Хайман Джордж Риковер (, урожденный Хаим Годалия (Гдала) Риковер (); 27 января 1900 — 8 июля 1986) — четырёхзвёздный адмирал флота США. Известен в США как «отец атомного флота». Благодаря своим уникальным личностным характеристикам, политическим связям, ответственности и глубоким знаниям Риковер прославился как дольше всех находившийся на действительной службе высший офицер в американской истории — он прослужил 63 года. Благодаря значительному наследию Риковера в области атомных технологий был достигнут так и не побитый рекорд безаварийной эксплуатации реакторов на кораблях ВМС США, в части неконтролируемого выброса радиоактивных продуктов, связанных с повреждением активной зоны.
Ранние годы Хайман Риковер родился в еврейской семье в городке Маков Мазовецкий (в составе Российской империи, ныне Польша). Фамилия Риковер произошла от названия деревни и поместья Рыки, расположенного в часе езды от Варшавы, как и Маков Мазовецкий.
В 1906 году 6-летним ребёнком он эмигрировал в США со своими родителями — Абрахамом и Рахилью. Это произошло после еврейских погромов 1905 года. Сначала семья проживала в Ист-Сайде Манхэттена, спустя два года они перебрались в , район Чикаго, где его отец продолжил работу портным. Риковер начал работать с девяти лет, помогая семье. Позже он говорил, что его детство было временем «тяжёлой работы, дисциплины и, бесспорно, недостатка приятного времяпровождения».
Одновременно с учёбой в средней школе им. Джона Маршалла (Чикаго), которую он окончил с отличием в 1918 году, Риковер работал полную рабочую неделю, разнося телеграммы Western Union. Благодаря работе он познакомился с конгрессменом . После вмешательства друга семьи, Сабат, еврей — чешский иммигрант, рекомендовал Риковера к поступлению в Военно-морскую академию США. Благодаря самодисциплине и самообразованию будущий четырёхзвёздный адмирал сдал вступительный экзамен и был принят.
Начало военно-морской карьеры 2 июня 1922 года, по окончании учёбы (107-м в выпуске из 540 человек) Риковер получил звание энсин. В ожидании отправки на свой первый корабль — эсминец на Западное побережье через Панамский канал — он добился стипендии Чикагского университета для изучения истории и психологии. Некоторое время находился на эсминце , так как «Ла Валетта» была в море. Попав на борт «Ла Валетты», он настолько впечатлил своего командира, что 21 июня 1923 года тот назначил его старшим механиком, несмотря на недостаточный опыт. Спустя неполный год после выпуска из академии Риковер стал самым молодым механиком эскадры.
В дальнейшем он служил на линкоре «Невада», затем получил степень магистра по электротехнике (после года, проведённого в ). Дальнейшую работу он продолжил в Колумбийском университете. Там он встретил свою будущую жену, христианку, студентку по международному обмену Рут Д. Мастерс. В 1931 году, после того как она вернулась с докторантуры в Сорбонне, они поженились. Вскоре после женитьбы Риковер написал родителям о своём желании перейти в епископальную церковь и оставался в её лоне до конца своих дней.
Риковер поехал в Вашингтон и добровольно поступил на подводный флот. Ему больше нравилась служба на небольших кораблях, к тому же он знал, что молодые офицеры на подводных лодках быстро продвигаются по службе. Его заявление было отклонено ввиду его возраста (29 лет). Но судьба распорядилась иначе. На борту «Невады» служил его бывший командир, который вступился за Риковера. С 1929 по 1933 год Риковер служил на подводных лодках ( и ), и получил допуск к самостоятельному управлению и командованию кораблём.
В 1933 году, служа в Управлении инспектора по снабжению флота в Филадельфии (Пенсильвания), Риковер перевёл книгу адмирала, командующего немецкими лодками времён Первой мировой войны «». Этот перевод стал обязательным чтением для американских подводников.
Только в июле 1937 года он принял в командование свой первый корабль — тральщик . 1 июля 1937 года ему было присвоено звание лейтенант-коммандер. В октябре 1937 года он был избран для инженерной службы и сдал «Финч» новому командиру. После некоторой задержки, 15 августа 1939 года поступил в распоряжение Инженерного управления флота в Вашингтоне. В дальнейшем служил по специальности.
В результате атаки на Пёрл-Харбор в декабре 1941 года, были потоплены 5 линкоров. 10 апреля 1942 года Риковер вылетел в Пёрл-Харбор. Он сыграл ключевую роль в подъёме «Калифорнии», и стал «ведущей фигурой в приведении электрических генераторов и моторов в рабочее состояние», что позволило линкору дойти своим ходом из Пёрл-Харбор до военно-морской верфи Пьюджет-Саунд. В мае 1944, после модернизации, «Калифорния» вернулась к участию в боевых действиях против Японии.
В ходе войны, находясь во главе электрического отдела Корабельного бюро, он был награждён орденом Легион Почета и получил опыт руководства большими исследовательскими программами, отбора талантливого технического персонала и тесного сотрудничества с частными подрядчиками. В выпуске журнала Тайм от 1954 года о Риковере говорится следующее:
Острый на язык Хайман Риковер гонял людей до изнеможения, продирался через бюрократизм, доводил подрядчиков до бешенства. Он наживал себе врагов, но к концу войны он получил звание кэптен и завоевал репутацию человека, доводящего дело до конца.
Морские реакторы и Комиссия по атомной энергии
В 1946 году на базе проекта «Манхэттен» был начат новый проект — создание ядерной энергетики. Лаборатория Клинтон (ныне национальная лаборатория Оук-Ридж), занимающаяся ядерной энергией, разрабатывала ядерные электрогенераторы. Флот решил послать для участия в проекте восемь человек: четырёх гражданских, одного старшего и трёх младших офицеров. Риковер, сознавая потенциал применения ядерной энергии на флоте, обратился с рапортом об участии.
Хотя вначале он и не был избран, но благодаря вмешательству адмирала Эрла Миллса, своего бывшего командира, ставшего в том году главой , Риковер был направлен в Оук-Ридж как заместитель управляющего всем проектом. Так он получил доступ ко всем средствам, проектам и материалам исследований.
Наблюдая работу таких физиков как Росс Ган, Филипп Абельсон и других участников проекта «Манхэттен», Риковер быстро стал сторонником идеи ядерной корабельной силовой установки, особенно для военно-морского флота. В сотрудничестве с Элвином Вайнбергом, директором по науке в Оук-Ридж, он основал Институт реакторной технологии Оук-Ридж и начал работы над водо-водяным реактором для подводных лодок.
В феврале 1949 года он получил назначение в отдел по разработке реакторов Комиссии по атомной энергии и руководил работами флота в данной области в качестве директора отдела военно-морских реакторов Корабельного бюро, с подчинением адмиралу Миллсу. Эта двойная роль позволяла ему как возглавить работу по созданию первой в мире атомной подлодки «Наутилус», вступившей в строй в 1954 году, так и следить за строительством атомной электростанции в Шиппингпорте, оснащённой первым гражданским ядерным реактором.
Решение назначить Риковера главой национальной программы по созданию атомных подводных лодок, в конечном счёте, принял адмирал Миллс. По словам генерал-лейтенанта Лесли Гровза, руководителя проекта «Манхэттен» от военных, Миллс стремился поставить весьма решительного человека, и хотя он знал, что Риковер «не очень уживчив» и «не очень популярен», но он считал что Риковер именно тот, на кого флот может положиться, «с каким бы сопротивлением он ни столкнулся, если только он убеждён в потенциале атомных подводных лодок».
Риковер не разочаровал его. Благодаря воображению, целеустремленности, творчеству и инженерному опыту, собственному и его людей, появился высоконадёжный ядерный реактор, который умещался в корпус подводной лодки шириной не более 28 футов (8,5 м). Этого они добились, несмотря на следующие препятствия: В начале 1950-х ядерные реакторы мощностью в мегаватт занимали площадь примерно равную площади городского квартала. Прототип силовой установки «Наутилуса» стал первым в мире высокотемпературным ядерным реактором Основных физических данных, необходимых для разработки реактора, ещё не было. Не существовало методов проектирования реакторов Не было инженерных данных по поведению металлов в воде, одновременно подвергающихся воздействию высоких температур, давления и радиационных излучений широкого спектра. Не существовало паропроизводящих ядерных установок. Никто не разрабатывал паровых силовых установок для широкого диапазона температур и давлений в конденсаторе, возникающих при эксплуатации подводных лодок. Требовалось создать компоненты из таких экзотических материалов как гафний и цирконий (а сначала добыть сами материалы), для чего не существовало готовых технологий.
В 1958 году Риковер был повышен в звании до вице-адмирала и награждён первой из двух Золотых медалей Конгресса. С тех пор и почти тридцать лет он строжайше контролировал корабли, технику и личный состав атомного флота, лично проводил собеседования, одобряя или отвергая каждого офицера — кандидата на атомные корабли. За время его беспрецедентно долгой карьеры этих собеседований накопилось огромное количество: только со свежими выпускниками он встречался свыше раз. Эти легендарные собеседования занимают немалое место в воспоминаниях (). Во всем спектре, от заумных и разносных до благодушных, от мичманов Академии до авиаторов в высоких званиях, стремившихся получить командование авианосцем (временами переходившие в стычки характеров), эти собеседования в большинстве потеряны для истории, за исключением нескольких задокументированных случаев, плюс личное интервью, взятое Дайаной Сойер в 1984 году.
Его строгие требования и упор на личную честность — главный источник долгой безаварийной эксплуатации реакторов в ВМС США. Во второй половине 1950-х в беседе с одним из капитанов Риковер отчасти раскрыл источник такого навязчивого отношения к безопасности:
У меня есть сын. И я люблю его. И хочу чтобы всё, сделанное мной, было настолько безопасно, чтобы я мог со спокойной душой доверить ему пользование. Вот моё главное правило.
Кроме того, Риковер подчеркнуто присутствовал на первом ходовом испытании чуть ли не каждой субмарины, закончившей постройку. Тем самым он одновременно как бы ставил личную печать её годности, и обеспечивал тщательность испытаний, чтобы её подтвердить, или наоборот выявить недостатки, требующие устранения.
В качестве главы Реакторного отдела он сосредоточивался скорее на надежности и безопасности техники, чем на тактической и стратегической подготовке. Это может навести на мысль, что из-за поглощенности эксплуатацией реакторов и одновременно прямого контакта с командирами, он мог повредить их боеспособности.
Но такая мысль не выдерживает проверки в свете засекреченных достижений американских подводников в эпоху холодной войны. О них, предположительноИз-за секретности, описанные события не подтверждаются и не опровергаются официально. Отсюда уточнение «предположительно»., рассказывает книга Зонтаг и Дрю. Мало того, рекорд ВМС США по безаварийной эксплуатации реакторов является резким контрастом главному конкуренту — Советскому флоту, в котором происходило много аварий реакторов в результате как спешки, так и избранных направлений строительства в соревновании с более передовой американской техникой.
Ретроспективный анализ октября 2007 года гласит:
Американские лодки далеко превосходили советские в критической области: скрытности, а одержимость Риковера безопасностью и контролем качества принесла ВМС США непревзойденный рекорд безопасности. Это особенно важно в демократическом обществе, где громкий инцидент, такой как кризис на атомной станции Три-Майл Айленд в марте 1979 года, или ряд широко распубликованных ЧП, мог бы навсегда похоронить атомный флот.