Графиня Со́фья Андре́евна Толста́я (урождённая Берс, ) — супруга, ближайшая помощница и сохранительница наследия Льва Толстого.
Биография
Юные годы Софья Андреевна Берс родилась 22 августа (3 сентября) 1844 годаРодословная книга дворянства Московской губернии / под ред. Л. М. Савёлова. — : Изд. Московского дворянства, . — [Дворянство жалованное и выслуженное : А — И]. — С. 123. на съёмной даче в усадебном парке Покровского-Стрешнева в дворянской семье среднего достатка. Её отец — врач Московской дворцовой конторы действительный статский советник Андрей Евстафьевич Берс (1808—1868), происходивший по отцу из немецких дворянСафонова О. Ю. Род Берсов в России . — , 1999. — ISBN 5-89673-011-X.Anne Edwards. Sonya. The Life of Countess Tolstoy. — : Simon & Schuster, 1981. — P. 33., а мать — Любовь Александровна Иславина (1826—1886), относившаяся к купеческому сословию. В молодости отец служил врачом у московской барыни Варвары Петровны Тургеневой и имел от неё ребёнка, Варвару Житову, которая таким образом оказалась единокровной сестрой Софье Толстой и единоутробной — Ивану Тургеневу.
Другими детьми супругов Берс были дочери Елизавета Андреевна Берс (1843—1919) и Татьяна Андреевна Кузминская (1846—1925) и пять сыновей: орловский вице-губернатор Александр Андреевич (1845—1918), статские советники Пётр Андреевич (1849—1910) и Степан Андреевич (1855—1910), а также Владимир (1853—1874) и Вячеслав (1861—1907)Родословная книга дворянства Московской губернии / под ред. Л. М. Савёлова. — : Изд. Московского дворянства, . — [Дворянство жалованное и выслуженное : А — И]. — С. 128.. Софья Берс — правнучка первого министра просвещения Петра Васильевича Завадовского.
Вплоть до замужества Софьи Андреевны Берсы проводили каждое лето на даче в Покровском-Стрешневе. В конце мая 1856 года у них гостил Лев Толстой, а сестры Берс, которых писатель назвал милыми и весёлыми девочками, прислуживали семье во время обеда. Софья Андреевна была склонна к мечтательности и литературным занятиям, но приучена и ко всякого рода домашнему женскому труду, стремилась к независимости и не исключала необходимости обеспечивать себя собственным трудом. Получив хорошее домашнее образование, Софья Андреевна в 1861 году сдала экзамен в Московском университете на звание домашней учительницы, причём выделилась русским сочинением, поданным профессору Тихонравову, на тему «Музыка».
Замужество В августе 1862 года Софья Андреевна с семьёй гостила у деда Александра Михайловича Исленьева в имении его законной жены Софьи Александровны (урождённой Ждановой) в селе Ивицы Одоевского уезда Тульской губернии, где их навестил Лев Толстой. Там он объяснился в любви к Софьи Андреевне — Толстой писал мелком первые буквы слов, а она их читала: «Ваша молодость и потребность счастья слишком живо напоминают мне мою старость и невозможность счастья». Этот эпизод впоследствии был использован им в романе «Анна Каренина» в сцене объяснения Левина в любви Кити. В конце августа Берсы вместе с Толстым вернулись в Москву, где в последующий месяц писатель ежедневно посещал их на даче в Покровском-Стрешневе, при этом семья считала, что Лев Николаевич ездит для старшей дочери Лизы. 16 сентября того же года Толстой сделал Софье Андреевне предложение: Софья Андреевна! Мне становится невыносимо. Три недели я каждый день говорю: нынче всё скажу, и ухожу с той же тоской, раскаяньем, страхом и счастьем в душе… Скажите, как честный человек, — хотите ли вы быть моей женой? Только ежели от всей души, смело вы можете сказать да, а то лучше скажите нет, ежели есть в вас тень сомнения в себе. Ради Бога, спросите себя хорошо… Мне страшно будет услышать нет, но я его предвижу и найду в себе силы снести; но ежели никогда мужем я не буду любимым так, как я люблю, это будет ужасней.
Стремясь быть честным перед своей невестой, Толстой перед свадьбой дал ей прочитать свои дневники, где среди прочего описывалось про его терзания плоти и про страсти по крестьянке Аксинье Базыкиной, что привело юную Софью Андреевну в ужас. 23 сентября 1862 года состоялась свадьба и венчание Толстого и Берс в церкви Рождества Богородицы в Московском Кремле. После женитьбы, о которой Толстой в дневнике писал как о неимоверном счастьеТолстой Л. Н. Полное собрание сочинений: В 90 т. — : Гослитиздат, 1952. — Т. 48. — С. 46., супруги сразу же уехали в Ясную Поляну, и Софья Андреевна на девятнадцать лет сделалась жительницей деревни, изредка выезжая в Москву. Через несколько месяцев после свадьбы Толстая впервые увидела крестьянку Аксинью, которую прислали в барский дом мыть полы. В своём дневнике она ревниво удивлялась, как муж может быть безумно влюблён в простую толстую бабу, которую она с лёгкостью и удовольствием готова была убить.
Период взаимной адаптации проходил при безусловном доминировании мужа, в результате чего её любовь к нему и сила его авторитета заставили Софью Андреевну считать, что она нехороша, недостойна его и испортила его жизнь. Уже в первые месяцы после замужества она писала в своём дневнике о тяжести его влияния, о том, что думает его мыслями, смотрит его взглядами, но при этом старается бороться, чтобы не потерять себя. Несмотря на это, первые годы их супружеской жизни были самыми счастливыми, и приятель Толстого Иван Петрович Борисов в 1862 году о супругах заметил:Она — прелесть хороша собою вся. Здраво умна, проста и нехитроумна — в ней должно быть и много характера, то есть воля её у неё в команде. Он в неё влюблен до Сириусов. Нет, всё ещё не успокоилась буря в его душе — притихла с медовым месяцем, а, там наверно, пронесутся ещё ураганы и моря сердитого шума.
В 1863 году у Толстых родился первенец — сын Сергей. Лев Николаевич, одолеваемый тоской по естественности и простоте, считал, что мать должна сама кормить младенца, и Софья Андреевна, стремясь ему соответствовать, была с ним в этом солидарна. Из-за жестокой мастопатии она относилась к кормлению как к жертвенности сыну, что в итоге привело к её болезни и необходимости взять кормилицу. Софья Андреевна была отягощена постоянными беременностями. Из первых тридцати лет супружеской жизни она в общей сложности была беременна 10 лет. Одиннадцать из тринадцати своих детей она вскормила грудью.
В 1884 году Толстой, отказавшись от права собственности и распоряжения имуществом, передал жене и управление имением, и ведение издательских дел. На протяжении многих лет Софья Андреевна оставалась верной помощницей мужа в его делах: переписчицей рукописей, переводчицей, секретаршей, издательницей его произведений. Художник Леонид Пастернак, близко знакомый с семьёй Толстых, заметил о Софье Андреевне: «…Она во многих отношениях была крупным, выдающимся человеком — в пару Льву Николаевичу… Софья Андреевна сама по себе была крупной личностью». Обладая тонким литературным чутьём, она писала повести, детские рассказы, мемуарные очерки. В течение всей своей жизни, с небольшими перерывами, Софья Андреевна вела дневник, о котором говорят как о заметном и своеобразном явлении в мемуаристике и литературе о Толстом. Её увлечениями были музыка, живопись, фотография.
В 1880—1890-е годы, вследствие изменения взглядов Толстого на жизнь, в семье произошёл разлад. Софья Андреевна, не разделявшая новых идей мужа, его стремлений отказаться от собственности, жить своим, преимущественно физическим трудом, всё же прекрасно понимала, на какую нравственную и человеческую высоту он поднялся. В книге «Моя жизнь» Софья Андреевна писала: …Он ждал от меня, бедный, милый муж мой, того духовного единения, которое было почти невозможно при моей материальной жизни и заботах, от которых уйти было невозможно и некуда. Я не сумела бы разделить его духовную жизнь на словах, а провести её в жизнь, сломить её, волоча за собой целую большую семью, было немыслимо, да и непосильно.
О «материальной жизни и заботах» Софьи Андреевны можно судить по её дневникам. 16 декабря 1887 года она писала: Этот хаос бесчисленных забот, перебивающих одна другую, меня часто приводит в ошалелое состояние, и я теряю равновесие. Ведь легко сказать, но во всякую данную минуту меня озабочивают: учащиеся и болящие дети, гигиеническое и, главное, духовное состояние мужа, большие дети с их делами, долгами, детьми и службой, продажа и планы Самарского именья…, издание новое и 13 часть с запрещённой «Крейцеровой сонатой», прошение о разделе с овсянниковским попом, корректуры 13 тома, ночные рубашки Мише, простыни и сапоги Андрюше; не просрочить платежи по дому, страхование, повинности по именью, паспорты людей, вести счёты, переписывать и проч. и проч. — и всё это непременно непосредственно должно коснуться меня.
Зная о том, что её роль в жизни Льва Толстого оценивалась неоднозначно, она писала: …Пусть люди снисходительно отнесутся к той, которой, может быть, непосильно было с юных лет нести на слабых плечах высокое назначение — быть женой гения и великого человека.
В 1895 году умер от скарлатины семилетний сын Толстых Ваничка. Чтобы помочь Софье Андреевне справиться с тяжким горем, Толстые пригласили провести лето в Ясной Поляне давно и хорошо знакомого им С. И. Танеева, композитора и прекрасного пианиста. Его присутствие вернуло её к жизни, но на следующий год, когда Танеев снова приехал на лето в Ясную Поляну, стало понятно, что она страстно влюбилась в него . Хотя Танеев, по-видимому, был гомосексуаленЗорин А. Л. Жизнь Льва Толстого: опыт прочтения. М.: Новое литературное обозрение, 2020. С. 175. и никак не отвечал на её устремления, Лев Толстой тяжело переживал эту страсть. Он безуспешно просил жену прекратить общение с Танеевым, старшие дети также осуждали её; сама же она в дневнике жаловалась на деспотизм мужа. Ещё в 1904 году она пыталась вызвать Танеева на откровенный разговор, но он отвечал ей лишь сухими письмами. Литературоведы проводят параллели между этим любовным треугольником и повестями, которые к тому времени успели написать его участники: «Крейцеровой сонатой» Льва Николаевича и «Чья вина?» Софьи Андреевны. Ужасно больно и унизительно стыдно, что чуждый совсем и не нужный и ни в каком смысле не интересный человек руководит нашей жизнью, отравляет последние года или год нашей жизни, унизительно и мучительно, что надо справляться, когда, куда он едет, какие репетиции когда играетПисьмо Л. Н. Толстого к С. А Толстой, февраль 1897 г. Цит. по: Басинский, 2018, с. 426—428}}.
В феврале 1901 года Святейший Синод Русской православной церкви опубликовал Определение, воспринятое общественностью как отлучение Льва Толстого от церкви. Софья Андреевна немедленно направила письмо первенствующему члену Синода митрополиту Санкт-Петербургскому Антонию (Вадковскому), в нём графиня выразила своё «горестное негодование» и предсказала, что акция Синода вызовет ещё бо́льшую любовь и сочувствие Льву Николаевичу. Софья Андреевна выразила также уверенность, что, несмотря на тайный запрет Синода, найдётся священник, который выполнит отпевание Толстого. Копию письма она направила Победоносцеву, но тот не ответил. Вадковский в своём ответе ограничился формальной отпиской. Письмо графини вызвало немалый общественный резонанс и было перепечатано во многих русских и зарубежных газетах.
24 февраля 1904 года Софья Андреевна начала работу над своими записками с мемуарами, которые получили название «Моя жизнь». Воспоминания, которые охватывали более полувека: с 1844 года по 1901 год, сама Толстая ценила очень высоко, считая их самым дельным из того, что она когда-либо написала. Написанию «Моей жизни» предшествовала тщательная работа Софьи Андреевны с различными биографическими документами. Она делала выписки из своих дневников и из переписки с Львом Толстым, из писем разных лиц к мужу и к ней. Мемуары Софьи Андреевны стали документом жизни и быта семьи Толстых со сложностями и тонкостями внутрисемейных отношений.
Последние годы В октябре 1910 года, незадолго до смерти, Лев Толстой после ряда конфликтов с женой решил оставить семью и уехал из Ясной Поляны. В своём последнем письме Софье Андреевне, в ответ на призыв вернуться, он писал: