая, победители получают только маску и диплом. Михаил Ульянов считал, что это должна быть независимая профессиональная награда, присуждаемая за театральные достижения, «коллеги — коллегам» — так формулировал он основной принцип выдвижения и награждения.
Изначально премия была учреждена как московская, первые награждения (за сезон 1993—1994 годов) прошли в 1995 году. Для определения первых лауреатов СТД РФ разослал по театрам две тысячи анкет, которые и должны были выявить претендентов. Заполненными вернулись шестьсот анкет, результаты анкетирования были признаны успешными и с учётом публиковавшихся рейтингов критиков определили состав номинаций. Мнения критиков и анкетируемых практиков почти целиком совпали. Далее жюри в составе режиссёров, актёров и критиков тайным голосованием определило, кто из номинантов станет лауреатом. До церемонии награждения результаты голосования держались в секрете.
Выход на национальный (всероссийский) уровень Начиная с 1996 года, дирекцию фестиваля возглавлял Эдуард Бояков. На пресс-конференции 22 февраля 1996 года СТД РФ объявил премию национальной (всероссийской) и ещё раз подтвердил её профессиональный статус (работы оценивают только коллеги по цеху). Соблюсти же эти принципы при всероссийском масштабе премии оказалось непросто. Вывезти жюри в регионы на просмотр было практически невозможно (только одних премьер в профессиональных театрах за этот сезон состоялось около двухсот пятидесяти), а проводить единый отборочный тур слишком дорого. Найденный компромисс (московских номинантов отбирать путём опроса театральных деятелей, а всероссийских — среди победителей региональных и тематических фестивалей и из репертуара «Театра наций») не был лишён очевидных изъянов.
Результаты компромиссного решения не заставили себя долго ждать — если в 1996 году награждение прошло лишь с некоторым удивлением отдельных номинантов, то по результатам «Золотой маски» 1997 года разразился большой скандал среди критиков, самих театральных деятелей и всех вовлечённых в процесс сторон, включая Министерство культуры. Основные нарекания критикующих вызывал как раз механизм отбора спектаклей и формирования жюри «Золотой маски». Некоторые главные премии сезона достались региональным театрам (например, спектакль «Женщина в песках» Омского театра драмы победил сразу в трёх номинациях), и это породило массу критических замечаний, среди которых чаще всего звучало предложение разделить премию на московскую и региональную.
Немало поспособствовала критическим отзывам об этом сезоне «Золотой маски» и выбранная форма награждения, проходившего в Вахтанговском театре. Идеей церемонии, осуществлённой по замыслу режиссёра Владимира Мирзоева, стали «похороны театра в XX веке». Ведущие Юлия Рутберг и Сергей Маковецкий были одеты в костюмы могильщиков, Оксана Мысина произносила монологи от имени призрака Алисы Коонен. «Всё было очень деконструктивно. Публика визжала от гнева…», «Ближе к финалу галёрка начала свистеть и выкрикивать неприличности…» — так вспоминают эту церемонию некоторые издания.
Александр Калягин (председатель СТД РФ с 1996 года) признал в интервью газете «Известия» провал финальной церемонии 1997 года, но не согласился с критиками, по его мнению, зря поднявшими шум из-за получения главной премии Омским театром, и пообещал более тщательно подходить к организации следующих «Золотых масок». Калягин стремился к тому, чтобы премия стала именно российской: «Мне хочется, чтобы „Золотые Маски“ уезжали всё чаще далеко от Москвы, а не только оседали в столичных театрах. Чтобы были открытия, появлялись новые имена талантливых артистов, режиссёров, художников… Уверен — они есть в нашей огромной стране. И тогда „Золотая Маска“ будет ещё больше объединять театры России, объединять служителей сцены и зрителей!» Можно считать, что это ему удалось — хотя эта история была и не последним скандалом в хронике премии, но за время своего существования «Золотая маска» стала одним из главных театральных событий России, действительно открывая публике новые имена и лучшие творческие работы.
Несмотря на проблемы и критику «Золотая маска» продолжала развиваться. По словам Натальи Николаевой, работавшей директором по связям с общественностью в 1998—2005 годах: «Первые годы фестиваля — это совершенно особый командный дух, все делали одно дело, болели за это душой по-настоящему, не жалея себя. Нас было человек 10, наверное. Тон всему этому задавал, конечно, Эдуард. Структура нынешнего фестиваля была заложена как раз тогда, когда из московской премия переродилась в национальную. Я пришла в команду в год дефолта, когда финансирование было минимальным, спонсорское участие — практически невозможным. Помню, как по пути на работу подошла к киоску „Цветы“ у метро — нам нужны были цветы на церемонию — и попросила телефон руководства. Это оказалась какая-то оптовая цветочная база, я рассказала им о премии, так у нас появились бесплатные цветы на вручении. По этому принципу делалось многое, мои друзья печатали буклет, всё было на энтузиазме».
События 2015—2016 года «Во всём виноват „Тангейзер“» — так оценила события, происходившие с «Золотой маской» в этот период, в статье «„Золотая Маска“: кто и как расколол театральный мир» корреспондент РИА Новости Анна Кочарова. По её мнению, «раскол театрального мира» начался с выдвижения экспертным советом в список потенциальных номинантов премии скандально известного спектакля «Тангейзер», поставленного в Новосибирском театре оперы и балета режиссёром Тимофеем Кулябиным.
22 мая 2015 года в Туле на совещании Министерства культуры «О реализации основ государственной культурной политики Российской федерации» первый заместитель министра культуры РФ Владимир Аристархов в своей речи высказал резко критические замечания в адрес «Золотой маски». Основные претензии сводились к тому, что, по его мнению, «Золотая маска» поддерживает постановки, которые «очевидно противоречат нравственным нормам, очевидно провоцируют общество, очевидно содержат элементы русофобии, презрение к истории нашей страны, и сознательно выходят за нравственные рамки». Также он выказал сомнения в том, что государству в лице Министерства культуры и спонсору в лице Сбербанка стоит финансово поддерживать фестиваль «в том виде, в котором он имеется».
29 мая 2015 года стало известно, что независимый профсоюз актёров театра и кино (председатель профсоюза Денис Кирис) направил письмо министру культуры Владимиру Мединскому, в котором тоже раскритиковал «Золотую маску». По мнению неназванных членов профсоюза, «Золотая маска» не выполняет заявленные в её «Положении о фестивале и премии» цели и задачи, не имеет права называться «национальной», потому что вручается в основном санкт-петербургским и московским театрам, и авторы письма просили министра вмешаться в проблемы фестиваля.
В Министерстве культуры на запрос газеты «Известия» ответили, что ведомство не готово целиком разделить мнение Владимира Аристархова и позиция Минкультуры «будет сформирована позднее с учётом экспертизы профессионального сообщества». Но некоторые члены общественного совета Минкультуры поддержали критику в адрес «Золотой маски». Народный артист России Николай Бурляев назвал премию «доходным промыслом» и «междусобойчиком», в котором премии присуждаются «замкнутому кругу лиц, подчас исполненных русофобии и вседозволенности». Его коллега по общественному совету, Павел Пожигайло, присоединился к критике, утверждая, что «Золотая маска» «больше не может считаться национальной премией», а её лауреаты «пытаются эпатировать публику при полном отсутствии таланта».
Эти события вызвали горячее обсуждение в театральной среде и прессе. Высказывались актёры, критики, чиновники, журналисты. Мнения разделились. Часть высказывающихся присоединилась к критике, другая, наоборот, защищала «Золотую маску». В основном мнения сводились к тому, что премии нужны реформы. В октябре 2015 года скандал сделал ещё один виток — около ста критиков, возмущённых тем, что на формирование нового экспертного совета независимой премии, по их мнению, повлияло Министерство культуры, подписали письмо в адрес СТД РФ с требованием о роспуске «экспертного совета» «Золотой маски». По итогам многочисленных обсуждений, общественных слушаний и совещаний специально созданной СТД РФ и Министерством культуры рабочей группы, которые проходили с августа 2015 по апрель 2016 года, было разработано новое «Положение о премии и фестивале „Золотая Маска“» от 4 апреля 2016 года.
Организационная структура
Организаторы премии и фестиваля — Союз театральных деятелей Российской Федерации и Министерство культуры Российской Федерации — в вопросах организации и проведения действуют согласованно и принимают решения совместно на основе консенсуса. При этом, если консенсуса достичь не удаётся, решающее слово остаётся за председателем СТД РФ. Все права на использование товарного знака (знака обслуживания) «Золотая маска» по решению автора переданы учредителю премии — Союзу театральных деятелей Российской Федерации — и зарегистрированы в Роспатенте.