Новгородский погром (разгром) — поход опричного войска на Новгород в 1569—1570 годах под личным руководством Ивана Грозного, сопровождавшийся массовыми убийствами. Жертвами погрома стали по разным оценкам от 2 до 15 тысяч человек при общей численности населения Новгорода 30 тысяч. Кроме того, вследствие погрома в городе начали свирепствовать голод и болезни.
Предыстория На фоне углубляющегося раскола между опричниной и земщиной, опричная дума с растущим беспокойством следила за настроениями новгородского дворянства. Новгородская земская рать насчитывала до 3000 детей боярских, по численности в несколько раз превосходила дворянство любого другого уезда, включая МосковскийРазрядная книга Полоцкого похода царя Ивана Васильевича 1563 года // Витебская старица. Т. 4. — Витебск. 1885. — С. 33—38. В список лучших слуг 1550 года попал 202 дворянин из Новгорода и только 43 дворянина из Москвы. На Земском соборе 1566 года Новгород представлял 21 дворянин, а Москву 16 дворян..
Политическое влияние новгородцев было значительно, в любом политическом кризисе боровшихся за власть группировок, все пытались заручиться поддержкой новгородских помещиков. В 1537 году мятежный князь А. И. Старицкий пытался опереться на новгородцев. В январе 1542 года бояре Шуйские захватили власть, когда их поддержали новгородцы «все городом». В 1552 году, при Избранной Раде, в армии произошли серьёзные беспорядки, вызванные отказом новгородцев идти в Казанский походПСРЛ. Т. 13. С. 97, 141, 191.. В 1566 году на Земском соборе немало новгородцев поддержало требование об отмене опричнины и московское правительство вынуждено было прислушиваться ко мнению новгородцев, ополчение которых было вдвое больше опричного войска.
Одной из причин анти-новгородских настроений было давнее торговое и культурное соперничество между Новгородом и Москвой. Но несравненно более важное значение имело обострение социальных противоречий в новгородской земле, связанных с экономическим упадком конца 1560-х годов, где социальные контрасты проявились в особенно резкой форме. Массовые переселения новгородцев в конце XV века не затронули основной толщи посадского населения, являвшихся носителями демократических традиций. В этой среде были высоки анти-московские настроения. Летописец сохранил выражение тревоги: «А бояре в нём [Новгороде] меньшими людьми наряжати не могут, а меньшие их не слушают…»Насонов А. Н. Летописные памятники хранилищ Москвы (новые материалы) // Проблемы источниковедения. — 1955. — Т. 4. — С. 254—255.. Голод и эпидемия чумы, поразившие Новгород в 1560-х годах, усилили недовольство в народе.
Что же касается новгородского сепаратизма, то он был лишь в незначительной части побочным продуктом глубокого социального брожения в низах. В январе 1569 года псковские дворяне и приказные люди изменническим путём сдали литовцам Изборск (с помощью русских изменников Тимохи Тетерина и братьев СарыхозиныхСкрынников Р. Г. Синодик опальных царя Ивана Грозного // Вопросы истории СССР в XVI—XVIII веках. Сборник. Т. 278. — Л., 1965. — С. 42.. После освобождения города опричники казнили двух изборских подьячих и двух жителей из Пскова и Новгорода, а Иван Грозный издал распоряжение о выселении из Пскова и Новгорода всех неблагонадёжных лиц: 500 семей было выселено из Пскова и 150 из НовгородаНовгородские летописи. — С.-Пб., 1879. — С. 129, 468..
Данная измена внушала мысль о ненадёжности населения и администрации Псковско-Новгородской земли и их потенциальной измене в пользу Литвы. В октябре 1569 года опричники объявили о раскрытии заговора в пользу В. А. Старицкого. Царь вызвал его в Александровскую слободу и приказал принять яд. Правительство начало искать сообщников удельного князя среди старомосковских бояр, приказных чинов и среди новгородцев и псковичей, которых оказалось немало, в связи с тем что князья Старицкие имели владения близ новгородских земель и имели там вассалов, поддерживали дружбу со многими новгородцами и псковичами. В 1568 году всё это проходило на фоне суда над руководителем Конюшенного приказа боярином И. П. Фёдоровым и митрополитом Филиппом Колычевым. При расследовании сдачи Изборска выяснилось, что будто бы горожане хотели Новгород и Псков «отдати литовскому королю, а царя… хотели злым умышленьем извести, а на государство посадити князя Володимера Ондреевича»Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV—XVI вв. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1950. — 587 с. — С. 480..
Венецианский дипломат Джерио, прибывший в Москву в дни Новгородского погрома, собрал важные сведения об обстоятельствах новгородского дела. Он писал, что царь разорил Новгород вследствие поимки гонца с изменническим письмомДонесение аббата Джерио дожу Венеции. — С.-Пб., 1841. — С. 214.. Двумя годами раньше, литовцы обратились с тайными грамотами к конюшему И. П. Фёдорову и другим руководителям земщины. В новгородском погроме литовская интрига получила своё продолжение, на которые впоследствии русские послы отвечали: «о котором есть лихом деле с государевыми изменниками лазутчеством ссылались и бог тое измену государю нашему объявил и потому над теми изменниками ссталось»Сборник РИО. — Т. 71. — С. 777.. «Польская память», найденная у лазутчина в Новгороде, на фоне событий последних лет, в глазах царя и опричников стала главной уликой против новгородских и псковских властей. Позднее новгородские летописи и предания, старавшиеся отвести от Новгорода всякие подозрения в измене, отрицали наличие «Польской памяти» и утверждали, будто бы изменную грамоту составил некий бродяга, волынец Пётр, желавший отомстить Новгороду.
История В декабре 1569 года, подозревая новгородскую знать в соучастии в «заговоре» недавно убитого по его приказу князя Владимира Андреевича Старицкого и одновременно в намерении передаться польскому королю Сигизмунду II Августу, Иван Грозный в сопровождении большого войска опричников выступил против Новгорода.
Поводом к этому послужил донос, поданный неким бродягой, волынцем Петром, за что-то наказанным в Новгороде, и обвинявшим новгородцев во главе с архиепископом Пименом в намерении посадить на престол князя Владимира Старицкого и передать Новгород и Псков польскому королю. В. Б. Кобрин считает, что «донос был откровенно нелеп и противоречив», так как новгородцам приписывались два несовместимых стремления.
Двинувшись на Новгород осенью 1569 года, опричники устроили массовые убийства и грабежи в Твери, Клину, Торжке и других встречных городах (документально подтверждается убийство 1505 человек, в основном — сидевших по темницам литовских и татарских пленников, а также выселенных из своих домов псковичей и новгородцев, застигнутых опричниками по дороге в МосквуСкрынников Р. Г. Иван Грозный. — : АСТ, 2001.). В Тверском Отрочем монастыре в декабре 1569 Малюта Скуратов лично задушил митрополита Филиппа, отказавшегося благословить поход на Новгород.
Опричное войско, согласно А. А. Зимину, насчитывало 15 тысяч человекЗимин А. А. Реформы Ивана Грозного. — М., 1960., в том числе 1500 стрельцов.
2 января 1570 года передовые отряды во главе с В. Г. Зюзиным подошли к Новгороду и оцепили город заставами, опечатали казну в монастырях, церквях и частных домах, арестовали и поставили «на правёж» монахов, священников и видных новгородцев. 6 января у города появился сам Иван Грозный.
8 января, во время встречи опричного войска новгородским духовенством на Великом мосту через Волхов, царь обвинил в измене архиепископа Пимена. Пимен был арестован и заключён в тюрьмуНовгородские летописи. — С.-Пб., 1879. — С. 430.. Примечательно, что Пимен был верным сторонником царя и помогал ему в разоблачении непокорного митрополита Филиппа. Но и его Иван Грозный публично обвинил в заговоре и обозвал скоморохом. А для большего унижения архиепископа раздели, привязали к лошади, которую назвали его женой, и водили в таком виде. Впоследствии опричник Афанасий Вяземский был обвинён в том, что пытался предупредить Пимена об аресте, подвергнут торговой казни и сослан в Городецкий посад на Волгу, где вскоре умерШтаден Г. Записки о Московии. — С. 96..
Казни в Новгороде
Точный подсчёт жертв вёлся лишь на первых порах, когда Иван Грозный целенаправленно уничтожал местную знать и приказных, устроив суд в «Городище» (было убито 211 помещиков и 137 членов их семей, 45 дьяков и приказных, столько же членов их семей). Среди убитых оказались: главные дьяки Новгорода К. Румянцев и А. Бессонов, боярин В. Д. Данилов, заведовавший пушечными делами, а также виднейший боярин Фёдор Сырков, принимавший ранее участие в составлении «Великих Четьих-Миней» и построивший на свои средства несколько церквей (его сначала окунули в ледяную воду Волхова, а затем живьём сварили в котле). После этого царь начал объезжать новгородские монастыри, отбирая у них все богатства, а опричники осуществили общее нападение на новгородский посад (остававшийся до тех пор нетронутым), в ходе которого погибло неведомое количество людей. С храма святой Софии были сняты Васильевские ворота и перевезены в Александрову слободу.
Затем последовали казни, продолжавшиеся до 15 февраля. Было казнено с применением различных пыток множество горожан, включая женщин и детей. По сообщению русской повести о разгроме НовгородаПовесть о походе Ивана IV на Новгород // Изборник. — М., 1969. — С. 477., Иван велел обливать новгородцев зажигательной смесью и затем, обгорелых и ещё живых, сбрасывать в Волхов; иных перед утоплением волочили за санями; «а жён их, мужеск и женск пол младенцы» «взяху за руце и за нозе опако назад, младенцев к матерем своим и вязаху, и с великия высоты повеле государь метати их в воду». Священники и монахи после различных издевательств были забиты дубинами и сброшены туда же. Современники сообщают, что Волхов был запружен трупами; живое предание об этом сохранялось ещё в XIX веке.
Людей забивали до смерти палками, бросали в реку Волхов, ставили на правёж, принуждая их отдать свое имущество, жарили в раскалённой муке. Новгородский летописец рассказывает, что были дни, когда число убитых достигало полутора тысяч; дни, в которые избивалось 500−600 человек, считались «счастливыми».
Частные дома и церкви были ограблены, имущество и продовольствие новгородцев уничтожено. Отряды опричников, разосланные на 200—300 км, производили грабежи и убийства по всей округе.
Тем не менее самое страшное началось в городе потом. На 1569—1570 годы пришёлся страшный неурожай. Тотальное же истребление немногочисленных припасов привело к ужасному голоду, от которого погибло намного больше людей, чем от рук опричников. В Новгороде широко распространилось людоедство. Довершила дело эпидемия чумы, начавшаяся на Руси до погрома, а в Новгород пришедшая уже после него.
Казни во Пскове Из Новгорода Грозный отправился к Пскову. В Пскове царь собственноручно убил игумена Псково-Печерского монастыря Корнилия. Об убийстве преподобного рассказывает Третья Псковская летопись, упоминает Андрей Курбский, а также «Повесть о начале и основании Печерского монастыря» (конец XVI века), которая гласит: «От тленного сего жития земным царём предпослан к Небесному Царю в вечное жилище». В царском «синодике опальным» Корнилий был помечен первым в списке лиц, казнённых во Пскове. Его слуги также убили старца Вассиана Муромцева (с которым прежде переписывался А. М. Курбский), двух городовых приказчиков, одного подьячего и 30—40 детей боярских.
Царь ограничился только казнью нескольких псковичей и конфискацией их имущества. В то время, как гласит предание, Грозный гостил у одного псковского юродивого (некоего Николы Салоса). Когда пришло время обеда, Никола протянул Грозному кусок сырого мяса со словами: «На, съешь, ты же питаешься мясом человеческим», а после — грозил Ивану многими бедами, если тот не пощадит жителей. Грозный, ослушавшись, приказал снять колокола с одного псковского монастыря. В тот же час пал под царём его лучший конь, что произвело впечатление на Ивана. Царь поспешно покинул Псков и вернулся в Москву, где снова начались розыски и казни: искали сообщников новгородской измены.
Количество убитых в Новгороде