Кри́ве (, ) — предположительно название верховных иерархов средневекового балтийского языческого жречества, которые имели резиденцию в Ромове, а затем в Вильне. Согласно сообщению Петра из Дуйсбурга, пруссами криве почитался словно папа римский, а его влияние распространялось вплоть до территорий, населённых литовцами и ливами. Основной жреческой функцией было поддержание непрерывности горения вечного огня, кроме того выполнял высшие судейские обязанности.
По ненадежной с научной точки зрения классификации, приведённой хронистом Симоном Грюнау, криве имел подчинённых жрецов, называемых вайделотами. В случае, если криве заболевал и не мог длительное время выполнять свои обязанности, он удалялся для того, чтобы совершить акт самосожжения, после чего вайделоты выбирали нового криве.
В источниках новейшего времени распространены такие варианты написания, как Криве Кирвайто (), Криве-Кривайто (), Кри́ве-Крива́йтис (), Криве Кривейта ().
Источники сведений о Криве Само понятие криве () впервые было упомянуто в 1326 году Петром из Дусбурга в главе «De yodalatria et ritu et moribus Pruthenorum» своей «Chronicon Terrae Prussiae»Chronicon Terrae Prussiae, 1326. Mit kritischen Kommentaren von Max Toeppen nachgedruckt. // Scriptores Rerum Prussicarum: Die Geschichtsquellen der Preussischen Vorzeit bis zum Untergang der Ordensherrschaft. / Нhrsg. von Theodor Hirsch, Max Toeppen und Ernst Strehlke. Bd. 1. — Leipzig: Verlag von S. Hirzel, 1861 (Neudruck, 1965). — S. 53. — XIV, 819 s., как имя верховного языческого иерарха пруссов. Пётр описывает его такПетр из Дусбурга, Хроника земли Прусской, III, 5 . — : Научно-издательский центр «Ладомир», 1997. — С. 51. — 384 с. — ISBN 5-86218-258-6: Было же посредине этого погрязшего в пороке народа, а именно в Надровии, одно место, называемое Ромов, ведущее название своё от Рима, в котором жил некто по имени Криве, кого они [то есть пруссы] почитали, как папу, ибо как господин папа правит вселенской церковью христиан, так и по его воле или повелению управлялись не только вышеупомянутые язычники, но и литвины и прочие народы земли Ливонской. Такова была власть его, что не только он сам или кто-либо из сородичей его, но даже гонец с его посохом или с другим отличительным знаком, проходя по пределам вышеупомянутых язычников, был в великом почете у королей, нобилей и простого люда.
В рифмованной «Хронике земли Прусской» (1331—1335 годов) Николай фон Ерошин также неоднократно говорит о Криве, между тем «Хроника» Ерошина в значительной степени зависит от «Хроники» ПетраТопоров В. Н., Прусский язык . / Отв. ред. В. В. Иванов. — : Наука, 1984. — Том 4. K—L (*kirk — *laid-ik-). — С. 197—198. — 441 с., в основной своей части являясь поэтическим её переложениемDiе Kronike Pruzilant des Nicolaus von Eroschin: 3983—4116 / Нhrsg. von Ernst Strehlke. // Separabdruck aus dem ersten Bande der Scriptores Rerum Prissicarum. / Нhrsg. von Theodor Hirsch, Max Toeppen und Ernst Strehlke. — Leipzig: Verlag von S. Hirzel, 1861. — S. 60—61. — IV, 340 s..
Описывая миссионерскую деятельность и мученический путь Адальберта, архиепископа Гнезненского, Ян Длугош также упоминает Криве во второй книге «Анналов или хроник славного королевства Польша» (1480 года):
А прусский народ в эту пору был свиреп и жесток, предан идолопоклонству, культу демонов и столь очевидному слепому и мрачному заблуждению, что почитал в качестве богов солнце, луну, звёзды, зверей, птиц, огонь и прочие творения; они считали священными некоторые леса, озёра и реки, которые не разрешалось осквернять рыболовством, охотой и вырубкой, имели особый язык, в небольшой степени происходивший от латинского и имеющий некоторое сходство и подобие с литовским; они имеют чуть ли не одних и тех же богов, одинаковые обряды и святыни, и одного и того же верховного жреца священнодействий, живущего в их городе, который считается столицей и от Рима зовётся Ромове; каждого, кто не исполняет послушно его приказы, карают смертью, а сам жрец зовётся на их языке Криве. Пруссы же, с досадой перенося осквернение и унижение своих богов, негодовали по поводу того, что их культ и обряд, принятые от предков, попираются и уничтожаются, когда верховный жрец священнодействий Криве и другие жрецы богов воодушевили прусскую знать, сговариваются его [то есть Адальберта] убить.
Польский историк и географ эпохи Ренессанса Матвей Меховский во второй книге «Трактата о двух Сарматиях, азиатской и европейской, и о находящемся в них» (1517 года)Maciej Miechowita, Tractatus de duabus Sarmatis Europiana et Asiana et de contentis in eis . — Impressum Cracouia[e] : Opera & impensis prouidi viri d[omi]ni Ioannis Haller, 1517. — 58 P., следуя впрочем Петру и Фон Ерошину, сообщаетМатвей Меховский, Трактат о двух Сарматиях, кн. II, 1: III . / Пер. и комм. С. А. Аннинского. — -: Изд-ство АН СССР, 1936. — С. 94—112. — 301 с.:
Этот четвероязычный народ [то есть литовский народ] во времена идолопоклонства имел одного великого жреца, которого звали Криве. Жил он в городе Ромове (Romouae), названном так по имени Рима, так как этот народ гордится своим происхождением из Италии, и действительно в его языке есть некоторые италийские слова. Об этом Криве и городе Ромове можно прочесть в легенде о святом епископе и мученике Адальберте.
Историографические интерпретации Из «Хроники» Петра не ясно, является ли «Криве» именем нарицательным или собственным и поэтому на протяжении всей истории изучения вопроса, происхождение и значение названного термина вызывает много споров, предположения и мнения исследователей на этот счёт различны.
Историк Иоганн Фойгт обратил внимание, что деревенские старосты в Литве использовали т. н. — палку, похожую на епископский посох с одним загнутым концом, которой они созывали деревенское собрание. Фойгт полагал, что своё название эта палка получила от термина CriweVoigt J., Geschichte Preussens: von den ältesten Zeiten bis zum Untergange der Herrschaft des Deutschen Ordens. Die Zeit des Heidenthums. 1 Band. — Königsberg: Bornträger, 1827. — s. 602. — XLVIII, 724 s.. Фойгт также сделал предположение, что «криве» — это жрец огняScriptores Rerum Prussicarum: Die Geschichtsquellen der Preussischen Vorzeit bis zum Untergang der Ordensherrschaft. / Нhrsg. von Theodor Hirsch, Max Toeppen und Ernst Strehlke. Bd. 1. — Leipzig: Verlag von S. Hirzel, 1861 (Neudruck, 1965). — S. 53. — XIV, 819 s..
Языковед и историк Александр Брюкнер полностью отрицал существование Криве и Ромова, однако допускал, что термин «криве» может относиться только к искривлённой палке, служившей знаком для сбора людейBruckner A., Starozytna Litwa ludy i bogi. Szkice historyczne i mitologiczye . — Warszawa: Nakładem Księgarni Naukowej, 1904. — S. 19. — , IV, 6-166, s., такого же мнения частично придерживался и польский филолог Антоний МержинскийMierzynski A., Nuncius cum baculo. Studium archeologiczne о krywuli // Wisła. Warszawa, 1895. — T. IX. — S. 361—397, который между тем отмечал, что вероятно «Криве» это не нарицательное имя, как у Петра из Дуйсбурга и Матвея Меховского, но имя собственное, какого-то крупного в то время жрецаMierzynski A., Zrodta do mytologii litewskiej, cz. III, Warszawa, 1892, 1896. Матвей Любавский следуя Мержинскому так же отмечает, что «Криве» по всей видимости имя собственное уважаемого жреца, каких, впрочем, было много в те временаЛюбавскій М. К., [publ.lib.ru/ARCHIVES/__Raritetnye_knigi/Ljubavskij_M_K_Ocherk_istorii_Russko_Litovskogo_gosudarstva_1915.pdf Очеркъ исторіи Литовско-Русскаго государство до Люблинской уніи включительно. Съ приложеніемъ текста хартій, выданныхъ великому княжеству Литовскому и его облаястямъ]. — 2-е изд. — : Московская Художественная Печатня, 1915. — С. 11—12. — , 402, IV с.. Это мнение разделял и Генрик ЛовмянскиLowmianski H., The Ancient Prussians. // Baltic Countries. — Torun, 1935. — Vol. 1, № 2. — S. 154. — SS. 141—166, 289 полагая, что Пётр из Дуйсбурга, введённый в заблуждение созвучием названия Ромов и Рим, преувеличил возможности Криве как верховного жреца, тогда как они в основном сводились к созыву общих сходок пруссов и представителей соседних языческих народов. Ловмяньский также высказал точку зренияLowmianski H., The Ancient Prussians. // Baltic Countries. — Torun, 1935. — Vol. 1, № 2. — S. 164. — SS. 141—166, 289, поддержанную Владимиром ПашутоПашуто В. Т., Образование Литовского государства . — : Издательство Академии Наук СССР, 1959. — Гл. 2. Часть I. — С. 108; — Гл. 3. Часть II. — C. 214, что прусские вожди выполняли и жреческие функции.
предположил, что Пётр из Дуйсбурга мог не знать прусского языка и поэтому принял термин, обозначавший жреца, за его личное имя. Признавая за «криве» верховные судейские функции, Прохаска также высказал мнение, что свои «криве» могли быть у каждого прусского племениProchaska A., Czy istniał Krywe na Litwie? // Kwartalnik Historyczny. — Lwów: Towarzystwo Historyczne, 1904, — R. XVIII. — Z. 3—4. — S. 482. Ту же мысль повторяет , который пишет, что Пётр принял за жреца носителя иной функции, а именно представителя судебной властиGaerte W., Sakrale Herrschaftsformen bei den heidnischen Preußen, Litauern und Letten. // La Regalità sacra: contributi al tema dell' VIII Congresso internazionale di storia delle religioni, Roma, aprile 1955. — Leiden: E. J. Brill, 1959. — S. 635—650. — XV, 748 p., p. — (Studies in the history of religions, 4.).
В послевоенный период скептические построения стали менее популярны. Так, Владимир Топоров в фундаментальном словаре «Прусский язык» характеризует «криве» (кrive, krive, kriv-ait-, (kirv-ait-?)) как верховного жреца древних пруссов, игравшего исключительную роль в религиозной и общественной жизниТопоров В. Н., Прусский язык . / Отв. ред. В. В. Иванов. — : Наука, 1984. — Том 4. K—L (*kirk — *laid-ik-). — С. 196—205. — 441 с.. Яан Пухвел проводит параллель между криве и иными индоевропейскими жрецами — кельтским друидом, индийским брахманомPuhvel J., Indo-European Structure of the Baltic Pantheon . // Myth in the Indo-European Antiquity. / Edit. G. J. Larson, etc. — Berkeley: University of California Press, 1974. — P. 75-85. — 203 p. — (Publications of the UCSB Institute of Religious Studies). — ISBN 0-520-02378-1.
Слово () означает «искривлённый, кривой». Эта этимология подходит хорошо литовскому епископскому посоху и палке деревенского старосты, но проблематична однако в отношении жреческого наименования. Возможно, однако переносное «согнувшийся», означающего сгорбившегося (согбенного) человека, и относящееся к старикам в значении «мудрый человек». Letto-Preussische Götterlehre (1870). Lettisch-Literärische Gesellschaft, Riga 1936. Nachdruck Verlag Harro v. Hirschheydt, Hannover-Döhren 1971. p. 95.
Английский литуанист указал, на излишнее буквальное понимание историками искомого Дуйсбургского «сюжета», который на самом деле, как и многое в «Хронике» Петра, является «назидательным примером» (exemplum). Исследователи мало задавались вопросом, отчего языческий «папа» не показан в действии в других частях «Хроники». Для Петра из Дуйсбурга это был способ поведать христианам, воюющим с язычниками, о своеобразных верованиях последних, представить их религию как своего рода «контр-церковь». Пётр из Дуйсбурга показывает язычество как полную противоположность христианства. Роуэлл отмечает, что этот этнографический раздел «Хроники» имеет идеологическую окраску, а Пётр проявляет себя сторонником папства в условиях, когда Тевтонский орден занимает сторону императора Людвига IV в его борьбе с Папой Римским Иоанном XXII. Образом «Криве» Пётр преподносит нравственный урок рыцарямRowell S. C., Lithuania Ascending: A Pagan Empire Within East-Central Europe, 1295—1345 // Cambridge Studies in Medieval Life and Thought: Fourth Series. Cambridge University Press (No. 25), 1994. — P. 39—40; 126—127. — ISBN 978-0-521-45011-9Комментарии // Петр из Дусбурга. Хроника земли Прусской . Третья часть. : Ладомир. 1997.