Азербайджанцы в Иране (самоназвание — тюрки; , , ) — основная часть азербайджанского этноса, преобладающее население северо-западных областей Ирана, живут главным образом в провинциях Западный Азербайджан, Восточный Азербайджан, Ардебиль, Зенджан и Казвин (доминируют в этих регионах), а также в провинциях Гилян, Курдистан, Кум, Тегеран и Хамадан. Общая численность составляет около 25-35 миллионов человек (35-42 % населения Ирана)(Крафт+)Общие сведения об Иране, с. 25. // История Ирана. XX век. Автор: Салех Мамедоглы Алиев. Серия: История стран Востока. XX век. Ответственный редактор тома А. З. Егорин; Редактор издания Г. В. Миронова. Москва: Издательство «Институт востоковедения РАН» — «Крафт+», 2004, 643 страниц. ISBN 5-89282-184-6 (ИВ РАН), ISBN 5-93675-075-2 (Крафт+)Iran, Nationalism in, page 236. // Encyclopedia of Nationalism: Leaders, Movements, and Concepts. Volume 2. Editor in Chief: Alexander J. Motyl. San Diego: Academic Press, 2000, XIV+605 pages. ISBN 978-0-08-054524-0Оценки численности иранских азербайджанцев, приводимые в тех или иных источниках, могут различаться на порядок — от 15 до 30 млн. См., например: , Looklex Encyclopaedia , Iranian.com , «Ethnologue» Report for Azerbaijani Language , UNPO information on Southern Azerbaijan , Jamestown Foundation . В основном — мусульмане-шииты, также имеются небольшие группы мусульман-суннитов.
Расселение Азербайджанцы составляют подавляющее население Северо-Западного Ирана, являясь после персов второй по численности этнической группой страны и крупнейшим национальным меньшинством Ирана. Они составляют большинство в провинциях Западный Азербайджан, Восточный Азербайджан, Ардебиль и Зенджан. Проживают также в провинциях Гилян, Курдистан, Кум и Тегеран (около 25 %). Крупные азербайджанские общины имеются в городах Тегеран, Кередж, Мешхед и Хамадан. По разным оценкам, от четверти до трети населения Тегерана составляют приезжие азербайджанского происхождения и их потомки в первом или втором поколении.
История
Этногенез
Формирование азербайджанского этноса на территории Восточного Закавказья и Северо-Западного Ирана представляло собой многовековой процесс, завершившийся в основном к концу XV векаИстория Востока. В 6 т. Т. 2. Восток в средние века. М., «Восточная литература», 2002. ISBN 5-02-017711-3.
Сефевидский период Отсутствие единой централизованной власти в государстве Ак-Коюнлу и междоусобная борьба способствовали в конце XV века усилению влияния суфийского ордена Сефевие. Сефевиды, этническое происхождение которых в точности неизвестно (подробнее см. Сефевиды), говорили на азербайджанском языке; по мнению В. Минорского, они также владели и персидским, как роднымVladimir Minorsky. The Poetry of Shah Ismail. // Bulletin of the School of Oriental and African Studies. — University of London. — Vol. 10. No. 4, 1942, p. 1006a..
Опорой Сефевидов стали огузские кочевые племена разного происхождения: румлу, шамлу, устаджлу, бахарлу, текелю, афшар, каджар, зулькадар и варсак. Во второй половине XV века эти племена получили общее название — кызылбаши (), поскольку они носили чалму с двенадцатью пурпуровыми полосками в честь двенадцати шиитских имамов. Опираясь на них, руководитель сефевидского ордена шейх Исмаил предпринял поход против ширваншахов, овладел Шемахой и Баку, а затем разгромил правителя Ак-Коюнлу. Овладев Азербайджаном, в 1501 году он прововозгласил себя шахом. Шах Исмаил I Хатаи, родившийся в городе Ардебиль и владевший тюркским языком как роднымE.Denison Ross. «The early years of Shah Ismail.» Journal of the Royal Asiatic Society. (1896), p. 288., является классиком азербайджанской литературы и поэзии. В Государстве Сефевидов азербайджанский язык стал почти на столетие языком двора, армии и суда (он сохранял этот статус на протяжении около столетия). — «qizilbash normally spoke Azari brand of Turkish at court, as did the Safavid shahs themselves; lack of familiarity with the Persian language may have contributed to the decline from the pure classical standards of former times».. — «Safavid power with its distinctive Persian-Shi’i culture, however, remained a middle ground between its two mighty Turkish neighbors. The Safavid state, which lasted at least until 1722, was essentially a „Turkish“ dynasty, with Azeri Turkish (Azerbaijan being the family’s home base) as the language of the rulers and the court as well as the Qizilbash military establishment. Shah Ismail wrote poetry in Turkish. The administration nevertheless was Persian, and the Persian language was the vehicle of diplomatic correspondence (insha'), of belles-lettres (adab), and of history (tarikh).».Laurence Lockhart, Peter Jackson. The Cambridge History of Iran. — Cambridge University Press, 1986. — p. 950, ISBN 0-521-20094-6Ronald W. Ferrier. The Arts of Persia. — Yale University Press. 1989. — P. 199..
В первый период Сефевидов азербайджанские тюрки доминировали в управлении Персией, а местный вариант тюркского языка и персидский язык испытывали сильное взаимное влияниеJohn R. Perry. Persian in the Safavid Period: Sketch for an Etat de Lanque. — Pembroke Papers 4 (1996), pp. 272, 279..
Период от Сефевидов до падения Каджаров
После падения династии Сефевидов в XVIII веке и хаоса последующих лет, азербайджанцы оказались разделены между двумя десятками полунезависимых ханств. Основателем Макинского ханства стал Ибрагим-бек из племени баят, Ардебильского — глава племени шахсевенов Назар Али-хан, Карадагского — глава племени карадагцев , Урмийского — один из предводителей племени афшаров Фатали-хан Афшар. Марагинское ханство управлялось главами азербайджанского племени мукаддам, во владении которым Марага была отдана ещё шахом Аббасом I.
Туркманчайский договор Последовавшая в начале XIX века русско-персидская война привела в 1828 году к установлению новой границы по реке Аракс, согласно Туркманчайскому договору, по которому юго-восточное Закавказье перешло под контроль Российской империи, а большая часть исторической области Азербайджан осталась в составе ИранаC. E. Bosworth, «Azerbaijan», in Encyclopedia Iranica (London and New York: Routledge and Kegan Paul, 1989) p. 224, и влияние азербайджанцев в Иране значительно ослабло.
Отношения с другими народами Известно, что у азербайджанцев были смешанные отношения с другими меньшинствами Ирана. Курды, составляющие около 14 % населения Ирана, не имеют особо хороших отношений с азербайджанцами. Несколько городов на западе Ирана, такие как Урмия и Маку, населены как курдами, так и азербайджанскими тюрками. В последнее десятилетие этническое большинство тюрок-азербайджанцев в некоторых районах, близких к границе с Турцией, было разбавлено иммиграцией курдов. В эпоху Каджаров курды и азербайджанцы с неохотой сотрудничали друг с другом в военных кампаниях. В 1848 году население Хорасана, состоящее из курдов, туркмен и персов, выступило против расквартированного в провинции азербайджанского гарнизона, что было вызвано неприязнью к этническим особенностям азербайджанцев.
Отходничество Начиная с 1850-х годов, среди населения Иранского Азербайджана широкое распространение получило отходничество. Непростое социально-экономическое положение в Персии вынуждало людей уезжать на заработки за границу, прежде всего в пределы Российской империи, в Закавказье. Как правило, отходниками из Персии становились азербайджанцы. Среди них, конечно же, имелись и представители других этнических групп страны, но в царских документах иранские подданные называются «персами», «персидскими» рабочими и т. п. Сами себя отходники из Иранского Азербайджана именовали «хам шахран» (земляки). В России это слово, в виде искажённой формы «амшара», стало нарицательным названием для всех иранских отходников и употреблялось в то время как «голытьба», «быдло», «не человек». В различных товарных отраслях сельского хозяйства широко применялся наёмный труд, в том числе и на маренных плантациях, где подавляющее большинство рабочих составляли выходцы из Дагестана и Иранского Азербайджана. В 1867 году число иранских азербайджанцев среди наёмных работников доходило до 14 тыс. человек, из них до 9 тыс. работало на маренниках Кубинского уезда. В первом десятилетии XX века 50 % нефтяников в Баку были иранцами, большей частью азербайджанцами. В 1891 года из Иранского Азербайджана в Россию выехали 15,615 рабочих, а в 1905 году — около 100 тыс.. К 1925 году в Азербайджанской ССР проживало 45 028 тюрок Персидского Азербайджана (иранских азербайджанцев).
Национальный вопрос
Роль интеллектуалов азербайджанцев в зарождении иранского национализма Во второй половине XIX — начале XX века в общественно-политической жизни иранского общества происходили существенные изменения. Персия постепенно стала втягиваться в сферу международной политики и мировой торговли, что способствовало развитию капиталистических отношений. Политическое, культурное и экономическое воздействие европейских стран, стимулировало развитие в иранском обществе новых форм общественно-политической мысли. Просветительское движение, возникшее в тот период, способствовало пробуждению национального самосознания и постепенному формированию буржуазной идеологии. Л. Р. Полонская отмечала: «При этом здесь проявилось не только формирующееся национальное сознание масс, но социально ограниченная трактовка проблем, связанных с этнической и национальной консолидацией, с позицией зарождающихся буржуазных слоёв. Таким образом, одновременно с ростом классового самосознания буржуазии происходит и становление национализма». Важную роль в просветительской деятельности сыграли иранские образованные слои как персидского, так и азербайджанского происхождения.
Значительное влияние на становление иранской национальной мысли оказали также азербайджанцы с Кавказа. Например, писатель-просветитель Мирза Фатали Ахундов был одним из предшественников романтического , современного иранского национализмаTadeusz Swietochowski, Russia and Azerbaijan: A Borderland in Transition (New York: Columbia University Press), 1995, page 27-28 . Его произведения стали одним из важнейших источников формирования взглядов таких иранских просветителей XIX века, как Мирзы Мелкум-хана, Мирзы Юсиф-хана, Мирзы Ага-хана Кермани, Абдуррагима Талыбова, Гаджи Зейналабдина Марагаи и других. Что же касается азербайджанцев Ирана, то они в начале XX века сыграли не только значительную роль в социально-политической истории страны, но значительную роль в становлении иранского национализмаTouraj Atabaki, «Recasting Oneself, Rejecting the Other: Pan-Turkism and Iranian Nationalism» in Van Schendel, Willem(Editor). Identity Politics in Central Asia and the Muslim World: Nationalism, Ethnicity and Labour in the Twentieth Century. London, GBR: I. B. Tauris & Company, Limited, 2001. p.66: .