Серге́й Серге́евич Бо́ткин (, Париж, Вторая французская империя — , Санкт-Петербург, Российская империя) — русский , теоретик и организатор бактериологической медицины, видный петербургский меценат времён Серебряного века, русской графики; старший сын и ученик Сергея Петровича Боткина, свойственник семьи Третьяковых.

Биография Родился в Париже года — сын Сергея Петровича Боткина от брака с Анастасией Александровной Крыловой (рано умерла). Братья — Пётр (1861—1933; дипломат), Евгений (1865—1918; лейб-медик), Александр (1866—1936; капитан 2-го ранга), Виктор (1871—1922).

Его детство прошло частью в России, частью — за границей, где жил со своей больной матерью. Первоначальное образование до 15 лет получал дома. В 1875 году поступил в 5-й класс 2-й Санкт-Петербургской гимназии, которую окончил с золотой медалью в 1879 году. В 1875—1883 годах учился на естественном отделении физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета и во время обучения за сочинение «О выветривании полевых шпатов» был награждён серебряной медалью. Окончив университет со степенью кандидата, поступил на 3-й курс Военно-медицинской академии, которую окончил первым выпускником с награждением премией Буша и занесением его имени на мраморную доску. Оставленный по конкурсу при академии, изучал клиническую медицину в клинике своего отца С. П. Боткина, где начал заниматься ещё обучаясь в академии. В клинике он подготовил диссертацию на тему: «Влияние солей рубидия и цезия на сердце и кровообращение в связи с законностью действия щелочных металлов», которую защитил в 1888 году. Рядом опытов он установил, что соли щелочных металлов, разделённых Менделеевым на две подгруппы, действуют различно на сердце человека: «натрий, введенный в кровь даже в значительных количествах, почти безвреден, а калий (опыты профессора В. Н. Сиротинина), рубидий и цезий представляют из себя сердечные яды».

В 1889 он был командирован за границу, где до 1892 года совершенствовался в зарубежных университетах Европы под руководством Реклингаузена (в Страсбурге по гемопатологии), Флюгге (по бактериологии), Коха (в Берлине), посещал клиники Лейдена, Наунина и Гергарда.

В 1892 году, по возвращении из-за границы, был избран заведующим отделением Городской барачной в память С. П. Боткина больницы и получил в декабре звание приват-доцента Военно-медицинской академии, где читал лекции в аудитории терапевтической клиники и проводил практические занятия в барачной больнице. В 1896 году был избран экстраординарным профессором по вновь учреждённой в академии кафедре бактериологии и заразных болезней.

В 1898 году вышел в отставку профессор Л. В. Попов и Боткин перешёл по назначению ординарным профессором академической терапевтической клиники, которой ранее руководил его отец. Здесь, однако, он неожиданно встретил недружелюбное отношение профессоров, врачей и студентов, что доводило его до отчаяния; впоследствии он указал на то душевной состояние, которое переживал в течение нескольких лет: «Я своему врагу не пожелаю получить кафедру при таких обстоятельствах <…> и с ужасом вспоминаю моменты, которые приходилось мне тогда переживать. Это отняло у меня много, много лет жизни!..»Некролог. И этот тяжёлый период жизни совпал с особым увлечением им искусством и коллекционированием.

В 1904 году покинул клинику и уехал на Дальний Восток, на театр военных действий в качестве уполномоченного Красного Креста.

Был лейб-медиком императорской семьи.

В числе учеников С. С. Боткина — Г. П. Гладин, А. Я. Чарнецкий, И. А. Абрамович, И. П. Максимов, П. К. Родзевич, С. Т. Савельев, М. И. Аринкин, С. С. Зимницкий, А. Н. Ордуханов, К. Н. Финне, Б. А. Гужевский, В. К. Подобанский, К. Ф. Юргенсон, А. А. Архипов.

С. С. Боткин умер внезапно года на 51-м году жизни от инсульта. Похоронен в Александро-Невской лавре на (западная часть); надгробие — гранитный пилон с урной в художественной ограде (проект Николая Лансере при участии Александра Бенуа) — установлено в 1913 году.

Коллекционирование

Все Боткины были коллекционерами и собирали произведения искусства разных стран и народов. Бо́льшая часть их коллекций хранится ныне в государственных музеях России, особенно много — в Русском музее и Третьяковской галерее.

С. С. Боткин увлекался искусством и музыкой, обладал широтой познаний и вкусом, любил бывать в обществе. Основной средой общения для С. С. Боткина были мирискуссники, и для них он был совершенно необходимым человеком. Несмотря на то, что С. С. Боткин не был ни художником, ни критиком и не писал статьи по искусству, без него не обходилась ни одна выставка: для одних он предоставлял произведения из своей коллекции, другие — составлял сам. Каталоги начала XX века пестрели ссылками на собрание С. С. Боткина. Его знаменитый в то время дом на Потёмкинской, 9 называли «домом-музеем», так как он был наполнен всевозможными произведениями искусства — от древнеегипетской пластики, средневековой деревянной скульптуры, произведений петровской, елизаветинской и екатерининской эпох до работ начала XX века. Однако профессионально он занимался лишь коллекционированием русского рисунка — он собрал почти полную коллекцию акварелей и графики художников «Мира искусства», основанного А. Н. Бенуа и С. П. Дягилевым в конце 1890-х годов.

С. С. Боткин был избран непременным членом Академии художеств в 1905 году.

Судьба коллекции После смерти С. С. Боткина коллекция перешла под покровительство его вдовы, и она сохраняла её неприкосновенной вплоть до 1917 года, считая коллекцию безусловным детищем Сергея Сергеевича; в год Русской революции Александра Павловна передала коллекцию, как она предполагала, на временное хранение в Русский музей. В то время, на почве слухов о возможном немецком наступлении на Петроград, так поступали многие частные коллекционеры. Однако в результате национализации Александра Павловна не смогла получить коллекцию мужа обратно. Долгое время коллекция была «ничьей», пока в 1925 году власти не приняли окончательное решение о переводе коллекции в собственность музея.

С тех пор произведения из коллекции С. С. Боткина участвуют во многих выставках и воспроизводятся в художественных альбомах; карандашный портрет Полины Виардо, написанный Карлом Брюлловым, репинский портрет А. В. Жиркевича и портрет Анны Павловой кисти В. А. Серова стали узнаваемы и любимы многими ценителями русского искусства.

Семья

Когда С. С. Боткин получил диплом врача, его невестой стала 16-летняя Софья Крамская, дочь художника Ивана Крамского, друга семьи Боткиных, автора знаменитого портрета Сергея Петровича Боткина. После помолвки отец невесты написал парные портреты жениха и невесты. Однако чувства С. С. Боткина не выдержали испытания временем: он влюбился в Александру Третьякову. Помолвка с Софьей была расторгнута, но Софья, оставшаяся Крамской, и Александра, ставшая Боткиной, сохранили приятельские отношения на всю жизнь.

Жена — Александра Павловна Третьякова (1867—1959), дочь П. М. Третьякова. Была женщиной талантливой, тоже коллекционировала, увлекалась искусством фотографии. Автор альбома фотографий Серебряного века. Состояла членом Попечительского совета (Учёного совета?) Третьяковской галереи. Прожила долгую жизнь и умерла через столетие после дня рождения своего мужа. В браке имела двух дочерей. По словам А. Н. Бенуа, Александра Павловна «обожала свою старшую дочь Шуру и не скрывала своей антипатии к младшей — Тасе. Причиной этого, как говорили, было то, что после рождения первой дочери она страстно мечтала о сыне, и то разочарование, постигшее её, когда снова родилась девочка, вылилось в нелюбовь к ребёнку»А. Н. Бенуа. Мои воспоминания. В 5 т. — Кн. 4, 5. — : Изд-во Наука., 1980. — С. 332.. Дети: Александра Сергеевна (1891—1985), знаменитая киноактриса и режиссёр. Анастасия Сергеевна (12.11.1892—1942), научный сотрудник Театрального музея; недолгое время была замужем за коллекционером и издателем Фёдором Фёдоровичем Нотгафтом (1886—1942; его второй брак), благодаря чему в собрании последнего оказались произведения, оставшиеся после национализации в собственности БоткиныхВ их числе: парные портреты Сергея Петр. Боткина и его первой жены Анастасии Александровны, кисти Михаила Боткина (1860); портрет мальчика (вероятно — юного Сергея Сергеевича), кисти Сергея Постникова (1870-е годы); два портрета Александры Павловны, работы Николая Кузнецова (1897) и Николая Милиоти (около 1905–1908).. После смерти бывшего мужа в блокаду покончила жизнь самоубийствомВ. М. Глинка. Воспоминания о блокаде. — : Лимбус-пресс, 2010. — 416 с..

Дом С. С. Боткина (Потёмкинская ул., 9/62) Этот дом в Санкт-Петербурге был перестроен в 1830-х годах, неоднократно перепродавался. В 1903 году участок перешёл С. С. Боткину. Для нового хозяина в 1903—1906 годах по проекту А. И. Дитриха здесь был построен новый особняк, по желанию заказчика — в стиле петровского барокко.

В доме Боткиных проживали их близкие друзья — семья Олив. Они также владели большой художественной коллекцией.

В 1918 году три квартиры в особняке Боткина были национализированы, здесь открыли музей. В начале 1921 года в квартирах Боткиных и Олив была открыта выставка XVIII века с картинами Робера, Буше, Левицкого, Щукина и других. В 1924 году музей был закрыт, имущество передано в Эрмитаж.

Библиография

Научную ценность представляют также сочинения: «Об иммунитете», 1894 г. «О маньчжурском тифе» (доклад на первом съезде терапевтов в Москве)Русский Врач. — 1910. — № 11. (с Биографией С. С. Боткина).

Примечания

Литература

Санкт-Петербургский государственный музей-институт семьи Рерихов // Исторические Боткинские чтения I — , 2017.

Ссылки

Категория:Выпускники Второй Санкт-Петербургской гимназии Сергей Сергеевич Категория:Умершие от инсульта