Владимир Иванович Гулыга (1882 — ) — выдающийся российский металлург-доменщик, ученик М. А. Павлова и М. К. Курако. Главный инженер ряда металлургических заводов. Инициатор строительства современных доменных печей большого объёма. Внес существенный вклад в развитие представлений об управлении ходом доменных печей. Автор многих статей и книг по доменному производству.
Биография Происходил из старослужилых казаков Кубанского, а ранее Черноморского войска, упоминавшихся в книге «История первого Черноморского полка», написанной его дедом, Георгиевским Кавалером Емельяном Гулыгой. Отец — сотник Иван Емельянович Гулыга окончил академию Генерального штаба, командовал первым Черноморским полком; во время первой мировой войны был командиром одной из двух Кубанских дивизий на кавказском фронте (второй командовал генерал Шкуро).
В. И. Гулыгу с детства готовили в военные. Он учился в Кадетском корпусе. Юнкером записался добровольцем в экспедиционный корпус, посланный Россией в Китай в 1901 г. во время восстания ихэтуаней (боксеров), и получил солдатского Георгия при взятии одной из крепостей. Служил на персидской границе, добровольцем пошел на русско-японскую войну, командовал сотней, был ранен и получил оружие за храбрость.
По окончании войны В. И. Гулыга переехал в Санкт-Петербург, где его брат Георгий командовал в лейб-гвардии казачьей сотней. Однако вскоре в 1906 году Гулыга подал в отставку и поступил на металлургический факультет Санкт-Петербургского политехнического института имени Петра Великого.
Курс доменного производства в то время читал профессор М. А. Павлов. По воспоминаниям современников, Михаил Александрович не был хорошим лектором, лекции читал сухо, обращаясь близоруко к доске в большей степени, чем к аудитории. Но это был ученый с большой эрудицией, крупнейший исследователь доменного процесса. В. И. Гулыга всегда высоко ценил авторитет М. А. Павлова, считая себя его учеником. В 1910 году он окончил курс института и получил звание инженера-металлурга с правом «занимать должности штатного преподавателя в специальных учебных заведениях, заведовать фабриками, заводами, составлять проекты всяких зданий и сооружений, производить всякого рода строительные работы».
После окончания института В. И. Гулыга поехал на Юзовский металлургический завод, где работал начальником смены под руководством ещё одного человека, оказавшим на него большое влияние, — начальника доменного цеха Михаил Константинович Курако.
В 1912 г. инженер В. И. Гулыга зачислен в штат Судаковского (ныне Косогорского) завода, близ Тулы, который возглавил в качестве директора в 1913 г. Под его руководством завод был реконструирован, домны увеличены в объёме и снабжены передовой механизацией по американскому типу. Предприятие наращивало обороты, особенно в годы мировой войны, снабжая чугуном военные заводы империи. По воспоминаниям рабочих Федорова и Соколова «это был высокий, стройный, средних лет человек, ходивший с костылем в руках» (из-за последствий японской раны), «регулярно занимался физкультурой». С началом войны он облачился в военную форму. Дисциплина на заводе была железная. Рабочие «боялись директора как черта». Шла война, которую тогда называли — Отечественная.
Революционные потрясения 1917 г. парализовали промышленность. К осени начались задержки зарплаты на заводе. Рабочие обвиняли директора в саботаже.
В декабре 1917 г. большевики провозгласили свою власть в Туле. На заводе рабочие на тачках вывозили неугодных мастеров в отвал, на улицах Тулы мальчишки сдирали с офицеров погоны. Гулыга, бросив имущество, исчез из поселка (в дальнейшем Гулыга вернулся и консультировал работы по восстановлению работы завода, простаивавшего с января 1918 г.).
Гражданская война прервала металлургическую деятельность В. И. Гулыги. Во время гражданской войны он был на стороне белых, командовал бронепоездом, эмигрировал во Францию, а затем переехал в Чехословакию. Здесь В. И. Гулыга работал начальником доменного производства Витковицкого металлургического производства, писал статьи в чешском «Горном вестнике» о конструкциях доменных печей.
В 1922 г., когда Ф. Э. Дзержинский обратился к техническим специалистам с призывом вернуться на родину и заняться восстановлением промышленности, В. И. Гулыга решил ехать в Россию. По приезде на родину он был назначен на Сталинский металлургический комбинат (ныне Донецкий металлургический завод) техническим директором (главным инженером). За 1922—1925 гг. была проделана большая работа по восстановлению и модернизации оборудования комбината, в результате которой производство достигло довоенных масштабов, были существенно улучшены условия труда.
В период 1925—1929 гг. В. И. Гулыга работает в должности главного инженера заново строящегося Керченского металлургического завода им. Войкова.
В 1929 г. деятельность В. И. Гулыги вновь прерывается: он был арестован и несколько месяцев провел в тюрьме по делу Промпартии. После того, как его отпустили, С. Орджоникидзе назначил его главным инженером Макеевского металлургического завода.
В 1933 г. В. И. Гулыга переехал на небольшой уральский Нижне-Салдинский завод, а затем в Свердловск, где в тресте «Востоксталь» он был главным инженером хозрасчетной организации «Титано-магнетит». В 1935—1936 гг. под его руководством были проведены на доменных печах Кушвинского и Чусовского заводов опытные плавки уральских титано-магнетитов, содержащих ванадий, с последующим переделом чугуна и ванадиевых шлаков в феррованадий. В этой работе (последней, в которой он принимал участие) была принципиально разработана технология производства отечественного феррованадия.
В 1937 г. В. И. Гулыга, имея «неблагонадежную» биографию (которую он не скрывал), был уволен из треста. Не понимая ситуации, поехал в Москву добиваться справедливости, а оттуда писал жене: «Получил забавное предложение от НКВД — ехать на Кольский полуостров для разведки железных руд». Он отказался, а это, по-видимому, был последний шансГулыга Д. В. В память об отце — Владимире Ивановиче Гулыге. // Металлург. — 1993. № 10, стр. 33—36.
В. И. Гулыга поехал в г. Сталино (Донецк) и был принят на кафедру металлургии чугуна индустриального института (ныне ДПИ), которой заведовал тогда профессор Мессерле. Здесь он успел прочесть одну или две лекции, и 7 декабря 1937 г. был арестован.
Военной коллегией Верховного суда СССР 7 февраля 1938 г. В. И. Гулыга приговорен по ст. 58 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян 8 февраля 1938 г. (Спецобъект НКВД «Коммунарка»)Список граждан, расстрелянных в Ленинграде, вне Ленинграда и впоследствии реабилитированных .
В 1956 г. В. И. Гулыга был посмертно реабилитирован.
Научно-практическая деятельность Научно-практическая деятельность Владимира Ивановича отражена в его статьях, начавших многие дискуссии по злободневным и в настоящее время вопросам развития техники и технологии производства чугунаБородулин А. В., Чайка А. Л., Лычев А. В., Шкурко Е. Ф. Инженер В. И. Гулыга и развитие отечественной техники и технологии доменного производства. // Доменное производство — XXI век. Труды международного конгресса доменщиков. — М.: «Кодекс», 2010. — С. 54—65. — ISBN 978-5-904280-18-5.
Работы инженера Гулыги касались только научно-практических задач, стоявших перед металлургами в то время: восстановление и пути развития черной металлургии России (полемика с В. Е. Грум-Гржимайло, Н. Н. Гоготским); проектирование, строительство, эксплуатацию крупных доменных печей и цехов, совершенствование их отдельных элементов (дискуссии с М. А. Павловым, И. А. Соколовым, И. П. Бардиным, А. Ф. Новоспасским); организация и управление доменным производством; подача дутья в доменную печь и его нагрев (количество, параметры воздушных фурм, полемика с И. А. Соколовым и другими); шлаковый режим в доменной печи (Гулыга рекомендовал кислые шлаки, особенно при выплавке ферросплавов). производство феррованадия и иных ферросплавов (выступал за дуплекс-процесс; рекомендовал выплавлять ферросилиций на предельно кислых шлаках).
Работы Владимира Ивановича выдавали его высочайшую квалификацию, огромную инженерную интуицию и жизненный опыт, жёсткость логики. Его статьи, где формулировки так же конкретны, как и формулы, больше напоминают боевой приказ офицера, чем трактат ученого. Когда весь научный и инженерный корпус мира боролся с центральным газораспределением в доменных печах, В. И. Гулыга, отмечал конструктивные недостатки доменной печи как технологического агрегата. Он утверждал: «В центр печи не надо грузить руду!».
Этим самым он открыл основополагающий принцип, снявший почти все ограничения в строительстве доменных печей большого объёма и позднее позволил Е. В. Вегману прицениться к доменным печам объёмом 10 000 м³. Принцип загрузки центра печи коксом без руды был назван Принципом Гулыги.
Владимир Гулыга не боялся рассматривать сложные явления в своих работах, где он описывал будущее металлургии весьма конкретно.
По возвращении в Россию Гулыгу захватили работы по восстановлению и путям развития чёрной металлургии (техническая полемика с В. Е. Грум-Гржимаймо, Н. Н. Гоготским); сложная практика восстановления Керченского металлургического завода, где испытан ряд новшеств, которых не было на Российских заводах в то время [4 — 9]. Он полностью поддерживал идею индустриализации страны: увеличивая объём печей необходимо было увеличивать диаметр колошника и загрузку шихты осуществлять таким образом, что бы в центр печи не загружалась рудная часть шихты. В это время многие специалисты во всём мире придерживались иных взглядов, а порой и на практике активно боролись с развитием центрального хода в домнах. До признания необходимости развития центрального газораспределения по схеме V, как отметил позднее Б. И. Китаев, было ещё далеко .
Гулыга выступал [10 — 22] за строительство крупных доменных печей на основе своих чётких теоретических представлений по загрузке печей, работе фурменных зон на больших фурмах, согласованию работе верха печи и низа. Научный базис этого предложения он озвучил лаконично и конструктивно: «Тут важен сам принцип, независимо от физических свойств руды, центр колошника больших печей не должен засыпаться рудой. Детализируя вопрос о выборе размера подачи, я указывал, что это — дело руководителя печи, ибо здесь должны быть учтены все качества того сырья, которое идет в печь».
Простейшее математическое выражение принципа В. И. Гулыги получено по данным работы .
Санкт-Петербургский политехнический институт (1906—1910 годы) Во время летней практики 1909 году В. И. Гулыга по заданию М. А. Павлова составил один из наиболее удачных для того времени материально-тепловой баланс макеевской доменной печи и в следующем году в журнале Российского металлургического общества опубликовал свою первую работуВ. Гулыга Тепловой баланс доменной печи № 2 Макеевского завода // ЖРМО. 1910. Ч. I. № 3, с. 113—126. Её комментировали и на неё ссылались все ведущие российские ученые-доменщики того времени (В. П. Ижевский, М. А. Павлов, Н. А. Костылев, В. Н. Липин, С. В. Жендзян, А. Д. Готлиб, Н. И. Красавцев и другие).
Вот некоторые из комментариев: Проф. В. П. Ижевский в работе , сопоставляя балансы Гильгаузена и Владимира Гулыги и, перейдя к балансу последнего, утверждает, что «рядом с богато обставленными опытами Гильгаузена, поставленными весьма широко, при пользовании многочисленными приборами, работа инженера В. И. Гулыги поражает скромностью средств, с которыми она была произведена. Зато в ней проявлено хорошее знакомство с делом и большая вдумчивость, а баланс Макеевской печи кажется нам образцовым по своей обработанности. Впрочем, отдельные неточности встречаются и в этом балансе». Профессор Н. А. Костылев в Очерках утверждает, что «баланс доменной печи В. И. Гулыги в ЖРМО. 1910. ч. 1, с. 113 интересен тем, что он является наилучшим, из составленных до сих пор в русской технической литературе».