Сражение за Окоталь (исп. Batalla de Ocotal) — бои между повстанцами Сандино и американо-никарагуанскими правительственными войсками, происходившие 16 июля 1927 года. Событие, с которого никарагуанские патриоты ведут начало национально-освободительной войны под руководством Аугусто Сандино, в результате которой в 1933 году американские оккупанты были вынуждены уйти из Никарагуа.
Предыстория С августа 1926 года в Никарагуа шла гражданская война: армия либералов вела боевые действия против проамериканского марионеточного режима консерваторов во главе сначала с президентом Эмилиано Чаморро, а затем Адольфо Диасом. В январе 1927 года в Никарагуа был высажен — в помощь марионеточному правительству — американский экспедиционный корпус. В октябре 1926 года к армии либералов присоединился со своим повстанческим отрядом А. Сандино, назначенный вскоре генералом.
В мае 1927 года специальный представитель президента США Калвина Кулиджа полковник Генри Стимсон выступил посредником между консерваторами и либералами и договорился о капитуляции армии либералов на почётных условиях под обещание участия либералов в будущем правительстве и сохранения оккупации страны войсками США. 12 мая 1927 года главнокомандующий армией либералов генерал Хосе Мария Монкада подписал акт о капитуляции. Однако генерал Сандино отказался капитулировать и 12 мая сообщил об этом в специальном документе («Циркуляр местным властям всех департаментов»). 1 июля Сандино выпустил «Политический манифест», в котором призвал никарагуанцев продолжать борьбу против американских оккупантов и их никарагуанских марионеток.
12 июля командующий американскими войсками в Никарагуа адмирал Дэвид Селлерс предъявил Сандино ультиматум. Капитан американской морской пехоты Гилберт Хатфилд во главе смешанного американо-никарагуанского отряда прибыл в Окоталь и потребовал от Сандино в течение 48 часов явиться со своими силами в город для разоружения. Однако Сандино вместо этого решил атаковать город.
Ход сражения Наиболее подробное описание сражения за Окоталь дал гватемальский журналист Феликс Кальдерон в статье «Никарагуа. Новая гражданская война» в журнале «Вьенто»Calderón F. Nicaragua. La nueva guerra civil // Viento (Guatemala). 1927. № 8. Кальдерон побывал в Окотале спустя несколько дней после сражения, опросил местных жителей (как сторонников, так и противников Сандино), а также взял интервью у никарагуанских официальных лиц и офицеров американского экспедиционного корпуса, включая Росса Роуэлла, командовавшего американскими военными летчиками, бомбившими Окоталь.
По данным Кальдерона, в Окотале было расквартировано 86 никарагуанских «национальных гвардейцев» и 28 полицейских, к которым 12 июля присоединилось 346 американских солдат, 128 никарагуанских полицейских и 50 «национальных гвардейцев». Помимо лёгкого стрелкового оружия, они располагали 16 пулемётами.
У Сандино было 64 вооружённых огнестрельным оружием бойца и ещё 41 не вооружённый, которые располагали только кутачами (cutacha, центральноамериканский длинный прямой обоюдоострый нож) и мачете. В распоряжении отряда было 8 пулемётов. Кроме того, по дороге к Окоталю к отряду Сандино присоединилось ещё 40-45 крестьян, по меньшей мере пятеро из которых были вооружены пистолетами. Поэтому первой целью Сандино был захват арсенала, где находились значительные запасы оружия, боеприпасов и динамита. В здании арсенала размещалось 125 «национальных гвардейцев», а также сенатор от Консервативной партии Хосе Пагуангуа.
Атака сандинистов началась рано утром 16 июля. Приблизительно через полтора часа после начала боя повстанцы захватили арсенал, в том числе 5 пулемётов. В бою за арсенал погибло не менее 20 сандинистов и около 40 «национальных гвардейцев». «Национальная гвардия» оставила арсенал после того, как был убит сенатор Пагуангуа.
После захвата арсенала Сандино смог вооружить всех своих бойцов и ещё свыше 80 присоединившихся к нему горожан. Через 3-3,5 часа с начала сражения части Сандино заняли весь город, за исключением здания управления полиции, удерживавшегося отрядом полицейских и «национальных гвардейцев» с 3 пулемётами под командованием начальника полиции Окоталя Рамона Тельеса, и здания штаб-квартиры Консервативной партии, где укрепилась группа «национальных гвардейцев» и американских солдат с 3 пулемётами под командованием «хефе политико» (jefe politico, политический руководитель города — официальная должность в Никарагуа 20-х годов) Окоталя консерватора Арнольдо Рамиреса Абаунсы.
Кроме того, казармы и здание армейского штаба на отдалённой окраине города, недалеко от реки Коко оставались под контролем американских солдат и «национальных гвардейцев» под командованием капитана Хатфилда. Они располагали 5 пулемётами. Прежде чем сандинисты окружили казармы и штаб, подавляющее большинство американцев и «национальных гвардейцев» переправилось через р. Коко и бежало из Окоталя.
Повстанцы заняли здание муниципалитета, над которым был поднят чёрно-красный сандинистский флаг, и устроили митинг, где Сандино призвал местных жителей присоединиться к освободительной борьбе. На митинге к сандинистам примкнуло ещё 66 или 68 местных жителей, тут же получивших оружие. В городе начали громить дома и другое имущество членов Консервативной партии.
Через час после окончания митинга сандинисты заняли штаб-квартиру Консервативной партии (А. Рамирес Абаунса был убит), а ещё через полчаса было занято и здание управления полиции (Р. Тельес был ранен в руку и сдался в плен). Сконцентрировав пулемёты вокруг казарм, Сандино стал методично вытеснять обороняющихся из одного здания за другим. От предложения взорвать казармы, используя запас динамита из арсенала, он отказался, так как в казармах находилось некоторое количество женщин и детей из семей консерваторов, полицейских и местных «национальных гвардейцев».
Через три часа после начала осады капитал Хатфилд выбросил белый флаг и пошёл на переговоры, с тем чтобы достичь соглашения о сдаче на почётных условиях. Спустя час после начала переговоров появилась американская авиация (5 самолётов DeHavilland DH.4), которая начала бомбардировку и пулемётный обстрел Окоталя. Всего самолёты сделали 5 или 6 заходов, обстреливая и бомбардируя не только город, но крестьян на окрестных полях. Сандинисты ответили пулемётным огнём, но ни один самолёт подбит не был. Возобновились также обстрел и осада казарм. Сандинисты заняли все примыкавшие к основной казарме здания, включая здание штаба. Капитан Хатфилд был контужен, его именную кобуру Сандино взял в качестве трофея и позже, в июне 1929 года, «привёз в подарок мексиканскому народу»Кампос Понсе Х. Янки и Сандино. С. 52.
После того, как самолёты улетели (через 1-1,5 часа, по разным показаниям местных жителей, опрошенных Ф. Кальдероном), на центральной площади Окоталя были рядами положены тела жертв авианалётов и проведён общий митинг жителей города. На митинге Сандино выступил с речью, где заявил, что намерен оставить Окоталь, чтобы не подвергать город новым бомбардировкам, и призвал тех местных жителей, кто хочет отомстить янки за убитых родственников и друзей, присоединиться к его отряду. На митинге к сандинистам присоединилось 218 местных жителей. Всего, по подсчётам Ф. Кальдерона, в отряд Сандино вступило 362 местных жителя, 12 из которых погибли в ходе боевых действий в городе.
Приблизительно через 30-50 минут (по разным свидетельствам) сандинисты покинули город, оставив 4 пулемётных расчета (каждый по 3 человека) для продолжения осады казарм (там оставалось свыше 20 бойцов, из них половина — раненые). Через 1,5-2 часа на дороге из Сомото показался отряд из 500 американских солдат и 350 «национальных гвардейцев» при 6 орудиях, который двигался на Окоталь. При виде его пулемётные расчеты сандинистов снялись и покинули Окоталь, бросив один пулемёт. По дороге они подожгли городской арсенал.
По словам Ф. Кальдерона, сражение за Окоталь (включая осаду казарм) длилось «три четверти дня», при этом последние 6-7 часов Сандино «полностью и безраздельно» контролировал город. Сандинисты захватили в городе около 500 винтовок и 9 пулемётов. Всего в ходе боёв в Окотале (включая авианалёты) погибло, по Ф. Кальдерону, 518 человек. Из них 307 — в результате авианалётов (в том числе 5 сандинистов, остальные — мирные жители, в основном женщины и дети, работавшие на окрестных полях). 5 горожан погибли от случайных пуль во время боёв на улицах. 56 человек потеряли сандинисты (в том числе 12 вновь присоединившихся). 155 человек потеряли правительственные силы и американская армия. Ф. Кальдерон указывает, что в эти подсчёты не включены тяжелораненые, которые, возможно, умерли впоследствии от ран.
Сражение за Окоталь как объект идеологической борьбы Сражение за Окоталь почти сразу же стало объектом идеологической борьбы между сторонниками и противниками экспансионизма США в Латинской Америке. Обе стороны использовали отдельные аспекты информации сражения за Окоталь в пропагандистской борьбе друг против друга. Тема вновь стала особенно актуальной после победы Сандинистской революции в 1979 году.
Основными вопросами идеологического противостояния оказались следующие: характер сандинистского движения (революционеры или бандиты?), соотношение сил и число потерь, длительность сражения и вопрос о том, кого считать победителем в сражении за Окоталь.
Революционеры или бандиты? Несмотря на то что Сандино и сандинисты сразу заявили о своих политических целях (национальное и социальное освобождение), а затем и конкретизировали их, усилив социальную составляющую и назвав своё движение «революцией», проамериканский марионеточный режим Никарагуа и официальный Вашингтон, а также зависящие от них СМИ долгое время отказывались называть сандинистов революционерами, а именовали их «бандитами» (), «разбойниками» (), а также «угонщиками скота», «похитителями коров», «пожирателями говядины»Niess F. Sandino. Der General der Unterdrükten. S. 68, а персонально Сандино — даже «куриным вором»Григулевич И. Р., Кудачкин М. Р. Аугусто Сесар Сандино и победа Сандинистской революции // Идейное наследие Сандино. С. 17. Аналогично именовали Сандино и сандинистов американские телеграфные агентства в 20-30-х годах (эти телеграммы в большом количестве воспроизведены в книгах Грегорио Сельсера). Существовало специальное указание Госдепартамента США и Сената США, предписывавшее именовать сандинистов «бандитами» или «обыкновенными бандитами» (), но ни в коем случае не «партизанами»U.S. Senate. Use of the United States Navy in Nicaragua. Hearings before the Committee of Foreign Relation. Wash.: U.S. Government Printing Office, 1928. P. 64.
«Бандитами» именовали и именуют Сандино и сандинистов также проимпериалистически настроенные американские авторы, исходя из того, что всякий выступающий с оружием в руках против законной власти (а с их точки зрения, марионеточное правительство Никарагуа было законным) — бандит. Эта точка зрения подробно изложена в статье Джозефа О. Бейлена «Сандино: патриот или бандит?»Baylen J.O. Sandino: Patriot or Bandit? // The Hispanic American Historical Review. 1951. August. Аргентинский журналист и историк Грегорио Сельсер посвятил специальную главу своей книги «Маленькая сумасшедшая армия» разоблачению лжи о сандинистах как о «бандитах», указав, в частности, что противники Сандино не смогли представить никаких задокументированных доказательств бандитских действий сандинистов и, напротив, бойцы Сандино, чтобы не давать противнику оснований называть их бандитами и чтобы не лишиться поддержки местного населения, трепетно относились к собственности крестьян и часто вынуждены были ходить в лохмотьях и питаться улитками, дикими плодами и молодыми побегами пальм и сахарного тростникаSelser G. El pequeño ejército loco. Capitulo VIII. ¿Revolucionarios o bandidos? P. 199—222.