Артём Алекса́ндрович Ану́фриев (род. 4 октября 1992 года) и Ники́та Вахта́нгович Лы́ткин (24 марта 1993 года — 30 ноября 2021 года) — российские серийные убийцы, известные также как «академовские маньяки» и «иркутские молоточники». В период с ноября 2010 года по апрель 2011 года совершили 17 нападений в Иркутском Академгородке, в том числе 6 убийств.

Задержать «молоточников» удалось 5 апреля 2011 года, им было предъявлено обвинение в совершении убийств, грабеже, надругательстве над телами умерших и организации экстремистского сообщества. Судебное следствие по делу длилось с августа 2012 года по февраль 2013 года. 2 апреля 2013 года Иркутский областной суд приговорил Ануфриева к пожизненному лишению свободы, Лыткина — к 24 годам лишения свободы. 3 октября 2013 года Верховный Суд Российской Федерации утвердил пожизненный приговор Ануфриеву, а Лыткину сократил срок заключения до 20 лет.

В 2016 году уже в местах лишения свободы Лыткин совершил ещё одно нападение — на заключённого, а в ноябре 2021 года покончил жизнь самоубийством в колонии.

Личности преступников

Артём Ануфриев Артём Ануфриев родился 4 октября 1992 года в Иркутске. Рос без отца. Знакомые Ануфриевых на суде описывали Артёма в детстве только в положительных тонах. Тем не менее, детство Артёма было очень сложным в психологическом плане. На воспитание подростка огромное влияние оказывала его мать — Нина Ивановна Ануфриева, работавшая бухгалтером в страховой компании. Со слов предыдущего директора школы № 19, в которой учился Ануфриев, она учила сына ненавидеть людей. Когда Артёму ставили плохие оценки в дневник, его мать тут же писала заявление, в котором упрекала учителей в психологическом давлении на сына, а если отметки выставлялись только в журнал, то писала жалобу на сокрытие информации. В конечном итоге, когда Артём учился в 9-м классе, руководство школы вынуждено было искать нового учителя по физике, потому что предыдущая учительница отказалась заниматься с классом, где учился Ануфриев.

Между тем Ануфриев хорошо учился — ему давались литература и английский язык, он участвовал во многих мероприятиях и школьных олимпиадах, 5 лет посещал музыкальную школу по классу гитары и контрабаса, а также пел и играл в местной музыкальной группе, которая распалась после того, как её организатор уехал из Иркутска. Однако с первого класса Ануфриев был изгоем среди прочих учеников, и только ближе к выпускному классу, когда его одноклассники повзрослели и стали более дружными, Артёму удалось снять с себя это клеймо. Одновременно, будучи уже в 10-м классе, он потерял в успеваемости и окончил школу с троечным аттестатом. В выпускном классе незадолго до окончания одноклассники сняли прощальный любительский фильм, в котором был эпизод, где ученики по очереди рассказывали о том, что такое, по их мнению, счастье. Ануфриев был единственным, кто заявил, что не знает, что это. Он сказал: «Если честно, я не знаю, что такое счастье. Но очень хотелось бы побыстрее узнать, что это». После школы Артём поступил в ИГМУ и одновременно пошёл работать подсобным рабочим в художественный музей.

На суде мать Артёма рассказала, что один раз он подвергся избиению со стороны группы армян, уголовное дело было заведено, «но в итоге никого не наказали». Семье Ануфриевых была перечислена денежная сумма в размере 50 тысяч рублей в качестве компенсации за моральный вред, но, со слов его матери, Артём после этого случая стал очень неуравновешенным. По некоторым данным, Ануфриев сам спровоцировал конфликт, оскорбив армянскую семью в соцсети, после чего её представители вызвали его на «разборки», а уголовное дело было прекращено за примирением сторон.

Нина Ануфриева высказывалась против дружбы своего сына с Никитой Лыткиным и считала, что их общение нужно запретить, потому что, по её мнению, Никита мог оказывать дурное влияние на Артёма.

Никита Лыткин Никита Лыткин родился 24 марта 1993 года. Его прадед и прабабушка были гидростроителями и участвовали в строительстве Угличской и Иркутской гидроэлектростанций, мать Марина работала продавцом в обувном магазине, об отце известно лишь, что он по национальности осетин. Как и Артём Ануфриев, Никита рос без отца — тот ушёл из семьи, когда он был совсем маленьким. Вскоре отец вернулся в семью, однако его депрессия, вызванная смертью первой жены и самоубийством первого сына, не позволила ему наладить контакт с Никитой. После этого отец ещё несколько раз уходил из семьи и возвращался, но Никита от этого всё больше в нём разочаровывался. Последний раз он виделся с отцом в 16 лет, тогда им просто не удалось найти общих тем для разговора.

Внешне мальчик вёл себя тихо и спокойно, но, по словам матери, рос очень замкнутым и некоммуникабельным. Если к Лыткиным приходили гости, то он предпочитал не показываться им на глаза и каждый раз уходил к себе в комнату. В детстве его часто ловили за тем, что он разрисовывал стены в подъезде их дома. В начальной школе у Никиты был друг Артур Лысенко, который помог ему адаптироваться среди сверстников. «Он к нему как к вещи относился. <…> Никита не умел отказывать, не умел говорить „нет“. У него не было своего мнения. Я учила его, что нужно уметь сказать это самое „нет“. И когда он научился, то с Артуром они разошлись, не стали больше дружить», — рассказывала впоследствии мать Никиты.

До пятого класса Никита хорошо учился, имел примерное поведение, часто участвовал в творческих конкурсах и получал похвальные грамоты, его увлечением были компьютерные игры. В 2004 году на пятом году обучения Лыткин по результатам тестирования был зачислен в математический класс, хотя к математическим наукам не тяготел. В новый коллектив Никита влиться не смог. С Артёмом Ануфриевым, который учился на год старше, Лыткин познакомился на дне рождения Лысенко. К тому моменту Никита находился в состоянии глубокой депрессивной подавленности, и лишь Ануфриеву он решился доверить все свои проблемы, потому что в ответ получил с его стороны поддержку. По мнению матери Лыткина, поскольку другие ребята недолюбливали Артёма, Никита постепенно стал терять предыдущих друзей — недоброжелательное отношение к Ануфриеву стало распространяться и на него, однако сам подросток не переживал из-за этого, считая взаимоотношения с предыдущими друзьями «детской ненастоящей дружбой». Между тем, Артур Лысенко на суде заявил, что Лыткин потерял друзей вследствие некой быстрой метаморфозы, которая выразилась в том, что однажды Лыткин перестал, приходя в школу, здороваться с кем-либо, а затем и вовсе замкнулся в себе. По мнению Лысенко, это было вызвано тем, что Лыткин очень завидовал одноклассникам из более богатых семей. Нелюдимость подростка привела к тому, что одноклассники стали задирать его; Лысенко на суде высказался, что конфликтов не было бы, если Лыткин научился бы давать отпор, но он вместо этого на все колкости отвечал «сдохни», из-за чего на протяжении пяти лет школьной кличкой Лыткина была «Джимбо» (в честь персонажа американского мультипликационного сериала «Симпсоны» Джимбо Джонса, мрачного и жестокого подростка).

Вместе с Артёмом Никита организовал музыкальную группу, в которой сочинял музыку. Первоначально группа называлась «Злые Гномы» и исполняла музыку в стиле панк. Вскоре Лыткиным и Ануфриевым была создана группа под названием «Расчленённая ПугачОва», исполнявшая музыку в стиле нойз, нойзкор и грайндкор. В текстах обеих групп были лишь упоминания о насилии и нецензурная лексика. Группа «Расчленённая ПугачОва» записала ряд альбомов и сплитов, а также ряд видеоклипов, которые впоследствии Лыткин выкладывал в интернет. Правда, о его увлечениях, помимо родственников, догадывались немногие его знакомые, так как сам он в обществе не проявлял ни малейших признаков агрессии и садизма. По словам Ануфриева, Никита часто не мог за себя постоять. На момент убийств Ануфриев был единственным другом Лыткина, причём Лыткин был к нему очень привязан. В свою очередь, для Ануфриева Лыткин также был на тот момент единственным другом.

В восьмом классе Никита начал прогуливать школу и, в отличие от Артёма, отучился только девять классов, а после дважды поступал в колледжи — сначала в энергетический, затем, в 2010 году — в строительный. В первом случае его отчислили за неуспеваемость, после того, как он не сумел сдать первую сессию, во втором у Никиты назрел конфликт с одногруппниками, когда его начали задирать, и один из одногруппников стал покровительствовать ему, но взамен вымогал деньги и похищал вещи из дома Никиты. Мать Никиты написала на него заявление в милицию, но потом забрала его. Вскоре после этого Никита перестал ходить на занятия.

В детстве Никита с матерью в течение двух лет посещал церковь; оба они крестились, однако со временем Марина всё больше уделяла внимание работе, и в церковь они ходили всё реже. Затем Никита сам начал отвергать религию. Какое-то время он занимался музыкой, рисованием и кикбоксингом, но постепенно всё это забросил и стал посвящать всё свободное время регулярному посещению социальных сетей. С детства у него наблюдалось отставание в психическом развитии. Психологи советовали Марине давать ему как можно больше свободы и не ограничивать его личное пространство, однако с возрастом состояние психики Никиты стало ухудшаться, и за несколько лет до убийств он начал стесняться матери, старался, чтобы их никогда не видели вместе.

Преступления

Предпосылки и мотивы

Ануфриев был какое-то время участником движения НС-скинхедов (в том числе он принимал участие и в «Русском Марше» в Иркутске в 2010 году), и в определённых кругах у него было прозвище «Фацик-нацик», но в выступлениях не участвовал и особой активности не проявлял. Лыткин, по предложению Ануфриева, также общался с нацистами, но его не приняли из-за его «порочащего» отчества «Вахтангович». Среди тех, с кем общался Ануфриев, были братья Артём и Руслан Вокины из Иркутска, известные как «Иркутские партизаны» и совершившие в том числе два убийства на национальной почве.

После ареста Артём говорил, что именно общение с неонацистами привело к тому, что он стал совершать убийства, хотя в их обществе они с Никитой надолго не задержались, сочтя их идеологию слишком пассивной и мягкой. Тогдашний негласный лидер иркутских скинхедов по прозвищу «Бумер», с которым Ануфриев в 2009 общался пару месяцев, на суде сказал, что Артём скинхедом как таковым не являлся, потому что его взгляды расходились с их идеологией. Со слов Бумера, Ануфриев мог напасть только на тех, кто не мог дать отпор.

Следователь по особо важным делам регионального управления Следственного комитета Российской Федерации капитан юстиции Евгений Карчевский, который проводил допрос обоих преступников, в период следствия рассказал, что всё скатывание жизни Ануфриева и Лыткина по наклонной, начиная со вступления в группировки скинхедов и заканчивая убийствами, было вызвано обыкновенным желанием прославиться и привлечь к себе внимание. Своеобразную роль также сыграло и то, что, когда они состояли в неонацистской организации «Белая Сила», один из её членов, некий Максим по прозвищу «Фридрих Обершульц» из Железногорска, посоветовал им прочесть книгу, название которой в переводе на русский звучит как «Рождённые ненавидеть». Пара заинтересовалась этой литературой, так как обнаружила, что описанное там психологическое состояние человека очень схоже с их собственным, и они решили, что они смогут решить свои жизненные проблемы так, как описано в книге. Это зародило в них мизантропию. Между тем, доцент кафедры современной отечественной истории Иркутского госуниверситета Александр Костров на суде сказал, что действия «молоточников» чётко вписываются в мизантропию.