Мартовские события () — межэтнические столкновения в марте 1918 года, приведшие к многотысячным жертвам, в основном, среди мусульман в Баку и других населённых пунктах Бакинской губернии<ref name="Michael G. Smith"><blockquote>The results of the March Events were immediate and total for the Musavat. Several hundreds of its members were killed in the fighting; up to 12,000 Muslim civilians perished; thousands of others fled Baku in a mass exodus</blockquote></ref>. Активную роль в антимусульманских погромах сыграли вооружённые отряды армянской партии «Дашнакцутюн»The Bolsheviks freely admitted their inability to prevent the anti-Muslim pogroms that were perpetrated by renegade Dashnak troops and that spread to nearby cities and villages.
Предшествующие события
Согласно американскому историку Майклу Смиту, армянские солдаты, помня о геноциде армян 1915 года и видя продолжающиеся жестокости со стороны турецкой армии, возвращались в Армению для защиты армянского населения. Воинствующий национализм армянских дашнаков составил основу их идеологии. Отступающие войска, по-своему понимавшие события, сочли себя загнанными в ловушку между турецкой армией и местными мусульманами, которые воспринимались ими «пятой колонной». Мусульманское население, которое в основном было лояльно к Российской империи в годы первой мировой войны, теперь начало вооружаться для самообороны и ждать прихода турок в качестве освободителей, чем подтверждало прогнозы своих противников. Первые столкновения начались летом 1917 года. Центром насилия стал многонациональный Баку, в котором были сосредоточены русские, армянские и азербайджанские войска. Постепенно ведущей силой в регионе стал Бакинский совет, главную роль в котором играли социал-демократы и эсеры разного толка (русские, армяне, грузины и евреи). Интересы мусульманского населения представляла партия «Мусават», которую практически не допускали к участию в органах власти города Баку. Вооружённая милиция состояла из бывших русских армейских частей и армянских отрядов, под руководством дашнаков. Эти условия подготовили почву для мартовских событий, когда подчиняющиеся Совету русские и дашнакские войска пытаясь установить контроль над бакинскими улицами, столкнулись с вооружёнными мусульманскими группами.
Столкновения в Баку
Мартовские события начались, по версии мусульманской стороны, когда Бакинский Совет разоружил и задержал небольшой азербайджанский вооруженный отряд, прибывший в качестве почётного караула на похороны сына азербайджанского миллионера Тагиева.
27 (15) марта 1918 года на пароходе «Эвелина» из Ленкорани в Баку прибыл отряд из пятидесяти офицеров и солдат сформированного Бакинским Мусульманским Национальным Комитетом Ленкоранского конного дивизионаГосударственный архив Азербайджанской Республики. ф.2898, оп.2, д.11, л.430 во главе с генералом Талышинским. Они собирались участвовать в похоронах своего сослуживца, сына миллионера Гаджи Зейналабдина Тагиева — Мамеда Тагиева, который был убит во время столкновения между мусульманскими и русско-армянскими частями в городе Ленкорань. Руководители Бакинского Совета предъявили ультиматум, потребовав от военнослужащих в течение 24 часов сдать своё оружие. 18 марта военнослужащие дивизиона согласились сдать оружие. Однако разоружение азербайджанских военнослужащих, пытавшихся уехать из города, вызвало возмущение мусульманского населения города, которое восприняло это как оскорбление убитого горем Тагиева-отца и провокацию, так как требования о разоружении не распространялись на другие этнические и партийные вооруженные формирования, имевшиеся в городе. 30 (18) марта в различных частях города стали сооружаться баррикады и возникать стихийные митинги с требованием вернуть военным конфискованное у них оружие, или же разоружить и другие этнические формирования.
Другую версию высказывает британский исследователь Питер Хопкирк. Согласно ей, хотя Шаумяну и удалось сформировать коалицию между большевиками, армянами и мусульманами, однако это равновесие было хрупким. Мусульмане опасались усиления армян, вооружаемых британской армией, и обратились к единоверцам за помощью. Столкновения начались с прибытия 30 марта в порт Баку вооруженных подразделений мусульманской «Дикой дивизии». Отправленные для досмотра чиновники были обстреляны, некоторые из них были убиты. Подошедшие силы большевиков разоружили прибывшие подразделения. Однако после отправки в Баку дополнительных отрядов Дикой дивизии город стал полем битвы «Their arrival, on March 30, caused great consternation among both Bolsheviks and Armenians. When officials were sent down to the dockside to try to discover what their intentions were, they were driven back by gunfire, a number of them being killed. Eventually, however, the newcomers were disarmed by a stronger Bolshevik force. But then more units of the Savage Division arrived and on April 1, in MacDonell’s words, 'the Baku cauldron boiled over». «At the end of February 1918, fighting broke out between the Baku Soviet forces and the Muslim nationalists outside the city of Lenkoran. It was evident that the fighting eventually going to extend to Baku. On 30 March Soviet forces attempt to disarm the Muslim Savage Division and the latter’s refusal to give up arms sparked of the fighting. Muslim fever was high and sporadic firing on Soviet troops began.».
В тот же день на квартире большевика Н. Нариманова начались переговоры между руководителем Бакинского Совета Шаумяном, и лидером «Мусавата» М. Э. Расулзаде. Стороны почти достигли соглашения о возвращении конфискованного оружия, когда поступила информация о провокационном обстреле конного отряда Красной Армии на Шемахинской улице. Лидеры большевиков немедленно обвинили в инциденте азербайджанцев, хотя виновники инцидента установлены не были, и прервав переговоры, начали против них активные боевые действия. Впоследствии Шаумян признавал, что воспользовался этим инцидентом для уничтожения оппозиции в лице «Мусавата»:
Армянский национальный комитет со своей стороны принимал меры к тому, чтобы сдержать армянские массы от участия в столкновении. Но, в отличие от него, комитет партии «Дашнакцутюн», изначально заявивший о своем нейтралитете, после начала вооруженных столкновений выступил на стороне большевиков. В то же время согласно А. Микояну, некоторые национальные армянские части приняли участие в боях на стороне Красной армии, лишь когда победа Красной Армии была уже ясна Однако, когда восстание началось, Армянский национальный совет объявил о своем нейтралитете, а когда победа Красной Армии была уже ясна, некоторые национальные армянские части даже приняли участие в боях на стороне Красной армии.
Бакинский Совет совместно с поддержавшими его вооруженными формированиями «Дашнакцутюн» развернул наступление на мусульманские кварталы. Для бомбардировки этих кварталов использовались аэропланы, а два корабля Каспийской флотилии обстреливали их с моря. В занятых мусульманских кварталах происходили грабежи и убийства мирных мусульман, в том числе женщин и детей. Занимались этим преимущественно армянские вооруженные формирования. Плохо вооруженные и организованные мусульманские формирования были не в состоянии сдержать натиск объединённых формирований большевиков и дашнаков и запросили перемирия.
Образованный Бакинским Советом Комитет Революционной обороны предъявил партии «Мусават» ультиматум, в котором выдвигались следующие условия:
Открытое и безоговорочное признание Бакинского Совета как единственной власти, и абсолютное повиновение всем его приказам; Вывод с территории Баку азербайджанской воинской части дикой дивизии; Открытие сообщения на железной дороге Баку — Тифлис и Баку — Петровск.
Вечером 31 (19) марта Руководство «Мусават» уведомило Исполнительный комитет Бакинского совета о принятии всех условий предъявленного ультиматума, а на следующий день, утром 1 апреля (20 марта) на азербайджанских домах Баку появились белые флаги.
Однако после принятия ультиматума, вооруженные формирования дашнаков устроили грабежи, поджоги и убийства в мусульманских кварталах города The truly tragic turn of events came after acceptance of the ultimatum, when the Dashnakist allies of the Bolsheviks took to looting, burning, and killing in the Muslim sections of the city Согласно британскому исследователю Питеру Хопкирку:
В 11 часов утра 2 апреля (21 марта) 1918 года руководство Бакинского совета официально согласилось на перемирие с азербайджанцами, однако убийства и грабежи в азербайджанских кварталах продолжались вплоть до 5 апреля (24 марта) 1918 года. Начался массовый исход мусульманского населения из города. По словам британского вице-консула в Баку майора Макдоннела, в городе «не осталось ни одного сколько-нибудь важного мусульманина» The British vice consul in Baku, Major AER McDonnell, wrote, "not a single Musulman of any importance remain[ed]..
Последствия Степан Шаумян считал мартовские события триумфом советской власти в Закавказье. По его словам:
По словам американского историка Тадеуша Свентоховского, «в своем энтузиазме Шаумян возможно позабыл, что в 1905 году он сам обвинял царизм в том, что тот пользовался плодами армяно-мусульманской резни. Сомнительно, чтобы он, в отличие от азербайджанцев, заметил какое-либо сходство».
В то же время лидер «Мусавата» М. Э. Расулзаде оценивал эти события следующим образом:
По словам Фируза Каземзаде, Совет спровоцировал гражданскую войну в надежде уничтожить власть своего наиболее влиятельного противника, партии «Мусават». Однако когда Совет обратился за помощью к «Дашнакцутюн» в борьбе с азербайджанскими националистами, гражданская война переросла в резню, и армяне стали убивать мусульман вне зависимости от их политической принадлежности или социального и экономического положения.
Большевики открыто признали свою неспособность предотвратить устраиваемые дашнакскими формированиями антимусульманские погромы, которые распространились и на близлежащие города и селаThe Bolsheviks freely admitted their inability to prevent the anti-Muslim pogroms that were perpetrated by renegade Dashnak troops and that spread to nearby cities and villages. . Однако, с другой стороны, глава компартии Азербайджана Т. Нуруллаев позднее отмечал, что во время мартовских событий одним из выдающихся революционных деятелей Азербайджана и членом Баксовета Мешади Азизбековым были образованы «комитеты спасения», благодаря которым удалось спасти тысячи азербайджанцев, причём он также смог защитить от поджога и разрушения фабрику Г. З. Тагиева.
Немецкий историк Йорг Баберовски отмечает, что в середине апреля 1918 армянская группировка дашнакского офицера Степана Лалаева проникла в район Шемахи, выполняя официальную директиву коммуны. Около 30 000 жителей города были зверски убиты или изгнаны. Солдаты Лалаева убивали детей и стариков, женщин насиловали и сбрасывали с балконов. Многие женщины и дети укрылись в городских мечетях, которые были сожжены солдатами и беженцы сгорели в них заживо.
Аналогичные события произошли в конце апреля 1918 года в Кубинском уезде, куда прибыл из Баку отправленный Шаумяном отряд дашнаков под командованием Амазаспа. Здесь, по словам Баберовского, отряд Амазаспа учинил жестокую расправу над жителями города Куба, а также сжёг 122 селения Кубинского уезда. За один день только в Кубе солдатами Амазаспа было убито 2000 жителей города и разрушено 150 домов в его центре. В 2007 году во время строительства в городе Куба стадиона было обнаружено массовое захоронение. Согласно исследованиям азербайджанских учёных, обнаруженные здесь человеческие останки принадлежат местным жителям различных национальностей, подвергшихся в 1918 году массовой резне. На сегодняшний день обнаружено 400 останков, включая около 50 детских и 100 женских.