Торгси́н (распространённая расшифровка Торговый синдикатСеманов С. Н. Россия без русских. — : Алгоритм, 2006 — С. 392—393.Осокина Е. Золото для индустриализации: Торгсин., полное название Всесоюзное объединение по торговле с иностранцами) — государственная организация в СССР, занимавшаяся обслуживанием гостей из-за рубежа и советских граждан, имеющих «валютные ценности» (золото, серебро, драгоценные камни, предметы старины, иностранные деньги), которые они могли обменять на пищевые продукты и другие потребительские товары.
Создано 18 июля 1930 года, ликвидировано 1 февраля 1936 годаПостановление СНК СССР от 14 ноября 1935 года № 2487 «О ликвидации Всесоюзного объединения „Торгсин“» // «СЗ СССР». — 1935. — № 58, ст. 476; «Известия ЦИК СССР и ВЦИК», № 265, 15.11.1935.. Торгсин получил свою печальную известность в голод 1932—1933 годов, когда он использовался советскими властями для пополнения бюджета за счёт продажи продуктов питания советским гражданам исключительно за валюту и драгоценности по завышенным ценам. Чистая выручка Торгсина за 5 лет работы составила примерно 270—283 млн золотых рублей. Название организации («торговля с иностранцами») озадачивало население, поскольку основу покупателей составляли советские граждане.
История Торгсин вначале имел лишь несколько магазинов в крупных городах, которые продавали антиквариат иностранным туристам.
Появление магазинов Торгсина в СССР имело под собой две основные предпосылки, во-первых, советскому правительству необходимы были иностранная валюта и имевшиеся на руках у населения ценности, во-вторых, покупательная способность рубля непрерывно снижалась, а в голодные годы и вовсе стремилась к нулю, поэтому никогда в советской истории рубль не назывался „твёрдой валютой“Soviet Union Political Reports, 1917—1970. Volume 4: 1931—1933. — Chippenham: Archive Editions, 2004. — P. 301, 365, 545.. Таким образом, в 1931 году советским гражданам было позволено приобретать товары в магазинах Торгсина за иностранную валюту, золото, серебро и драгоценные камни. Кроме того Торгсином принимались многие другие востребованные товары. Среди предлагаемой в Торгсине продукции были как и продукция советского производства, так и западные продукты питания, быта, одежды и другие товары повседневной необходимости, присланные западными странами в качестве гуманитарной помощи безвозмездно (организациями Charity Commissioners и прочими), что в советское время тщательно скрывалось, более того среди неграмотного населения властями целенаправленно насаждался стереотип, что это так „американские капиталисты наживаются на голодающем советском пролетариате“. Сдаваемые ценности конвертировались и вознаграждались строго по весу драгоценного металла или камней, таким образом, золотые ордена екатерининской эпохи оценивались так же как „зубное золото“, а серебряные античные монеты как советские полтинники. Во время голода 1932—1933 годов люди были вынуждены менять свои сбережения на еду. В 1933 году продукты питания составляли 80 % всех проданных в Торгсине товаров, причём на дешевую ржаную муку приходилась почти половина всех продаж. При этом розничные цены на продовольствие были в среднем в три раза выше, чем при крупнооптовой продаже за рубеж. Качество же товаров и обслуживания были на низком уровне, которое выражалось в продаже порченной продукции и в бесконечных очередях. В этом году Торгсин получил от населения 45 тонн чистого золота и почти 2 тонны серебра. С 1931 по 1936 год Торгсин добыл эквивалент 222 тонн чистого золота, при этом 70 % было получено от советских граждан. Золото принималось во всех видах: в слитках, ломе, монетах, украшениях и произведениях искусства. Любое изделие из золота во время оценки часто ломалось или разбиралось и его действительная ценность не учитывалась. Имелись также случаи злоупотребления среди персонала, такие, как обвешивание и обмеривание покупателей, воровство, занижение действительного веса драгоценных металлов и их пробы. Зачастую цены на отпускаемое продовольствие были сильно завышены. Так, цена на муку была выше мировых в три раза. Также и по другим товарам наблюдался большой ценовой разрыв: +Сравнение цен Торгсина с экспортными ценами на некоторые товары (по плану 1 квартал):Цены ТоргсинаЦены экспорта на ЗападЦены Торгсина в % к ценам экспорта на ЗападМасло животное550324170,0Махорка123400,0Сахар30091330,0Масло растительное400105331,0
При этом ценообразование не было единым и систематичным. Цены могли быть ниже цен коммерческих магазинов, что приводило к спекуляциям, или сильно завышенными, что вызывало затоваривание складов и накопление излишков.
Запрет на скупку церковных ценностей Историк Елена Осокина отмечает, что Торгсин не имел права принимать церковные ценности, так как они по закону считались собственностью государства и подлежали конфискации (впрочем, Осокина приводит примеры, когда этот запрет нарушался работниками Торгсина, которые принимали за деньги церковные ценности)Осокина Е. А. Алхимия советской индустриализации: Время Торгсина. — : Новое литературное обозрение, 2019. — С. 172..
Деятельность
Торговые представительства Торгсина были разбросаны по всей стране. На 1 января 1934 их общее количество составляло в сумме 1477 торговых точек. В этом же году интерес граждан к товарам из Торгсина значительно упал из-за улучшения ситуации с продовольствием и количество представительств стало значительно снижаться до самой ликвидации Торгсина в 1936 году.
В торговой сети «Торгсин», помимо прочего, были представлены также изделия из фарфора (посуда и прочее), выпускавшиеся на нескольких заводах, и обычно снабженные символикой «Торгсин» (символика/клеймо размещались, как правило, на донышке изделия).
В Москве На ул. Арбат, № 50—52 — дом с гастрономом «Смоленский» (или «Гастроном» № 2; бывший магазин «Торгсин»), ныне так же гастроном. Здесь происходит один из эпизодов романа «Мастер и Маргарита». До Октябрьской революции здесь располагался ресторан Игнатия Александровича Зверева и лавки купца Троилина.
В 1928 году по проекту архитектора В. К. Олтаржевского на месте снесённых строений, со значительным отступом от прежней красной линии улицы, был построен дом для кооператива «Московское объединение». Здание имело 5 этажей, угловая часть была оформлена балконом, располагавшейся над трёхэтажным полукруглым эркером, и завершалась высоким пилоном с круглым окном и пирамидальным аттиком. Однако уже в начале 1930-х годов дом был перестроен архитектором В. М. Маятом: он надстроил 6-й этаж, сделал башню гранёной и поднял её на всю высоту прежнего аттика. По торцам пилонов и над входным вестибюлем были высечены крупные рубленые надписи «Универмаг Торгсин».
В 1936 году Торгсин был упразднён и, гастроном стал называться Смоленским (или № 2 после Елисеевского). Вплоть до середины 1970-х годов в верхних этажах находились квартиры, в основном коммунальные. Затем дом был расселён, а после ремонта верхние этажи отданы в распоряжение МИДа (местные жители прозвали его «ГастроМИД»), основное здание которого находится рядом на Смоленской площади. Второй крупнейший Торгсин в Москве располагался на пересечении улиц Петровка и Кузнецкий Мост. Существовала даже парикмахерская, входившая в систему Торгсин. Также в Москве магазины располагались: на Сретенке, улице Герцена, д.27 (Большая Никитская ул.), в районе Таганской площади, на улице Покровка, на площади Земляной Вал, и минимум два магазина на улице Горького (ул. Тверская). Правление располагалось по адресу: ул. Кузнецкий Мост, д. 14 в здании бывшего банкирского дома Братьев Джамгаровых.
В других регионах
Региональная торговая сеть Торгсина была достаточно обширной. Так только в Черниговской области работали 21 магазин в сентябре 1933. Западно-Сибирской краевая контора Торгсина имела свои торговые точки в 22 населенных пунктах. Вятское отделение насчитывало 12 магазинов на территории бывшей Вятской губернии. Множество отделений Торгсина действовало в Ивановской области. Самарское отделение состояло из 13 торговых единиц. Магазины открывали также и в селах.
В витринах лавок по-прежнему вместо товаров и продуктов портреты Ленина и Сталина, пророков. Я удивляюсь тому, что лавки по закупке золота, так называемые магазины «Торгсин», переполнены. Здесь можно купить всё; немного дороже, чем за границей, но есть — всё. Таким образом из населения выдавливаются последние остатки золота, серебра и валюты. Повсюду по стране стоят эти золотые насосы. Даже в Красноводске, в глухомани, я видел «Торгсин».
В октябре 1931 года была создана Белорусская контора ТоргсинаСубботин А. А. Деятельность Всесоюзного объединения по торговле с иностранцами (Торгсин) в Витебске (1932—1936 гг.) // Советские регионы: политика, экономика, повседневность. 1930—1950-е годы: Материалы XVI Международной научной конференции. Екатеринбург, 21 — 23 июня 2024 г. / Отв. ред. А. К. Сорокин. — М.: Политическая энциклопедия; Президентский центр Б. Н. Ельцина, 2024. — С. 243..
В 1933 году торгсиновский рубль на рынке стоил 35—40 советских рублей, за доллар давали два рубля Торгсина: в Оренбурге имелся магазин Торгсина, где в разгар голода можно было купить по ценам, подчас ниже мировых, продукты и качественную мануфактуру. Весь город взирал на него с жадностью. Только расплачиваться там надо было золотом, серебром или иностранной валютой. Я видел киргизов и русских мужиков, приносивших к заветному прилавку старинные персидские мониста, оклады икон чеканного серебра, и за эти произведения искусства, редкие монеты, купленные на вес, с ними расплачивались мукой, ситцем, кожей… Ссыльная буржуазия несла зубные коронки. На три сотни франков в месяц (примерно пятнадцать долларов) я мог жить и даже помогать вышедшим из тюрем товарищам. Обмен на рынке позволял добыть и дров на зиму, и чего-нибудь молочного. Один торгсиновский рубль стоил на рынке тридцать пять-сорок рублей бумажных; так что восьмидесятирублевая зарплата по ценам мирового рынка равнялась двум коммерческим рублям или примерно одному доллару»
Из воспоминаний Виктора Астафьева о голодных 1932—1933 годах:
В тридцать третьем году наше село придавило голодом. Замолкли песни, заглохли свадьбы и гулянки, притихли собаки, не стало голубей. Шумные ватаги ребятишек не сыпались на санках с яра, скотина во дворах ревела под ножом, кони начали падать среди улиц. Сразу захмурели и вроде бы состарились дома. Углы у них были, как челюсти у голодных людей, сухи и костлявы…
Город всегда был бедой и выручкой нашего села. Он потреблял сельскую продукцию: дрова, молоко, мясо, рыбу, овощи, ягоды. Он одевал и спаивал. Он был гостеприимен, пока получал из деревни что ему надо было. С пустыми руками и с порожними подводами город встречал мужиков неохотно. Он и сам был голоден, этот большой и теперь неприветливый город.
В тот год, именно в тот год, безлошадный и голодный, появились на зимнике мужики и бабы с котомками, понесли барахло и золотишко, у кого оно было, на мену, в «Торгсин».
Чеки Торгсина
Магазины Торгсина, или по-другому Торгового синдиката, обслуживали иностранцев и советских граждан, имевших «валютные ценности»: драгоценные вещи или конвертируемую валюту. Хранить валюту советским гражданам запрещалось, это считалось уголовно наказуемым преступлением, её в обязательном порядке следовало обменивать на чеки. Этот порядок сохранился до конца Советской власти, только вместо Торгсина завели магазины «Берёзка». Но тогда какая нам была разница — чеки или доллары? Главное, на чеки можно было купить в Торгсине продукты. Так и выжили, да ещё родне помогали. А в 1937 году переписку частных лиц с заграницей запретили, собственно, именно тогда и опустился окончательно «железный занавес».