Я — Куба

«Я — Куба» () — советско-кубинский двухсерийный художественный фильм режиссёра Михаила Калатозова, вышедший на экраны в 1964 году. Он был снят после победы Кубинской революции, утверждения социалистического режима на Кубе и установления союзнических отношений между двумя странами.

Сценарий был написан советским поэтом Евгением Евтушенко и кубинским писателем Энрике Пинеда Барнетом. Евтушенко несколько раз приезжал на Кубу и посвятил революционным преобразованиям цикл стихов, а в 1963 году закончил поэму в прозе «Я — Куба», которая и легла в основу сценария. Тематически фильм основан на показе предреволюционных событий, угнетения кубинского народа проамериканским режимом и начала восстания. Сюжетно он состоит из четырёх не связанных между собой новелл, а действие сопровождается закадровым комментарием от имени Кубы. В 1960-е годы в связи с распространением левых идей обращение к теме революции стало актуально не только для советского, но и для западного кино. На тематику и стилистику фильма Калатозова также повлияли как политические и общественные изменения в СССР (десталинизация, «хрущёвская оттепель»), так и возрождение интереса к авангардным поискам советского кинематографа 1920-х годов. В нём присутствуют отсылки и цитаты не только из раннего творчества Калатозова и советского авангардного искусства на революционную тематику, но и из западного кинематографа.

Фильм снимался с 1963 по 1964 год при значительной помощи со стороны советских и кубинских властей, в период одного из самых напряжённых эпизодов времён Холодной войны — Карибского кризиса, блокады острова силами США и тяжёлой экономической ситуации на Кубе. В ходе многомесячной подготовки и во время съёмок советские специалисты помогали кубинским кинематографистам овладеть секретами профессионального мастерства. К работе над фильмом были привлечены выдающиеся деятели кубинского искусства — сценарист Пинеда Барнет, художник Рене Портокарреро, композитор Карлос Фариньяс и другие. В некоторых массовых сценах были задействованы сотни статистов. В то же время актёрский состав, за исключением некоторых исполнителей, был полупрофессиональным, а американцев сыграли европейцы.

Несмотря на явно пропагандистский сюжет и идеологические антиамериканские штампы, фильм отличает высокий профессиональный уровень, что прежде всего связывают с новаторством оператора Сергея Урусевского и его команды. Это последняя совместная работа оператора с режиссёром Калатозовым. В фильме были применены сложные в постановочном отношении операторские съёмки (внутрикадровый монтаж, съёмка динамичных сцен ручной камерой в движении и передача её из рук в руки, использование специально созданных инженерных сооружений и т. д.). Когда в 1964 году фильм вышел на экраны, он был холодно принят и критикой, и публикой, как советской, так и кубинской. Наибольшие претензии вызвала слабость, драматургическая неубедительность, стереотипность персонажей и сценария, излишняя пафосность, стремление к чрезмерному экспериментаторству. За год демонстрации в советском прокате его посмотрели 5,3 млн зрителей, среди отечественных фильмов он занял предпоследнее 39-е место. При этом, несмотря на обвинения в формализме, многие рецензенты фильма отмечали его незаурядные визуальные и стилистические качества. Так, по результатам IV Международного технического конкурса фильмов в рамках VI конгресса Международного союза технических кинематографических ассоциаций (УНИАТЕК) в Милане он завоевал Гран-при.

Фильм был недоступен для зрителей многие годы, и про него писали в основном специализированные издания. Возрождение интереса произошло в начале 1990-х годов, когда он стал известен в профессиональных кругах. В середине 1990-х годов с фильмом познакомились американские кинематографисты Фрэнсис Форд Коппола и Мартин Скорсезе, которые сумели разглядеть за идеологическими клише незаурядные художественные достоинства и способствовали его популяризации. Фильм был отреставрирован, представлен на различных кинофестивалях, стал демонстрироваться при обучении кинематографистов и на специализированных показах. Его визуальные операторские решения заслужили признание критиков, режиссёров и кинооператоров. В 2005 году на экраны вышел документальный фильм бразильского режиссёра Висенте Ферраса «Я — Куба: Сибирский мамонт», повествующий об истории и особенностях советско-кубинского кинопроекта.

Сюжет Фильм состоит из несвязанных между собой четырёх новелл без названия о судьбах людей накануне революционных событий на острове Куба. Сцены предреволюционной жизни эпохи авторитарного правителя Фульхенсио Батисты сопровождаются закадровым комментарием от имени «Кубы».

Жизнерадостный уличный продавец фруктов Рене влюбляется в соседскую девушку Марию, живущую в бедном квартале Гаваны. В других кругах она известна как Бетти, которая ради куска хлеба продаёт своё тело богатым американским туристам, веселящимся в злачных заведениях Гаваны. Американец Джим, познакомившись с Бетти в баре отеля Капри, уговаривает её провести с ним ночь у неё дома. Утром он хочет купить её нательный крест. Бетти не соглашается, но Джим, оставив деньги, уходит с крестом. В этот момент появляется Рене и, услышав, как Джим называет девушку Бетти, понимает, что она проститутка. После этого американец пробирается из трущоб в центр города. На фоне нищенской жизни бедняков голос за кадром комментирует действия американца: «Я — Куба. Что же ты бежишь? Ты ведь приехал сюда развлекаться. Развлекайся. Разве это не весёлая картина? Не опускай глаза, смотри! Я, Куба, — для тебя казино, бары, отели, публичные дома, но руки этих детей и стариков тоже я, Куба». Старый крестьянин-вдовец Педро, отправив детей в город, сжигает свою хижину и выращенный им с огромным трудом урожай сахарного тростника, после того как узнаёт от помещика, что арендованная земля продана американской компании «Юнайтед фрут». Старик хочет убить мачете своего коня, но передумывает и падает замертво, задохнувшись от дыма, а закадровый голос произносит: «Я — Куба. Иногда мне кажется, что стволы моих пальм напоены кровью. Иногда мне кажется, что вокруг колышется не море, а слёзы. Кто отвечает за эту кровь, кто отвечает за эти слёзы?» Студенты Гаванского университета ведут подрывную деятельность против режима Батисты, совершают диверсии, печатают и распространяют листовки с информацией о партизанских отрядах Фиделя Кастро, действующих в горах Сьерра-Маэстра на юго-востоке Кубы. Энрике, один из студенческих лидеров, после нападения на кинотеатр, где демонстрируется правительственная пропаганда, расстаётся с товарищами в торговом центре. Там он приходит на помощь местной девушке, ставшей жертвой домогательств со стороны американских моряков. Позже Энрике намеревается застрелить из винтовки с оптическим прицелом жестокого шефа полиции в его квартире, но увидев того с женой и детьми, отказывается от убийства. Полиция врывается на территорию университета, разгоняет манифестацию и убивает активистов, в том числе и Энрике. Его тело проносят по улицам Гаваны, в похоронной процессии участвуют сотни людей. Ночью правительственные войска захватывают в плен нескольких солдат-повстанцев. В ходе допроса у них пытаются узнать, где находится их лидер Кастро, но повстанцы по очереди мужественно отвечают: «Я — Фидель», «Я — Фидель», «Я — Фидель». Крестьянин Мариано не хочет брать в руки оружие и уходить в горы к повстанцам, но после налёта авиации на дом и гибели сына в первом же бою добывает винтовку и присоединяется к восстанию. «Куба» произносит: «Я — Куба. Твои руки привыкли к мотыге, но сейчас у тебя в руках винтовка. Ты стреляешь не для того, чтобы убивать. Ты стреляешь в своё прошлое. Ты стреляешь, чтобы защитить своё будущее». Повстанцы одерживают победу в сражении, после чего под звуки ликующего марша занимают Гавану, что впоследствии приведёт к свержению проамериканского режима Батисты и установлению революционной власти по всей стране.

Создатели фильма Съёмочная группа:

Актёрский состав:

Текст читают На испанском языке: Ракель Ревуэльта — «голос Кубы»; на русском языке: Нина Никитина — «голос Кубы» и Георгий Епифанцев.

Создание

Предыстория

Победа Кубинской революции в 1959 году, в ходе которой был свергнут авторитарный режим Фульхенсио Батисты, получила широкое отражение в средствах массовой информации СССР и вызвала в советском обществе всплеск интереса к острову Свободы. В результате восстания к власти на Кубе пришло правительство «левой» ориентации во главе с Фиделем Кастро, которое затем приступило к строительству социализма. Правящей и единственной легальной политической организацией в стране с 1962 года стала Единая партия социалистической революции Кубы (будущая Коммунистическая партия Кубы). В январе 1959 года советское правительство признало Революционное правительство Республики Куба, и между странами стало налаживаться тесное политическое, военное, экономическое и культурное сотрудничество. Поставки на Кубу продукции военного назначения, оказание материально-технического содействия начались в 1960 году и осуществлялись вплоть до распада СССР в начале 1990-х годов. В июне 1962 года на карибском острове в рамках операции «Анадырь» была создана Группа советских войск на Кубе, в состав которой вошли ракетные войска стратегического назначения с атомным оружием, что вызвало один из тяжелейших кризисов холодной войны — Карибский, известный на Кубе как «Октябрьский кризис» (исп. Crisis de Octubre).

На волне интереса к латиноамериканской стране в СССР было снято несколько фильмов. «Я — Куба» стал самым значительным из них. В 1962 году для работы над этим проектом на Кубу были направлены всемирно известные советские кинематографисты — режиссёр Михаил Калатозов и оператор Сергей Урусевский, которые прославились благодаря фильму «Летят журавли» (1957). Эта работа удостоилась «Золотой пальмовой ветви» Международного Каннского кинофестиваля 1958 года с формулировкой «за высокие художественные достоинства и гуманизм». Жюри особо отметило выдающуюся игру актрисы Татьяны Самойловой. Во французской прессе фильм называли современным «Войной и миром», в заголовках встречались определения — «Красота спасёт мир». Высокую оценку получила также операторская работа Урусевского, который специально для съёмок впервые сконструировал круговые операторские рельсы. Изобразительное решение фильма, ставшее классикой операторского искусства, построено на съёмке с движения и использовании сверхширокоугольного объектива с фокусным расстоянием 18 мм. Многие сцены были признаны выдающимися (прощание на лестнице, проводы на фронт, гибель Бориса и другие). Урусевский был удостоен Гран-при Высшей технической комиссии Франции «За виртуозное владение камерой». Его работой восхищались многие деятели искусства, в частности, Жан Кокто и Пабло Пикассо. Последний после просмотра сказал: «Каждый кадр „Журавлей“ можно рассматривать как самостоятельное талантливое произведение». Считается, что особое операторское ви́дение Урусевского обусловлено не только его профессиональными навыками, но и тем, что первоначально он учился на живописца. По словам дочери Инги, её отец — «поэт кинематографа» — был художником как по призванию, так и по образованию, что нашло отражение в его кинематографических работах: «Он осуществил переворот в языке киноискусства, утвердил принципиально новое значение изобразительного кинематографа». По мнению советского художника Виталия Горяева, признание фильма и то внимание, которое проявил к нему Пикассо, видимо, было вызвано общностью художественных поисков Урусевского и прославленного живописца в области проблем соотношения «времени в изображении». Работа Калатозова-Урусевского повлияла на развитие кинематографа, а такие режиссёры, как Андрей Кончаловский, Сергей Соловьёв и Клод Лелуш признавались, что выбрали профессию под впечатлением от картины «Летят журавли».