Зе́лия Мари́я Магдале́на На́ттолл (; 6 сентября 1857, Сан-Франциско, США — 12 апреля 1933, Койоакан, Мексика) — американский археолог и антрополог, наиболее известная как специалист по древностям Мексики и доколумбовым рукописям, первая исследовательница, доказавшая возможность использования мезоамериканских рукописей как исторического источника.
Родилась в Калифорнии в семье врача-англичанина и мексиканки, сестра бактериолога Джорджа Генри Наттолла. Получила образование во время длительного путешествия по Европе. Некоторое время была замужем за антропологом Альфонсом Пинаром, с которым официально развелась в 1888 году, однако именно он определил круг её научных занятий. После 1902 года бо́льшей частью проживала в Койоакане. В 1886 году опубликовала первое исследование керамических статуэток из Теотиуакана, однако впервые участвовала в археологических раскопках лишь в 1909 году (остров Ла-Исла-де-Сакрифиос близ Веракруса). Не имея формального академического статуса, Зелия Наттолл пользовалась высоким авторитетом в среде антропологов и археологов, состояла членом Археологического института Америки, Американского философского общества (седьмая женщина, избранная в его ряды); участница международных конгрессов американистов, опубликовала более 70 монографий, статей и изданий доколумбовых рукописей и архивных документов. В 1896 году входила в американскую делегацию на коронации Николая II и Александры Фёдоровны.
Несмотря на множество достижений, З. Наттолл придерживалась антикварного метода и допускала серьёзные ошибки: так, она считала, что цивилизации Старого и Нового света развивались синхронно, а финикийцы пересекали Атлантический океан. Как общественный деятель, она активно занималась возрождением древнемексиканских традиций и в 1928 году впервые с XVI века организовала празднование ацтекского Нового года. После кончины оказалась забыта, однако с начала XXI века её научное наследие стало интенсивно изучаться. Первая биография Зелии Наттолл была опубликована в 2023 году.
Биография
Происхождение. Годы становления (1857—1878)
Детство
Дед будущей исследовательницы — уроженец Теннесси Джон Пэррот — проживал в Мексике с 1834 года и долгое время состоял в любовной связи с мексиканкой Кармен Баррерой. Их незаконную дочь Магдалену отдали обучаться в католическую Академию Св. Иосифа в Эммитсберге (Мэриленд). По завещанию Магдалена получала бо́льшую часть имущества Джона, даже если у него будут дети в законном браке. В 1853 году Джон с Магдаленой переехал в Сан-Франциско, где имевший стартовый капитал Пэррот занимался спекуляциями с недвижимостью и товарами, пользующимися большим спросом. Далее он основал частный банк и успешно инвестировал в сельское хозяйство и рудники. В 1854 году Магдалену выдали замуж за друга и доверенное лицо Джона — врача Роберта Наттолла, происходящего из знатного рода Ланкашира, но родившегося в Ирландии; он был протестантом. В том же году у них родился сын Джон Роберт, а 6 сентября 1857 года на свет появилась дочь Зелия Мария Магдалена; далее родились дочь Кармелита и сын Джордж. Джон Пэррот заботился, чтобы его дочь, зять и внуки были обеспеченными и входили в число городской элиты. Большой семейный дом № 103 располагался на . Космополитичное семейство и городская среда способствовала многоязычию: мать говорила с детьми по-испански, слуги — на множестве языков (горничная-француженка и повар-француз, нянька из Нью-Йорка, экономка, прачка, кучер и конюх — ирландцы, девять чернорабочих-китайцев). В городе было впятеро больше мужчин, нежели женщин, поэтому представительницы этого пола были значительно менее ограничены в социальном и карьерном отношении, чем их товарки на Восточном побережье. Впрочем, Зелия, как и её мать, испытала на себе некоторые предрассудки как испаноговорящая католичка, ибо нативисты из партии Know Nothing стремились к господству белого протестантского меньшинства и третировали католиков, даже ирландцев. Кроме того, Пэррот и его родня были сторонниками присоединения Калифорнии к Конфедерации.
Путешествие в Европу
В 1865 году Роберт Наттолл принял решение переехать в Европу: он страдал болезнью почек, а его доходы не позволяли вести прежний образ жизни из-за высоких цен в Сан-Франциско, сдача дома в аренду позволяла безбедно существовать в Старом Свете. Европейское путешествие растянулось на 11 лет, в течение которых формировалась личность Зелии и сложился её интерес к лингвистике и древней истории. Биограф Мэрили Гриндл считала, что образование мисс Наттолл оказалось бессистемным, хотя в Дрездене, а затем в Лондоне она некоторое время получала формальное образование. Тогда же она приобрела вкус к «кочевой жизни» и до своего сорокапятилетия редко оставалась на одном месте дольше года. Путешествие Натоллов началось с фамильной усадьбы Титтур в Ирландии, где Роберт не был семнадцать лет. Зимовали все на юге Франции (Монпелье, Ним, Арль, Марсель, Тулон, Канны, Ницца), в 1866 году Роберт с семьёй поселился в Париже, где старшего сына Джона (Хуана) отдали в Коллеж Роллен, а Зелия училась на дому у мадемуазель Брика. В августе 1867 года Наттоллы переехали в Дрезден, где доктор Наттолл легко вошёл в медицинское сообщество, а его жена и дочь занимались немецким языком и искусством. В Дрездене родился сын Роберт Тибурсио, проживший всего десять месяцев, и в 1869 году дочь Роберта — последняя из шести детей Наттоллов. Зелия увлеклась ботаникой, в чём её всецело поощрял отец. В 1872 году семейство перебралось в Дублин, где провело около полутора лет, нередко наезжая в Титтур. Когда Зелии исполнилось пятнадцать лет, её родители переехали в Лондон, тогда как старший брат Джон занялся коммерцией в Ливерпуле. Далее 16-летнюю Зелию зачислили в — один из первых, где давали высшее образование женщинам. Преподавателями в основном были приглашённые профессора Оксфорда и Лондонского университетского колледжа. По предположению М. Гриндл, в Бедфорде Зелия оценила возможности, предоставляемые образованием, а также общением с богатыми дамами-благотворительницами. В первом семестре Зелия изучала только английский язык и арифметику, во втором к ним прибавились естественные науки и английская и европейская история. Фундаментальной подготовкой историка Зелия Наттолл обязана учителю — Сэмюэлу Гардинеру, который именно в то время закладывал основу современных архивоведческих исследований. В конце семестра, когда мисс Наттолл готовилась к оксфордским экзаменам, она тяжело заболела, и отец отправил её в Италию, где она в Риме брала уроки музыки и серьёзно занималась археологией и историей искусства. Сам Роберт Наттолл уехал в Сан-Франциско улаживать дела с арендой и подзаработать на врачебной практике; жена и дочь писали ему о своих успехах каждые две недели. Далее Магдалена и пятеро её выживших детей отправились во Францию. Владелец гостиницы в Шантильи когда-то был шеф-поваром в Мехико в джентльменском клубе напротив школы, где училась Магдалена; он готовил для Наттоллов «очень хорошие мексиканские блюда». Через некоторое время они обосновались в Париже, где сёстры Зелия и Кармелита брали уроки французского языка и литературы три раза в неделю, а также тренировались в этикете и походке, что было совершенно необходимо для светских девиц на выданье. Зелия также хвалилась отцу, что освоила живопись на шёлке. В 1874 году Магдалена с детьми вновь отправилась в Италию, где они жили в Неаполе; Зелия, когда попала в Помпеи, удивлялась в одном из писем, насколько адекватное представление сложилось у неё о древностях по книгам, картам и изображениям. Она в достаточной степени освоила итальянский язык, хотя признавалась, что ещё мешает итальянские, испанские и французские слова. На карнавал Наттоллы переехали в Рим, где Зелия продолжила учиться играть на фортепьяно и систематически занялась итальянским языком и вскоре могла читать без словаря. В апреле Магдалена добилась папской аудиенции в Ватикане и Зелия даже отправила отцу фотографию, на которой она была запечатлена вместе с понтификом Пием IX. Она уже думала о замужестве и жаловалась отцу, что у неё «слишком большой нос»; контакты с молодыми людьми были в силу светских условностей минимальными. Вероятно, первым её романтическим интересом стал Гораций Хоуз — сын калифорнийского джентльмена, однако затем он уехал со своим семейством во Флоренцию, а оттуда в Калифорнию, и больше они никогда не встречались.
Во Флоренции Зелия Наттолл продолжала заниматься историей искусства и собирала гербарий — отец присылал ей образцы из Калифорнии и Орегона. В конце концов мать и дочь испытали пресыщение от памятников и уехали в Швейцарию: 18-летие Зелия встречала в Женеве. В письмах отцу она выражала беспокойство, что не обручена, ибо все её знакомые молодые люди из Германии и Англии уже помолвлены. Интеллектуальные занятия включали чтение Шекспира и углублённое изучение немецкого языка. Далее семья вернулась в Париж, где Зелия окунулась в светское общение, выражая беспокойство, что выше ростом, «чем девять из десяти француженок, которые встречаются на улице». Также её беспокоила собственная интеллектуальность, ибо на балах и светских мероприятиях мисс Наттолл оказывалась «бесконечно противна некоторым идиотическим представителям рода человеческого». Летом 1876 года Роберт Наттолл вернулся к жене и детям в Париж, а в сентябре все отправились пароходом в Нью-Йорк. В Сан-Франциско добирались по трансконтинентальной железной дороге. Из-за спекулятивного бума и последующего краха Банка Калифорнии 1877 года Пэрроты и Наттоллы сильно пострадали. Дед Джон Пэррот выкупил семейный дом Наттоллов и они заключили с Магдаленой договор, что ей передаются серебряных долларов наличными (около трёх миллионов в ценах 2024) в обмен на отказ на любые иные имущественные и наследственные претензии: глава семьи женился ещё до отъезда старшей дочери в Европу и имел восьмерых детей. Наттоллы продолжали жить в поместье Джона Бэйвуд в Сан-Матео и вели светскую жизнь. Вероятно, именно в это время Зелия познакомилась с Фиби Апперсон Херст, чей муж тогда сильно разбогател на инвестициях в добычу серебра. Ситуация с замужеством «повисла в воздухе»: имеющиеся источники не позволяют судить, почему потенциальные женихи не слишком интересовались богатой наследницей. Причиной мог быть как её католицизм, так и научные интересы, вдобавок, Зелия начала пользоваться пенсне. В 1878 году в Сан-Франциско прибыл французский антрополог Альфонс Пинар, немедленно принятый в доме Пэрротов — Наттолов
Замужество и развод (1880—1888)