Не́вры (, ) — древнее племя, обитавшее в Восточной Европе на северной окраине Скифии. Впервые упомянуты Геродотом (V век до н. э.), оставившим в своей «Истории» наиболее подробное их описание.
Источники Основные сведения о неврах содержатся в IV книге «Истории» Геродота (V век до н. э.), где он описывает их среди племен, соседствующих со Скифией (IV, 17, 51, 100, 102, 105, 119, 125—126). Затем невры упоминаются в сочинениях Псевдо-Скимна Хиосского (I век до н. э.), Дионисия Периэгета (I век), Помпония Мелы (I век), Плиния Старшего (I век), Аммиана Марцеллина (IV век) и других авторов, большинство из которых с незначительными вариациями пересказывет информацию Геродота.
Происхождение Шведский историк XVIII века Улоф фон Далин писал, что невры являлись потомками десяти потерянных колен Израилевых, и этнически представляли собой смесь скифов, греков и евреев, которые сопровождали будинов или «скифов-пастухов» на шведские острова около 400 г. до н.э. во время исхода, который, как говорят, был вызван македонцами. От невров в его интерпретации произошли древние финны, саамы, эстонцы.
Область расселения
Область расселения невров у Геродота называется Невридой (вариант перевода — Неврская земля). Геродот помещает невров к западу от Борисфена (река Днепр), вверх по течению реки Гипанис (Южный Буг) выше скифов-пахарей. При этом от Скифии Неврская земля отделена неким озером, из которого берет начало река Тирас (Днестр). Позже Помпоний Мела в русле Геродотовой традиции также помещал исток Тиры в стране невров. Соседями невров по северной границе Скифии Геродот назвывает агафирсов (со стороны Истра, то есть Дуная) и андрофагов (с противоположной стороны). Выше невров располагается безлюдная на всем известном протяжении земля, «обращенная к северному ветру». Повторяя Геродота, Псевдо-Скимн указывает что земля невров простирается вплоть до «необитаемой вследствие холода страны». О северных землях, необитаемых вследствие холодов или по какой-то иной причине говорит также Страбон — спустя порядка четырехсот лет после Геродота. Гораздо позже, в IV веке н. э., Аммиан Марцеллин, смешивая анахроничные данные, называет невров соседями «высоких и обрывистых гор, на которых всё коченеет от мороза и порывистых северных ветров». Тем не менее, ещё во II веке о горах где-то по соседству с некими наварами говорит также Клавдий Птолемей; с натяжкой можно признать такими горами отдельные отроги Карпат.
В описании области расселения невров у Геродота имеется противоречие: согласно его сведениям за поколение до Скифского похода Дария I невры были вынуждены покинуть свои земли из-за змей и поселиться вместе с будинами, которые жили на левобережье Борисфена, на восточной окраине Скифии. Несмотря на это, при описании похода Дария Геродот вновь упоминает невров между агафирсами и андрофагами, а их страну — лежащей между землями упомянутых племён.
Обычаи и образ жизни Согласно Геродоту невры имели скифские обычаи. Им могла быть известна царская власть; по крайней мере Геродот говорит о собрании царей племён-соседей Скифии, включая невров, во время похода Дария I.
Широко известен фрагмент «Скифского логоса», посвященный оборотничеству (ликантропии) невров:Эти люди, по-видимому, колдуны. Ведь скифы и эллины, которые живут в Скифии, говорят, что раз в год каждый невр становится волком на несколько дней и затем снова возвращается в прежнее состояние. Рассказывая это, они меня не убеждают, но они тем не менее рассказывают и, рассказывая, клянутся.
Геродота повторяет Помпоний Мела: «Каждому невру установлено определенное время, когда, если он пожелает, то может превратиться в волка и затем снова принять прежний вид»Помпоний Мела. О хорографии. II, 14.
Переселение из-за змей Наиболее ранние события истории невров в описании Геродота относятся ко времени за несколько десятилетий до Скифского похода Дария I (513 год до н. э.). Описывая область обитания невров в верхнем течении Гипаниса, Геродот делает отступление и указывает на переселение невров к будинам из-за змей: …За одно поколение до похода Дария они совсем покинули свою страну из-за змей. Дело в том, что много змей появилось у них в стране, а другие более многочисленные устремились к ним сверху из пустынь, пока, наконец, невры, теснимые ими, не поселились вместе с будинами, покинув свою землю
Этот фрагмент неоднократно привлекал внимание исследователей; было выдвинуто предположение, что речь идет не о подлинных змеях, а о неких легендарных врагах, например народе с тотемом змеи, который напал на невров и заставил их покинуть свои земли. Выдвигались разные предположения о том, какая группа восточноевропейского населения могла стать исторической основой этого фрагмента. В частности Б. А. Рыбаков видел в описанных «змеях» балтов «с их исконным культом змеи»Рыбаков, Б. А. Геродотова Скифия. С. 148, 190—191. Опираясь на исследование ареалов балтской и славянской гидронимии, Б. А. Рыбаков считал, что за сведениями о вторжении «змей» в Невриду «из пустыни внутри страны» следует понимать миграцию балтов с северного (левого) берега болотистой поймы реки Припять на южный берег, занятый неврами. Археологическим свидетельством этой миграции он считал волынскую группу археологических памятников скифского времени, расположенную в бассейне реки Случь чересполосно с поселениями милоградской культуры, связываемой им с неврами. Высказывалась также версия о фракийской основе фрагмента о змеях, поскольку в культах фракийцев змеи также играли важную роль (змей — символ важнейшего фрако-фригийского бога Сабазия).
О переселении самих невров в земли будинов из-за змей как будто свидетельствуют данные археологии, интерпретированные Б. Н. Граковым: ряд памятников на Ворскле связаны с синхронной чернолесской культурой днепровского правобережья, которую он отождествлял с неврами. Но фрагмент о «змеях» противоречит хронологической последовательности рассказа Геродота: несмотря на упомянутое переселение невров накануне похода Дария, при описании самого этого похода невры и их страна упоминаются на прежнем месте — между землями агафирсов и андрофагов. По мнению Б. Д. Гракова, «либо информаторы Геродота приблизили более древнее событие к своему времени, либо та миграция, что попала во II главу четвертой книги отца истории, была последним эпизодом в ряду таких случаев».
Скифский поход Дария I Геродот уделяет внимание неврам в связи со Скифским походом Дария I. Согласно его повествованию, в условиях начала этого похода, скифы послали к соседним племенам за помощью, указывая на то, что им грозит не меньшая опасность чем самим скифам. От племён прибыли цари, которые стали советоваться, но их мнения разделились:Гелон, Будин и Савромат, будучи заодно, согласились помочь скифам; но Агафирс, Невр, Андрофаг и [цари] меланхленов и тавров отвечали скифам следующее: «Если бы вы, не причинив персам зла и не начав войну первыми, просили о том, о чем теперь просите, то нам было бы ясно, что вы говорите справедливо, и мы, послушавшись вас, действовали бы заодно с вами. Но вы, вторгнувшись в их страну без нашего участия, господствовали над персами столько времени, сколько вам позволило божество, и так как их теперь побуждает то же самое божество, они платят вам тем же. Мы же и тогда не причинили никакого зла этим мужам, и теперь не будем пытаться первыми причинить зло. Если, однако, он вторгнется и в нашу страну и положит начало несправедливости, тогда и мы не подчинимся; а пока мы этого не увидим, мы останемся у себя дома. Ведь мы думаем, что персы идут не на нас, а на тех, кто были виновниками несправедливости»Услышав этот ответ скифы приняли решение не давать решающего сражения, а отступать угоняя скот, засыпая колодцы и источники, истребляя растительность и заманивая персов в земли тех племён, которые отказались им помочь, чтобы втянуть их войну. Согласно Геродоту, Дарий преследовал скифов двигаясь на восток, а после — в обратном направлении через земли соседних Скифии племен: сначала меланхленов, затем — андрофагов, а после — невров. Под натиском персов все эти три племени поочерёдно пришли в смятение и не вступив в войну, несмотря на обещанные угрозы, бежали к северу в пустыню. Скифы не стали заманивать персов к агафирсам, поскольку те заранее запретили им это делать и из Невриды стали отступать в собственную страну, в Скифию.
Упоминания невров после Геродота
После Геродота упоминания невров в античных источниках скупы, зачастую анахроничны и в том или ином виде повторяют сведения «отца истории»; например, в «Периэгесе» Псевдо-Скимна невры помещены выше аротеров (греч. «пахари»), а их земли по-прежнему простирается вплоть до «необитаемой вследствие холода страны». Дионисий Периэгет, смешивая реальные и мифические этнонимы, помещает рядом с неврами упомянутых ещё Гомером гиппемолгов (греч. «млекоедов») и совершенно мифических гиппоподов (греч. «лошадиноногие»). В I веке невров упоминает Помпоний Мела, помещая в их земле исток Тиры (в русле геродотовой традиции); в то же время в сочинении Плиния Старшего в земле невров помещается уже исток Борисфена (Днепра), а исток Гипаниса (Южного Буга) связывает с землями авхетов (то есть скифского племени авхатов, известного Геродоту).
Более взвешенные данные о состоянии знаний касательно верховьев Тираса, Гипаниса и Борисфена приводит Страбон (I век до н. э. — I век н. э.), который отмечает что истоки всех этих трёх рек не открыты, а потому сведения о странах, лежащих севернее их, «должны быть ещё гораздо менее известны». В дальнейшем, во II веке н. э. Клавдий Птолемей описывает реку Тиру (то есть Днестр) как пограничную между Дакией и Сарматией; племенами последней «выше Дакии» он называет певкинов и «бастернов» и где-то по-соседству с ними, «ниже соименных гор» упомянуты некие навары; при этом многие из названых местных гор могут быть отрогами Карпат. Спустя восемь столетий после Геродота, в IV веке н. э. Аммиан Марцеллин, смешивая древние и современные этнонимы, по-прежнему упоминает невров среди народов «Скифии» (в его время — уже Сарматия), прежде всего среди аланов; за неврами они помещает неких видинов (вероятно — геродотовых будинов). В VI веке Иордан уже не упоминает невров, а касательно населения описываемого региона отмечает, что прикарпатские земли до Днестра населяют склавены, от Днестра до Днепра — анты, а земли дальше вглубь континента от истоков Вистулы (Вислы) до берега моря населяют венеды. Позднейшее упоминание невров (под именем неврии) содержится в «Равеннской космографии», созданной неизвестным автором VIII века; многие сведения этого источника явно анахроничны и наряду с историческими народами там перечислены устаревшие или полумифические этнонимы; невры упомянуты между «гомеровскими» гиппемолгами и некими агиями.
Начиная с К. Ширрена (1852) высказывались предположения об этимологической связи геродотовых невров и этнонима «нерома», известного по древнерусским летописямВольтер Э. А. Нерома // ЭСБЕ. т. XXa (1897): Наказный атаман — Неясыти, с. 907. Впервые он упоминается ещё Нестором в «Повести временных лет» (в форме «норова»); помимо этого — в Переяславо-Суздальском летописце (как «нерома») и в Ипатьевской летописи (как «норома»). В Переяславо-Суздальском летописце нерома описана как «сиречь Жомойть», то есть древнерусское обозначение восточнобалтского племени жмудь. По другой версии под неровой следует понимать восточнобалтское племя латгалов, жившее в восточной части современной Латвии. В XX веке М. Гимбутас, категорично соотнося невров с балтами, а их соседей — со славянами (скифы-пахари) и мордвой (андрофаги), предполагала, что нерома русских летописей и геродотовы невры могли быть одним и тем же народом.
Отоджествление с гуннами