Ро́берт Ханс ван Гу́лик (, , 9 августа 1910, Зютфен — 24 сентября 1967, Гаага) — нидерландский востоковед, писатель и дипломат. Наибольшую известность приобрёл благодаря циклу романов и повестей о судье Ди. Этого героя он позаимствовал из китайского детективного романа «Ди Гун Ань» XVIII века, который, в свою очередь, базируется на биографии реального китайского сановника эпохи Тан.

Роберт ван Гулик вырос в семье военного врача, служившего в колониальной администрации Индонезии, с детства изучал восточные языки. Получил образование филолога в университетах Лейдена и Утрехта. После защиты докторской диссертации, посвящённой культу Хаягривы, в 1935 году поступил на дипломатическую службу, которая проходила в Японии и Китае, США и Ливане, Малайзии, Индии. В Чунцине в 1943 году женился на внучке Чжан Чжидуна — Шуй Шифан, их старший сын стал востоковедом-японистом. Последним назначением ван Гулика была должность полномочного посла Нидерландов в Южной Корее и Японии.

Как учёный, ван Гулик избегал магистральных социологических или политологических направлений в китаеведении, отдавая предпочтение антикварианизму. Он сосредоточился на малоизвестных на Западе элементах дальневосточной культуры — тушечницах, гуслях-цинь (виртуозом игры на которых был он сам), буддийской тайнописи сиддхам или образам гиббона в искусстве Китая, чему были посвящены многочисленные публикации. Явился пионером исследования эротического искусства и эротологии Китая, в 1961 году опубликовал новаторскую монографию «Сексуальная жизнь в Древнем Китае». За научные заслуги удостоен почётного профессорского звания в Национальном университете Малайзии (1960) и почётного членства в Нидерландской королевской академии наук и искусств (1964).

Заинтересовавшись жанром китайского судебного романа, в 1949 году перевёл на английский язык детектив XVIII века «Ди Гун Ань», после чего до конца жизни написал и опубликовал 14 романов, две повести и восемь рассказов о судье Ди (не считая единственного триллера на тему современных Нидерландов). Художественные произведения, как и научные исследования, ван Гулик писал по-английски и лишь затем переводил на нидерландский язык. Будучи отличным каллиграфом и знатоком китайской живописи, он сам иллюстрировал свои детективы.

Биография

Происхождение. Ранние годы (1910—1923)

Согласно автобиографии самого ван Гулика, его дед Виллем Якоб (1834—1910) был первым представителем семейства, который имел отношение к Востоку. Он служил электротехником на почтамте Утрехта, и интерес к технике сочетался у Виллема ван Гулика с глубоким увлечением спиритизмом: он основал и возглавил общество Veritas, читал лекции и ставил парапсихологические опыты. Кроме того, он интересовался китайским и японским искусством, особенно росписью по лаку. Его сын — тоже Виллем Якоб (1870—1953) — изучал в Утрехте медицину, но стремился на военную службу, и поступил в Королевскую голландскую ост-индскую армию. Женат он был на дочери купца из Арнема по имени Берта де Рёйтер (1869—1942). В 1897 году Виллем Якоб ван Гулик был отправлен в Голландскую Ост-Индию в звании капитана медицинской службы и вместе с семьёй оставался в колониях (на Яве и Сулавеси) до 1909 года. В Индонезии родились их сыновья: Виллем Якоб III (1897), Питер Йоханнес (1898), и Бен Адольф (1899), а также дочь Берта Лина (1905). Виллем ван Гулик участвовал в Ачехской войне, и даже получил прозвище «Казак», которым очень гордился. Несмотря на консерватизм и одобрение голландского господства, ван Гулик живо интересовался индонезийской культурой, изучал язык, и круг его интересов был шире обычного для военнослужащего. Далее глава семьи был командирован для реорганизации госпиталей Ост-индской армии в метрополию и обосновался в Зютфене. Здесь 9 августа 1910 года в доме по адресу: Coehoornsingel 58, у Виллема и Берты родился сын Роберт. Когда ему исполнилось три года, семейство переехало в Неймеген, где располагался крупнейший из госпиталей колониальной армии.

В 1914 году глава семьи вновь был командирован на Яву, но оставил семью в Голландии. Поскольку трое старших сыновей успешно учились в пансионах, в 1915 году мать вместе с Бертой и Робертом поехала в Ост-Индию. В автобиографии Роберт вспоминал, что отец его отличался авторитарностью, а мать поставила в центр своей жизни дом и детей, но между ними практически не бывало конфликтов; детство всех ван Гуликов было счастливым и гармоничным. К 1915 году отец был повышен до полковника медицинской службы и назначен в Батавию. Пятилетний Роберт плохо приспосабливался к влажным тропикам и часто болел, но постепенно оправился и отличался физической крепостью. Семья жила в достатке в обширном доме, облицованном мрамором, со множеством туземных слуг. Особенности климата требовали, чтобы голландцы-хозяева перешли на аборигенную одежду и образ жизни. Отец коллекционировал китайский фарфор и индонезийское оружие, под которые был отдан центральный зал с колоннами, мать любила певчих птиц. Из домашних питомцев выделялась отцовская белая лошадь и обезьяна Роберта. Родители не были религиозными и не настаивали на посещении детьми церкви, но отдали Роберта в воскресную школу, чтобы тот понимал Библию и усвоил начала протестантской морали. Главный помощник отца — индонезиец Вонгсо — был страстным ценителем театра теней ваянг, который заинтересовал куклами сына своего патрона, и Роберт стал знатоком и ценителем этого искусства. Сохранилась фотография 15-летнего Роберта ван Гулика, разыгрывающего представление ваянга. Летние каникулы семья проводила в горах , где Роберт выучился ездить верхом.

Начальная школа на Яве, куда отдали Роберта, была интернациональной, где учились дети голландцев, а также смешанных голландско-индонезийских и китайских семейств. Он был способным, но больше всего любил футбол, борьбу силат, немые фильмы с и детективы про Ника Картера (став взрослым, он утверждал, что там были хорошие сюжеты). Он также увлекался запуском самодельных воздушных змеев и охотой на птиц и летучих мышей с духовым ружьём (последнее запрещали родители). В китайском квартале Роберт заинтересовался иероглификой и удивлялся, что его одноклассники-китайцы стеснялись собственной культуры. Интерес к Китаю был подстёгнут романом Жюля Верна «Треволнения одного китайца». Продолжалось и увлечение ваянгом; родители считали, что это стимулирует интеллектуальное и художественное развитие Роберта, и подарили ему на десятилетие роскошно переплетённую книгу для записей, чтобы он фиксировал туда всё, что знал о кукольном театре, одновременно совершенствуя почерк и письменный голландский язык. За год он заполнил все 200 страниц заметками и цветными иллюстрациями, и в свой одиннадцатый день рождения завершил своё первое «исследование». В 1923 году Роберт закончил элементарное образование, а его отец вышел в отставку в чине генерал-майора.

Определение призвания (1923—1935)

Адаптация в Голландии После отставки Якоба Виллема ван Гулика, семья вернулась в Голландию, и поселилась в усадьбе «Северен» в Беке близ Неймегена. На вилле поддерживался аристократический образ жизни, отец держал выезд, мать развела цветники; коллекция фарфора и оружия целиком заполняла большой зал для приёмов. Роберта отдали в муниципальную гимназию Неймегена, куда он добирался из дома на велосипеде; он вспоминал, что адаптация после Индонезии была тяжёлой, поскольку борьба считалась в Голландии неприемлемой, а пуританская мораль вызывала отвращение. Единственным другом стал другой выходец с Явы — Ф. Мартейн (будущий археолог, исследователь Суматры), с которым Роберт занимался яванским языком и ставил спектакли ваянга. Родители устроили в усадьбе гимнастический зал, поскольку Роберт рано развился физически и в 15-летнем возрасте был выше шести футов роста. В гимназии раскрылись лингвистические способности ван Гулика и он убедился, что «яванская литература, не лишённая некоторого бесхитростного обаяния, не может сравниваться с великой западной литературой». Тогда же Роберт попытался заняться китайским языком по самоучителю, и параллельно санскритом, узнав, что это «основа всех языков». Отец всячески поддерживал занятия своего сына. Главным интересом Роберта сделался Китай, и он занялся разговорным языком со студентом-китайцем — практикантом аграрного института. Ван Гулик знал много иероглифов и изучил основу языка ещё до поступления в университет. Первый учитель придумал ему и китайское имя — Гао Лопэй — транскрипцию голландского имени Роберт ван Гулик. Из-за того, что ради китайских занятий Роберт пренебрегал другими предметами, он остался в четвёртом классе гимназии на второй год. На каникулах отец отправил его на ферму, чтобы «он хлебнул жизни» и понял, каким трудом зарабатываются деньги.

Профессор Уленбек и лингвистика

Санскритские занятия Роберта обратили на себя внимание отставного профессора Кристиана Уленбека, который обосновался на пенсии в Неймегене. Уленбек предложил ван Гулику углублённые занятия лингвистикой раз в неделю, поскольку ему не хватало общения с учениками. Для бездетной четы Уленбеков Роберт стал почти что приёмным сыном. Хотя сам профессор не знал дальневосточных языков, он мог советовать лучшую профессиональную литературу и словари и обучал Роберта теоретическому и общему языкознанию, санскриту, греческому, латинскому и русскому языкам. В 1928 году в Гааге проходил , на котором Уленбек был избран председателем, и задействовал Роберта как секретаря. Ван Гулик также сделался любимцем директора гимназии — доктора Шварца — и был принят у него в доме, тогда же он пристрастился к игре на бильярде, который стал его серьёзнейшим увлечением до конца жизни.

Дома у Уленбека хранилась картотека языка пейганов («черноногих»), составленная во время экспедиции 1910—1911 годов. Из благодарности к учителю, Роберт предложил свои услуги в разборе и обработке этих материалов. Профессор, считая это полезным для развития лингвиста, согласился. Первая, черновая рукопись словаря языка черноногих в переводе на английский язык («An English-Blackfoot vocabulary based on material from the Southern Piegans»), была подготовлена за шесть недель, и принята к печати Королевской академии наук Нидерландов в 1930 году. Уленбек поставил ван Гулика соавтором, хотя тот рассчитывал быть упомянутым в предисловии. Блэкфуто-английская часть словаря вышла в 1934 году. Отец с учителем рассчитывали, что Роберт окончит Лейденский университет и начнёт академическую карьеру. Однако незадолго до выпускных экзаменов в 1930 году, ван Гулик-младший увидел рекламу правительства Нидерландской Ост-Индии: Бюро по делам Дальнего Востока в Батавии вело набор чиновников и предлагало оплатить три года занятий китайским и японскими языками в Лейдене и год в Китае. Роберт решил, что это полностью отвечает всем его интересам: он хотел не только знать восточные языки, но и постоянно жить на Востоке, а также быть финансово независимым. Уленбек поддержал его и пригласил заниматься с ним на каникулах, что и продолжалось до 1935 года.

Университет