Гражданская война на Балтийском море — боевые действия на Балтийском море в период Гражданской войны в России, во время которых Рабоче-крестьянский Красный флот противостоял «Балтийской эскадре» ВМФ Великобритании (которая поддерживала Эстонию в войне за независимость) и эстонским военно-морским силам.
Предыстория и начало интервенции
Политическая обстановка После выхода Германии из состояния войны с Антантой 6 ноября 1918 года и последовавшего вслед за этим аннулирования Брестского мира все боеспособные корабли Балтийского флота спешно приводились в боевую готовность. Политическая обстановка оставалась настолько туманной, что невозможно было определить даже дальнейшее развитие отношений между РСФСР и Германией. Кроме того, было неясно, насколько велика вероятность вторжения держав Согласия в Балтийское море для действий против РККФ и занятого советскими войсками побережья.
Подготовка Балтийского флота к военным действиям и первые операции
Больша́я часть личного состава Балтийского флота к осени 1918 года была демобилизована, а многие корабли были сданы в порт на хранение и находились в плохом техническом состоянии. Кроме того, ощущалась острая нехватка всех видов снабжения и сильный некомплект офицерского состава. Командный состав флота, понёсший вследствие репрессий 1917—1918 годов значительные потери, был деморализован и терроризирован. В рядовом и старшинском составе флота наблюдалось значительное падение дисциплины.
Эти, а также множество других причин, привели к созданию 15 ноября 1918 года на базе технического имущества Российского Императорского Флота Действующего отряда кораблей (ДОТ) из исправных кораблей с наиболее боеспособными экипажами. В его состав вошли 2 линкора, крейсер, 8 эсминцев, 7 подводных лодок и ряд вспомогательных судов.
Среди оборонительных мероприятий на случай вторжения морских сил Антанты планировалась постановка дополнительных минных полей у Кронштадта. С 19 по 21 ноября минный заградитель «Нарова» выставил несколько таких минных заграждений в Финском заливе, при этом 19-го во время постановки второй линии мин он был обстрелян финской береговой батареей, находившейся у деревни Пумола. Из-за этого часть мин была выброшена за борт с предохранительными чеками; «Нарова» получила два попадания. Историки И. В. Егоров и Е. Е. Шведе называют это событие началом Гражданской войны на Балтийском море. В ответ на обстрел 20 ноября огнём форта «Красная Горка» финская батарея была полностью разрушена. 21 ноября минный заградитель без затруднений окончил постановку мин.
С 23 ноября по 1 декабря несколько советских кораблей, в числе которых был крейсер «Олег», оказывали активное содействие наступающим на германские позиции частям Рабоче-Крестьянской Красной Армии в районе Нарвы. 28 ноября они успешно высадили на побережье десант и некоторое время осуществляли его поддержку.
Начало интервенции 28 ноября отправленная в балтийские воды «для оказания поддержки молодым государствам Балтии» английская эскадра в составе 5 лёгких крейсеров, 9 эскадренных миноносцев, транспорта с оружием и нескольких тральщиков бросила якорь на рейде Копенгагена. Ознакомившись с последними новостями, командующий эскадрой адмирал Эдвин Александер-Синклер принял решение о немедленном походе в Либаву. Там был разгружен транспорт (латышам передали несколько сотен винтовок) и принят уголь, после чего корабли направились к Ревелю. В ночь с 4 на 5 декабря, около полуночи, шедшие без разведки английские корабли в районе острова Даго оказались на минном поле; второй в строю крейсеров эскадры «Кассандра» подорвался на мине выставленного немцами заграждения (по советским данным, это была русская мина) и затонул в течение 20 минут. Потери экипажа составили 17 человек убитыми и утонувшими. Большего количества жертв удалось избежать благодаря удачным действиям эсминца «Венедетта», который сумел при крайне неблагоприятных погодных условиях подойти к борту тонущего крейсера.
Прибыв в Ревель, Синклер незамедлительно приступил к активным действиям: пользуясь бездействием Красного флота, англичане во второй половине декабря начали регулярный обстрел позиций, занятых советскими войсками. Одновременно с этим активизировались эстонские морские силы (канонерская лодка «Лембит» и несколько вспомогательных судов), которые высадили ряд десантов в тылу советских войск.
Боевые действия на море до наступления Северного корпуса
Операция «Отряда особого назначения» К концу декабря части Красной армии подошли к Ревелю, однако приморский фланг наступавших войск постоянно подвергался обстрелам со стороны кораблей интервентов. 23 декабря был спешно создан «Отряд судов особого назначения Балтфлота» под начальством Ф. Ф. Раскольникова ( к этому моменту являлся С. В. Зарубаев), в который вошли линкор «Андрей Первозванный», крейсер «Олег», эсминцы «Азард», «Автроил» и «Спартак». Отряду были поставлены задачи выяснить силы противника в Ревеле, вступить с ними в бой и уничтожить, если это окажется возможным. Кроме того, Ревель предполагалось обстрелять.
Считалось, что появление советских кораблей и обстрел Ревеля вызовет в эстонской столице восстание рабочих. Идею этой операции активно поддержал Троцкий. При подготовке операции совершенно не учитывалась возможность появления превосходящих сил англичан. Ф. Ф. Раскольников, ответственный за выполнение операции, не подготовил её должным образом и даже не ознакомил в полном объёме командиров кораблей с планом операции. Вышедшая на разведку подводная лодка «Пантера» вскоре вернулась из-за технической неисправности, а поход эсминца «Азард» 24 декабря к Нарвской губе окончился ничем. Израсходовавший топливо эсминец впоследствии не смог принять участие в дальнейших действиях отряда.
Тем не менее 25 декабря эсминец «Спартак» с Раскольниковым на борту вышел в море, причём начальник отряда не поставил командующего флотом в известность о столь раннем и незапланированном выходе. Крейсер «Олег» занял позицию у острова Гогланд, чтобы прикрыть возможное отступление эсминцев, а линкор «Андрей Первозванный» вышел к маяку Шепелёвский. Раскольников начал операцию с одним эсминцем, полагая, что имевшие неисправности «Автроил» и «Азард» догонят его в море. «Спартак» направился к острову Нарген и обстрелял его 26 декабря около полудня с целью выяснить, есть ли на нём действующие артиллерийские батареи. Располагавшиеся на острове 76-мм орудия не могли ответить из-за слишком большой дальности, зато комендант острова капитан Коггер отправил в Ревель телеграмму о появлении советского корабля. Через полчаса эсминец задержал финский пароход, который был с призовой командой отправлен в Кронштадт. На этот арест было потрачено около двух часов, и на горизонте появились дымы кораблей, шедших со стороны Ревеля. Это был английский отряд в составе лёгких крейсеров «Калипсо», «Карадок» и двух эсминцев, шедший на перехват «Спартака». Советский эсминец, развернувшись, начал немедленно отходить на северо-восток. Машины «Спартака» находились в плохом состоянии, но, по мнению участников событий, кочегары и механики «выжали» из них всё возможное, в результате чего расстояние до противника перестало уменьшаться. По другим данным, «Спартак» не развивал более 25 узлов, в то время как англичане развивали более 30 узлов. На преследовании английские корабли вели редкий огонь, «Спартак» отстреливался из кормовых 102-мм орудий, тем не менее, попаданий не достигла ни одна из сторон. Командующий отрядом и командир эсминца всё это время на мостике отсутствовали. Около 14 часов старший штурман был контужен первым же выстрелом из носового орудия, сделанным под слишком острым углом к корме; на мостике, где выстрел приняли за попадание неприятельского снаряда, возникла паника, и неуправляемый советский эсминец выскочил на камни в районе банки Карадимульсей. Как только английские корабли приблизились, на «Спартаке» спустили флаг. Поднявшиеся на советский эсминец моряки английской призовой партии были поражены запущенным состоянием корабля и неопрятной, «неуставной» формой моряков. Обнаружив течь, командир призовой партии распорядился пустить помпу, и экипаж эсминца провёл стихийный митинг, в ходе которого было решено дать пар. При осмотре «Спартака» английские моряки нашли множество ценнейших документов, в числе которых была последняя радиограмма, отправленная с советского эсминца: Всё потеряно, мы преследуемся англичанами. Кроме того, на борту захваченного эсминца были найдены радиограммы, в которых сообщалось, что у Гогланда находится советский крейсер «Олег». Командующий английским отрядом коммодор Фезингер в 19 часов 26 декабря приказал крейсеру «Карадок» и эсминцам выходить в море. На самом деле, «Олег» к этому времени уже сменил дислокацию. Не обнаружив советского крейсера, английский отряд начал поиск противника при входе в Финский залив.
Тем временем вслед за «Спартаком» вечером 26 декабря к Ревелю вышел «Автроил». На следующий день около 11 часов он заметил два английских эсминца (это были «Венедетта» и «Вортиген») и начал отходить на полном ходу, но был перехвачен крейсером «Карадок» и, таким образом, окружён британскими кораблями. Британские корабли открыли огонь и первыми выстрелами сбили на «Автроиле» стеньгу; через несколько минут советский эсминец сдался, не сделав ни одного ответного выстрела. По некоторым данным, во время ухода от преследования команда «Автроила» начала митинговать.
Задержанный и отправленный с призовой командой в Кронштадт финский пароход был в тот же день остановлен английскими кораблями и отпущен в Эстонию. Советская призовая команда (2 матроса) была арестована.
Таким образом, в течение двух суток РККФ потерял два новейших эсминца и 251 (по другим данным — 244) моряка. 15 большевиков были немедленно расстреляны эстонцами без суда и следствия. Впоследствии казнили ещё 12 человек. Ф. Ф. Раскольников, переодевшийся незадолго до сдачи «Спартака» в матросский бушлат и получивший эстонские документы, из-за незнания эстонского языка обратил на себя внимание английских офицеров и был немедленно отделён от остальных пленных. По другим данным, его опознал офицер связи эсминца «Вэйкфул», который обучался с красным командиром на гардемаринских курсах.
Захваченные корабли были отбуксированы в Ревель и вскоре переданы англичанами в состав Военно-морского флота Эстонии несмотря на настойчивые просьбы командования белых, которые настаивали на том, что эсминцы будут очень полезны для поддержки левого фланга наступающей Северо-Западной армии. По мнению А. П. Ливена, передача этих судов эстонцам «так обозлила русских, что уже другие суда большевистского флота решили не переходить к так называемым белым, хотя этот переход и был подготовлен»Ливен А. П. Основание отряда // Белая борьба на северо-западе России. М, Центрполиграф, 2003. Стр. 54.. 46 пленных (в основном, офицеры) впоследствии были «на поруку коллектива» приняты на военную службу в рядах Белой армии и эстонского флота. Ф. Ф. Раскольникова и комиссара «Автроила» матроса Нынюка спустя три месяца обменяли при посредничестве датского Красного Креста на 17 английских моряков.
После этой неудачной операции РККФ англичане установили полное господство в западной части Финского залива, а советские корабли не ходили дальше Гогланда до конца Гражданской войны. Кроме того, командование ДОТ отказалось от проведения активных операций до весны из-за сложной ледовой обстановки.
Один из выводов созванной по делу сдачи эсминцев комиссии звучал так: Пора прекратить пренебрежительное отношение к старым морским кадрам, которые для войны на море готовятся долгие годы. Отметив грубые ошибки Раскольникова и Альтфатера, вину за произошедшее комиссия возложила на адмирала Зарубаева. В числе причин такой серьёзной неудачи были указаны отсутствие должного разведывательного обеспечения операции, неудовлетворительная работа штаба по обеспечению взаимодействия кораблей отряда, недостатки планирования.
Действия англичан и эстонцев