Волнения в Польше 1970 года — серия забастовок и массовых беспорядков, произошедших в северной части Польской Народной Республики по причине резкого увеличения цен на продовольствие, промтовары и строительные материалы.

Предыстория 30 ноября 1970 года на очередном заседании политбюро ЦК ПОРП под предлогом «общего курса на замораживание платы и ограничения потребления как средства преодоления трудностей экономического рода» было принято решение о повышении закупочных цен на продовольствие в среднем на 23 процента, промтовары и строительные материалы — на 30 процентов. 8 декабря 1970 года в МВД и МНО ПНР начали усиленно готовиться к подавлению возможных протестных акций населения. 11 декабря подразделения милиции и вооруженных сил были приведены в полную боевую готовность. Утром в субботу 12 декабря о повышении цен было официально объявлено по радио и телевидению, а 13 декабря информация опубликована в прессе.

Ход событий

14 декабря Утром в понедельник 14 декабря на различных предприятиях Труймяста стали собираться стихийные митинги, главным образом среди рабочих. Изначально основные требования протестующих носили исключительно социально-экономический характер — отмена повышения цен, пересчёт окладов и премий, а также изменение регулируемой системы оплаты труда. Первыми о своей забастовке объявили рабочие Гданьской судоверфи имени Ленина. После безрезультатной встречи с директором предприятия Станиславом Зачеком, протестующими было принято решение идти к зданию воеводского комитета ПОРП и потребовать встречи с его главой Алоизием Каркошкой. После чего несколько тысяч рабочих вышли с территории предприятия и направились в центр города, по дороге к ним стали присоединяться случайные прохожие и отдельные работники других предприятий.

У здания Гданьского политехнического университета группа рабочих стала призывать студентов присоединиться к протестам, а также потребовала встречи с ректором профессором Янушем Сталиньским. Вышедший к протестующим проректор Вислав Велицкий вступил с рабочими в конфликт и в результате короткой потасовки ему разбили лицо. Однако призывы рабочих к студентам не имели значительного успеха и лишь единицы присоединились к стихийной манифестации. Одной из причин этого стал тот факт, что в марте 1968-го, во время студенческих протестов в Гданьске, многие рабочие помогали милиции в их подавлении. Тем не менее, митинг рабочих у главного корпуса университета проходил до 17 часов, после чего так и не добившись встречи с руководством университета и значительной поддержки среди студентов, протестующие продолжили движение к центру Гданьска. По дороге к ним присоединилась многочисленная группа студентов Гданьского медицинского университета.

Между 18 и 19 часами на улице Блендник произошли столкновения колоны протестующих численностью от 5 до 10 тысяч человек с отрядами ЗОМО, которые применили при разгоне манифестации щиты, резиновые дубинки и слезоточивый газ, появились первые пострадавшие с обеих сторон конфликта, и первые задержанные среди протестующих. Милиции на некоторое время удалось заставить демонстрантов разойтись. Около 8 часов вечера небольшие группы рабочих и студентов, общим числом в несколько сот человек, вновь предприняли попытки собраться на площади у здания Главного железнодорожного вокзала, однако все попытки тут же были пресечены сотрудниками милиции и военными.

15-16 декабря Утром 15 декабря в регионе была объявлена всеобщая забастовка, к ней присоединились судоверфь имени Парижской коммуны в Гдыне, а также некоторые предприятия Эльблонга, Слупска и Щецина. Были образованы забастовочные комитеты. В состав первого забастовочного комитета входили: корабел Збигнев Ярош (председатель), Ежи Гурский (заместитель председателя), Станислав Оймбло, Рышард Подгайский, Казимеж Шолох, Лех Валенса и София Зейсер; лидерами других комитетов были, в частности, в Щецине — слесарь Мечислав Доперала, пожарный Мариан Юрчик, крановщик Эдмунд Балука, прокатчик Адам Ульфик. Ближе к 10 утра в Гданьске было принято решение вновь идти маршем к зданию воеводского комитета ПОРП и передать властям петицию с требованиями, к которым к тому моменту добавилось ещё одно — освобождение задержанных днем ранее протестующих. Однако региональные власти во главе с первым секретарём Гданьского воеводского комитета ПОРП Алоизием Каркошкой неукоснительно выполняли установки партийного руководства и отдали приказ на разгон манифестации.

В результате всего в нескольких сотнях метров от здания воеводского комитета ПОРП произошёл разгон протестующих, число которых к тому моменту составляло от 15 до 20 тысяч. Действия вооружённых щитами и дубинками частей ЗОМО, при поддержке некоторого числа солдат Войска Польского, ожидаемо привели к новым столкновениям митингующих с силовиками. Стычки быстро переросли в фактические беспорядки, продолжавшиеся до позднего вечера.Grudzień '70 — 44. rocznica krwawej pacyfikacji robotniczych protestów . В ходе беспорядков в Гданьске в здании Гданьского городского комитета ПОРП вечером начался пожар.

В Мальборке протестующим удалось взять штурмом местный следственный изолятор, и освободить ранее задержанных манифестантов, но, помимо арестованных за участие в протестах, на свободу вырвались также уголовные и хулиганствующие элементы, которые, смешавшись с протестующими, стали грабить магазины и некоторые общественные здания. Пытавшихся пресечь противоправные действия, как из числа протестующих, так и сотрудников охраны правопорядка, избивали. Всего же за время протестов серьёзно пострадало 220 магазинов и 19 общественных зданий.

В Щецине первый секретарь воеводского комитета ПОРП Антоний Валашек также категорически отказался «разговаривать с толпой».

В то же время в Гдыне от 7 до 10 тысяч человек собралось у здания городского совета, где в ходе митинга им удалось добиться встречи с председателем президиума горсовета Яном Марианьским, которому представители стачечного комитета передали список из 8 требований, в основном социально-экономического характера.. От имени совета Марианьский пообещал пойти на уступки и подписал протокол о взаимопонимании с представителями рабочих. Однако высшее партийное руководство сделало ставку на силовое подавление протестов и в тот же вечер, несмотря на все достигнутые договоренности, стачечный комитет Гдыни был арестован в полном составе.

В то же время в Гданьске протестующим удалось отбить танк, который, отогнали на Гданьскую ремонтную верфь и более не использовали. После 15 часов к протестам и столкновениям с милицией и военными в Гданьске стали массово присоединяться студенты. После 16 часов, в ходе столкновений между протестующими и силовиками, недалеко от Привокзальной площади, от огнестрельного ранения в грудь скончался мужчина (осталось неизвестным, кем был произведен выстрел и участвовал ли погибший в протестах, или же просто являлся случайным прохожим). К ночи протесты стали стихать, большая часть протестующих разошлась по домам, некоторые забаррикадировались на Гданьской судоверфи, которую к тому моменту уже вплотную окружили части войск и гражданской милиции. Фактически в городе существовало, как минимум, двоевластие — комитета ПОРП и забастовочного комитета с двумя центрами на судоверфи имени Варского в Щецине и судоверфи имени Ленина в Гданьске. Секретарь ЦК ПОРП Ян Шидляк с тревогой говорил о созданной забастовщиками «Щецинской республике».

На следующий день, 16 декабря, осада Гданьской судоверфи усилилась, всех кто пытался подойти к предприятию или прорваться силой, избивали и задерживали. В то же самое время на ряд предприятий Гданьска, Щецина, Мальборка и других городов балтийского побережья, которые не присоединились к забастовкам, для обеспечения порядка и пресечения возможных стачек были присланы вооруженные солдаты, однако эти меры лишь ещё больше накалили обстановку, многие сотрудники отказывались работать «под дулом автомата» и присоединялись к забастовкам. Впервые по государственному радио и телевидению было официально сообщено о беспорядках в Гданьске, в которых были обвинены «уголовные и маргинальные элементы»

17 декабря На экстренном заседании руководства ПОРП, прошедшем в ночь на 17 декабря, первый секретарь ЦК Владислав Гомулка, назвав забастовки «контрреволюцией», отдал приказ о силовом подавлении протестов. В этом его поддержали другие члены высшего партийно-государственного руководства, в частности, Мечислав Мочар, Зенон Клишко, Юзеф Циранкевич. Руководители силовых структур — министр национальной обороны Войцех Ярузельский, министр внутренних дел Казимеж Свитала, главный комендант гражданской милиции Тадеуш Петшак, начальник Службы безопасности Рышард Матеевский — выразили полную готовность к принятию силовых мер (определённые сомнения проявил лишь командующий ВМФ Людвик Янчишин, но и он принял приказы к исполнению). В Труймясто был сформирован оперативный штаб подавления, в состав которого вошли партийные (Зенон Клишко, Станислав Кочёлек, Алоизий Каркошка) и военно-милицейские (Гжегож Корчинский, Генрик Слабчик, Болеслав Хоха, Роман Кольчиньский) руководители. В Щецине подавлением руководили первый секретарь воеводского комитета Антоний Валашек и комендант милиции Юлиан Урантувка. Начальник III-го (политического) департамента МВД Генрик Пентек организовал систему слежки и оперативного сбора информации в рабочей среде. В Гдыню была направлена спецгруппа МВД под командованием Адама Кшиштопорского. Пентек предлагал использовать для подавления протестов спецгруппы своего департамента, но этот ресурс был сочтён недостаточным в сложившейся ситуации.

Утром в центре Гдыни собралось несколько тысяч протестующих, которые с польскими флагами двинулись колонной по улицам 10 февраля и Мархлевского. Недалеко от железнодорожного вокзала, у остановки «Гдыня-Верфь», солдаты и бойцы ЗОМО, преградив им путь, открыли по протестующим огонь на поражение из автоматического оружия. Под пули также попали стоящие на остановке в ожидании городской электрички работники Гдыньской судоверфи имени Парижской коммуны, в результате чего погибли на месте и умерли от ран в больнице не менее 10 человек, в том числе Брунон Дрыва (ставший определённым символом этих событий), ещё несколько десятков человек получили ранения, некоторые из убитых и раненых, в частности и Дрыва, в протестах не участвовали. Эти события заставили большую часть протестующих спешно ретироваться и начать скрываться.

Однако после полудня, в районе улицы Красных Косиньеров, вновь собралось несколько сотен протестующих, которые, погрузив на дверь погибшего 18-летнего Збигнева Годлевского, двинулись в центр города. В процессии принимали участие уже не только рабочие, но и все социальные слои населения. Колонна прошла по улицам Слупска и Эльблонга, где к ней присоединялись просто неравнодушные, и работники Щетинской судоверфи имени Адольфа Варавского. Дойдя до городской ратуши на улице Свентоянской, протестующие, численность которых на тот момент составляла около 3 тысяч человек, вновь попали под обстрел со стороны ЗОМО, в результате чего погибли 16 человек, а многие были ранены. В ответ на применение оружия протестующие подожгли в Щецине местный партийный комитет, однако затем также были рассеяны. В тот же день войска и ЗОМО провели штурм Гданьской судоверфи имени Ленина. Протестовавшие оказали активное сопротивление, в результате чего также имелись погибшие и раненые с обеих сторон конфликта, в тот же вечер судоверфь перешла под контроль силовых структур, а весь стачечный комитет был арестован.

18-22 декабря