Ваад четырёх земель (, также Сейм или Синод, совет четырёх земель, ваад четырёх стран) — центральный орган автономного еврейского общинного самоуправления в Речи Посполитой, действовавший с середины XVI до второй половины XVIII веков. Состоял из семидесяти делегатов кагалов (), представлявших четыре исторически области: Великая Польша, Малая Польша, Червоная Русь и Волынь. Обычно проводился два раза в год в Люблине и Ярославе.
Первоначально создавался для взаимодействия евреев с королевской властью, где обсуждалось количество налогов, взимаемых в пользу государства. Позже стал органом самоуправления, местом урегулирования споров между кагалами, согласования общих действий против угрозы еврейской автономии.
Возникновение и первоначальное развитие Значительное число еврейского населения в Речи Посполитой и его важное значение для торгово-промышленной жизни страны в связи с его национальной обособленностью являются причинами того, что польские евреи образовали особый класс, пользовавшийся широкой автономией в области общинного управления и духовной жизни, автономией, сосредоточенной в образцовой общинной организации. Еврейская община с её административными, юридическими, религиозными и благотворительными учреждениями составляла автономную единицу. Термин «кагал» означал и общину, и общинную администрацию; оба понятия были тождественны.
Административные функции кагала — распределение государственных и общинных налогов, заведование благотворительными учреждениями и т. д. — исполнялись выборными кагальными старшинами (seniores, פרנסים), между тем как на раввинов (doctores judaeorum) возлагалась забота ο религиозных и юридических делах. Необходимость установления солидарности между кагалами и раввинами разных местностей сперва возникла в юридической области. Раввинский суд руководствовался в своих решениях нормами талмудического законодательства; но эти нормы часто допускали различные толкования, и потому являлась надобность созывать собрания раввинов для выяснения спорных пунктов. Исходя из основного принципа самоуправления — права быть судимыми лицами своего народа, a не чужими, — евреи должны были создать в дополнение к низшим общинным судам высшую апелляционную инстанцию. Необходимость подобного высшего суда сказывалась особенно тогда, когда возникали спорные вопросы между кагалами или между частным лицом и кагалом. В таких случаях в определённые сроки устраивались периодические раввинские съезды. В первой половине XVI в. эти съезды происходили во время многолюдных ярмарок. Главным сборным пунктом служила ярмарка в Люблине, где жил отец польского раввинизма, р. Шахна, учеником которого был знаменитый Моше Иссерлес. Сюда ещё в царствование Сигизмунда I съезжались раввины и разбирали гражданские тяжбы «согласно своему закону». Сам король в грамоте 1533 г. охарактеризовал одно из таких решений как решение высшего суда для евреев(«Русско-евр. арх.», Ι, № 152). Раввины и кагальные старшины разных областей Польши и Литвы () Isseries, Responsa, № 63, 64, 73; относятся к периоду 1550—58) принимали участие в периодических сессиях Люблинского высшего суда, на которых обсуждались также вопросы духовного свойства, касавшиеся всего польского еврейства; так, например, раввины и «главы иешив» трёх стран () — Польши, Руси и Литвы — санкционировали печатание вавилонского Талмуда в Люблине (1559—80) под условием, чтобы экземпляры издания употреблялись во всех школах (это разрешение — «хаскама» — было напечатано на заглавных страницах отдельных трактатов для общего сведения). Здесь уже намечена классификация участников Люблинского съезда по трем областям: из Польши (Великой и Малой вместе), Литвы (теснее связанной с Короной после Люблинской унии 1569 г.) и Руси (то есть Подолии, Волыни и Галиции, или Червонной Руси). Эти «ярмарочные съезды» составили ядро великой центральной организации, прочно установившейся в последнюю четверть XVI в. под названием «Ваад областей» (). Широкая автономия польских евреев вызвала необходимость в таком учреждении, которое могло бы служить не только высшей инстанцией в юридических и религиозных вопросах, но также центральным совещательным и законодательным органом для регулирования деятельности всех местных установлений. Вот почему люблинские ярмарочные съезды превратились в периодические собрания представителей кагалов и стали генеральными сеймами, «Congressus judaicus», или «Sejm» в польских документах. Если возникновение Ваада и было вызвано насущными потребностями и условиями внутреннего развития польского еврейства, то все же следует иметь в виду и внешние факторы, обусловившие и упрочившие существование этой единственной в своем роде общееврейской организации, факторы фискального характера. Ещё Сигизмунд I пытался централизовать сбор еврейских податей, назначив для этого Михеля Иозефовича и Авраама Богемского. С введением поголовной подати во 2-й половине XVI в. правительство сперва пыталось взимать таковую в отдельных общинах, но после неудачных опытов сейм всей Польши постановил поручить подскарбию в согласии с так наз. «шафарами» (сборщиками податей) установить общую сумму еврейских налогов. Раскладка этой общей суммы (по 15 000 злотых для евреев Польши и Великого княжества Литовского) по кагалам была возложена на представителей общин, которые для этой цели стали собираться периодически. «Так-то возник Ваад, если и не по прямому приказанию правительства, то во всяком случае с его согласия, и руководители Ваада, раввины и парнесы, решили сделать эти съезды постоянными и обсуждать на них все вопросы национальной и религиозной жизни. Можно полагать, что не в продолжение года и не десяти лет развилась эта автономная организация, но благодаря привычке и обычаю, утвердившимся во мнении евреев и в глазах правительства, в течение одного или двух поколений»(Раббинович в еврейск. пер. Греца). Не отрицая, таким образом, медленного эволюционного пути в истории возникновения Ваада, приходится приписать существование его, главным образом, фискальным целям, a не съездам раввинов на люблинских ярмарках. Ярмарочные съезды явились той организацией, которой правительство поручало дело раскладки и взимания податей, a эта деятельность упрочила съезды и придала им характер влиятельной общественной организации.
Ваад областей Общее обозначение «Ваад областей», , менялось в соответствии с числом областей, представленных на съезде. В более ранних актах часто встречается определение «Ваад трёх областей» наряду с названием «Ваад четырёх областей». В ту же эпоху съезды, сравнительно редко, назывались Ваадами пяти областей, то есть Великой Польши, Малой Польши, Руси, Литвы и Волыни(ср. Liva ben Bezalel, Netibot Olam, Прага, 1596, гл. IX, где приводятся решения Ваада пяти областей 1587 г.).
Среди председателей Ваада в конце XVI в. особенно известен Мордехай Яффа, гродненский и познанский раввин, автор целого ряда комментариев на «Шулхан арух» под общим именем «лебушим»; Грец приписывает ему даже организацию института Ваада. С течением времени упрочилось название «Ваад четырёх областей», как видно из документов XVII в. Четыре области посылали своих представителей: Великая Польша (столица Познань), Малая Польша (Краков), Червонная Русь (Подолия и Галиция со столицей Львовом) и Волынь (главный город Острог или Кременец). Литва имела периодическое или чрезвычайное представительство при Вааде до 1623 г., когда образовался особый «Ваад главных общин литовского края», функционировавший самостоятельно. В таком кристаллизованном состоянии Ваад четырёх областей описан авторами середины XVII века, напр. Иом-Тоб Липман Геллером (в его автобиографии «Megillat Ebah», где речь идет ο Вааде 1635 года) и летописцем Натаном Ганновером (Jewen Mezulah, «Пучина бездонная», Венеция, 1653). Последний говорит следующее: «Собрание представителей (парнесов) четырёх областей имело заседание два раза в год на люблинской ярмарке, между Пуримом и Пасхой, и на ярмарке в Ярославе (Галиция) в месяце аве или элуле. Собрание представителей четырёх областей напоминало Синедрион, некогда заседавший в гранитной палате иерусалимского храма. Они творили суд над всеми евреями Польского королевства, издавали охранительные предписания и обязательные постановления (таканот) и по своему усмотрению налагали взыскания. Всякое трудное дело представлялось на их суд. Чтобы облегчить себе работу, представители четырёх стран выбирали (особую комиссию) так называемых „областных судей“ (דייני מדינה), которые разбирали имущественные споры; сами же они (в полном составе) рассматривали дела уголовные, дела ο хазаке (право владения и давность) и прочие трудные тяжбы». Это свидетельство современника характеризует эпоху расцвета деятельности Ваада за период 1600—1648 гг. Пинкос Ваадa, в котором записывались принятые решения, не сохранился, и сомнительно, будет ли он когда-либо найден; пока имеются только семь отдельных листов из пинкосов Ваада в Ярославе за 1654—1671 гг. Однако в рукописных кагальных пинкосах сохранилось значительное число копии решений Ваада. Часть опубликована в старых раввинских сочинениях, респонсах и т. д., другие решения были изданы с рукописей в монографиях по истории польско-русских евреев. На основании этого материала, рукописного и печатного, возможен довольно подробный очерк организации и деятельности Ваадa.
Организация Сперва Ваад собирался ежегодно в Люблине во время больших весенних ярмарок, начинавшихся с католического праздника Громнице в феврале и продолжавшихся около месяца. С начала XVII в. вторым сборным пунктом стал галицкий город Ярослав, где главные ярмарки происходили в конце лета. Были и другие сроки, напр. в месяце сиване, «Zielone świątki» (Троица) и кислеве, в день Симона и Иуды (28 октября), а также в день праздника св. Станислава — 1 мая. В эпоху расцвета своей деятельности Ваад собирался дважды в год: перед Пасхой, в Люблине, и перед осенними праздниками, в Ярославе. В чрезвычайных случаях заседания Ваада происходили и в иное время и — редко — в других местах: в Тышовце, Пиньчуве, Пшеворске, Ленчне, Белжице (1635), Ополе, Рычивуле, Константынуве и в местности, обозначаемой в еврейских источниках טשליץ. Весьма усиленную деятельность Ваад развил после катастроф 1648—55 гг. — резни Хмельницкого и шведских войн, когда общинный строй, сильно поколебленный во многих частях Польши, нуждался в реорганизации. В течение второй половины XVII в. заседания Ваада происходили раз или два раза в году, чаще в Ярославе, чем в Люблине. В 1671 г. было решено не собираться более в самом Ярославе, потому что это было «опасное и вредное место», a в 10 милях от города; впоследствии это решение было отменено.