«Церко́вная исто́рия наро́да а́нглов» () — главный труд англосаксонского историка и богослова Беды Достопочтенного, посвящённый истории христианской церкви в древней Англии, конфликту между римским и кельтским христианством. Хронологически изложение охватывает период от римского вторжения в Британию 55 года до н. э. до 731 года (в некоторых поздних рукописях события доведены до 766 года); наиболее подробное связное изложение касается событий 596—705 годов, о современном автору периоде он пишет максимально кратко и без оценок.

Исторические представления Беды сложились под воздействием библейской традиции, то есть священной еврейской истории. Прошлое англосаксов осмысливалось как направленное непрерывное движение к Богу, по аналогии с историей первого богоизбранного народа — израильтян. Согласно Беде, англосаксы были новыми Божиими избранниками, миссия которых была в распространении истинной веры в самые отдалённые земли и восстановлении церковного единства. Англы — новый народ Израильский — получили веру непосредственно из Рима, центра католического мира. Поэтому центральным сюжетом труда Беды являлось становление церкви во всей Британии, объединяющей верующих во всех англосаксонских королевствах в соответствии с Божественным замыслом.

Трактат был написан на латинском языке и завершён к началу 730-х годов. По приказу короля Альфреда Великого текст был переведён на древнеанглийский язык, он закрепил синонимию понятий «Британия» и «Англия». Вместе с другими трудами Беды «Церковная история» стала популярной в средневековой Европе, сохранилось около 160 рукописей, при этом считается, что на территории Англии в XIV—XVI веках в результате политических потрясений было уничтожено примерно 80 % манускриптов Беды. Первое печатное издание вышло в 1475 году в Страсбурге. Перевод на английский язык был опубликован в Антверпене в 1550 году, а печатное издание древнеанглийского перевода и латинского текста в Кембридже последовало только в 1643—1644 годах. В XIX веке труд Беды Достопочтенного стал рассматриваться как основополагающий для национальной британской историографии. Наиболее авторитетным научным изданием считается двухтомник Ч. Пламмера 1896 года, в 1969 году был опубликован академический английский перевод Р. Майнерса и Б. Колгрейва. На русский язык «Церковная история» была переведена в 2001 году В. В. Эрлихманом.

Историческая концепция и метод Беды

Историческое повествование в Средние века

Французский медиевист Бернар Гене отмечал, что история среди христианских дисциплин занимала в Средние века особое, подчинённое, положение. В общем все средневековые историки стремились сохранить память о прошедших временах и рассказать о событиях, происходивших в эти времена, а также дать описание этих времён и представить достоверную хронологическую последовательность. Существенно то, что историка в меньшей степени интересовало выяснение причин события: все они были необходимой частью Божественного замысла, который можно было постигнуть в своё время. Так, Григорий Турский, сообщая о нападении гуннов на Галлию, приводил легенду об Аравации, епископе Тонгра, которому было дано откровение, что по грехам народа его гунны должны прийти в Галлию и опустошить её, а его молитва не может быть услышана, ибо Господь всё решил (II, 5). Поэтому знание о прошлом имело смысл только как часть знания об изначальном плане, в котором каждое событие имело смысл. Чтение и комментирование Библии — Священного Писания, которое содержало всю полноту смыслов, доступных человеку, — требовало глубокого и тщательного изучения древнееврейской истории, хронологии, топографии, генеалогии. Изучение истории и культуры богоизбранного народа оправдывало изучение собственной истории и задавало подходы к её описанию и интерпретации. Естественно, что для христианского историка предметом интереса было теологическое измерение: определение места своего народа, государства и церкви в общей картине истории христианского мира и установление цели и высшего назначения произошедших событий.

«Церковная история народа англов» в пяти книгах повествовала о периоде от римского завоевания до 731 года, причём внешняя канва несла признаки типичного для эпохи хроникального жанра. По замечанию Дж. Брауна, заглавие работы не должно вводить в заблуждение — это церковная история, не похожая на классические образцы Геродота, Фукидида, Юлия Цезаря или Тацита. Более того, нет никакой уверенности, что Беда был знаком с трудами всех перечисленных историков. Из доступных ему образцов труд Беды ближе всего к Руфинову переводу «Церковной истории» Евсевия Кесарийского. Классические исторические труды античности (особенно Фукидида) использовали вымышленные сюжеты и речи исторических персонажей, которые должны были произнести то, что автор считал возможным в данной ситуации. Напротив, христианские историки, оперируя библейской картиной времени, основное внимание уделяли сакральному, а светские события истолковывали в свете и терминологии сакрального. Подобно Евсевию, Беда включал в своё повествование подлинные документы и ссылался на источники и авторитеты, в силу чего стал восприниматься в историографии как своего рода «идеальный» церковный историк.

Исторические труды Средневековья создавались как тексты одного института — церкви — и только во вторую очередь как нарративы локальных общин, королевств или народов. Погодные записи о происходящих событиях за редким исключением велись в монастырях, а учёные почти исключительно были монахами, священниками и даже епископами, для которых занятия историей или философией были сопряжены с основными культовыми обязанностями. Основными источниками создания исторического нарратива были исключительно труды других писателей, причём авторы сознательно стремились продолжать и доводить до своей современности сочинения предшественников, поскольку средневековое сознание включало концепт непрерывной традиции. В VI веке Кассиодор в своих «Институциях» перечислил набор базовых для него исторических текстов, которые затем стали восприниматься как нормативный набор и распространились по библиотекам латинского Запада. В их число входили «Иудейские древности» и «Иудейская война» Иосифа Флавия (он воспринимался как церковный историк); «Церковная история» Евсевия Кесарийского в переводе Руфина и его продолжение — «История в трёх частях» самого Кассиодора; «История против язычников» Павла Орозия, уцелевшие книги истории Аммиана Марцеллина, хроника Проспера Аквитанского и два сочинения «О выдающихся мужах» Иеронима и Геннадия. Все эти тексты были доступны Беде и оказали существенное влияние на его представления.

Восприятие истории Бедой Достопочтенным Беда Достопочтенный стал одним из первых средневековых авторов, который создал целостную концепцию прошлого. Понимание истории Бедой в общем было сформировано доступными ему античными писателями и лежало в русле представлений Исидора Севильского — история есть рассказ о свершившихся делах (Этимологии, I, 41). Такой подход полностью сочетался с методом и стилистикой исторических книг Ветхого Завета. Нарратив выстраивался вокруг того, «что было сделано» правителями, служителями церкви, праведниками и целыми народами. Концептуальную суть образовывали создание государства, правление династии или отдельного короля, история обращения народа в христианство или преодоление раскола. В «Церковной истории народа англов» прослеживаются две традиции исторического нарратива. Первый восходит к истории Евсевия и повествует об истории христианских общин и институтов, второй — к «Истории франков» Григория Турского, то есть описанию «нового» исторического народа, который в античном прошлом причисляли к варварам. Однако именно Беда создал новый тип исторического нарратива, который позволял объединить историю церкви и народа.

Исторические представления Беды сложились под воздействием библейской традиции, то есть священной еврейской истории. Прошлое англосаксов осмысливалось им как направленное непрерывное движение к Богу, по аналогии с историей первого богоизбранного народа — израильтян. По Беде, цель и одновременно конец человеческой истории — это обращение ко Христу всех людей на свете, в силу чего прошлое и настоящее народа англов получало своё место во всемирной истории. Героями раннесредневековых историков часто были целые народы — готы у Кассиодора, Иордана и Исидора, франки у Григория Турского, лангобарды у Павла Диакона и бритты у Гильдаса. Судьба народа в сочинениях такого рода конструировалась по библейским лекалам: историю определяли отношения Бога и людей, которые принимали или отвергали истинную веру. Впервые такой метод объяснения событий ввёл Павел Орозий, который попытался на историческом материале обосновать учение Августина о двух Градах. Согласно этой логике, народы древности, включая греков и римлян, жили во грехе, не сознавая того, и оттого терпели бедствия и двигались к ложным целям, подвергаясь разгрому и завоеванию. Соответственно, грехи современных им язычников и тем более вероотступников виделись более тяжёлыми, поскольку Истина была дана, но они противились ей. Бог, хотя и не общался напрямую с историческими героями, как в Ветхом Завете, неусыпно заботился о жизни своих творений, даруя вознаграждение и насылая кару. Исторические перемены вполне можно было объяснить через концепцию «греховного» и «праведного» народа. Например, в интерпретации Гильдаса бритты, погрязнув в грехах, отвернулись от Бога и потому были завоёваны англами. Хотя христианские историки признавали наличие изначального Божественного замысла, они не отвергали и выбора, воздаяние за который получал не только герой, но и целый народ. Григорий Турский отмечал, что у христиан всё слагается счастливо, у еретиков же всё идёт дурно, и приводил в пример Хлодвига и Алариха. Образ нового богоизбранного народа приобрёл особое значение для историков германских королевств. Логика была очевидна — для христианской веры не было «ни эллина, ни иудея». Если в Ветхом Завете Бог-отец вёл избранный народ — евреев, то и в «настоящее время» история должна была повториться с избранным народом Сына — из христиан. После падения Римской империи и создания варварских королевств образ стал ассоциироваться с государственностью конкретных германских народов, к представителям которых относился тот или иной историк. Наиболее отчётливо эта идея была представлена именно в «Истории» Беды Достопочтенного.

Согласно Беде, англосаксы были новыми Божиими избранниками, миссия которых была в распространении истинной веры в самые отдалённые земли и восстановлении церковного единства. Англы — новый народ Израильский — получили веру непосредственно из Рима, центра католического мира. Поэтому центральным сюжетом труда Беды являлось становление церкви во всей Британии, объединяющей верующих во всех англосаксонских королевствах в соответствии с Божественным замыслом. Отдельные события, войны, изменения границ и деяния государей имели смысл только в соотнесении с пониманием истории как истории спасения. Бритты могли бы стать просветителями во Христе для англов и саксов, но не пожелали спасать души новых обитателей острова. Однако для англов Божественным планом была приуготовлена иная участь.

Исторический нарратив «Церковной истории народа англов»