Будди́йская традицио́нная са́нгха Росси́и — объединение, религиозная организация, федерация буддийских общин в Бурятии, созданная в 1997 году в результате реорганизации ТБСР и, в 1995 году, ЦДУБ РФ. Имеет крайне ограниченное представительство в Забайкальском крае и Иркутской области.

Несмотря на свою декларативную попытку представлять буддизм в рамках всей России, она в настоящий момент отражает лишь малую группу буддистов. Несмотря на то, что Хамбо-лама удостоен звания «Глава буддистов России» в документах межрелигиозного совета России, БТСР не имеет значительного контроля над двумя другими традиционными буддийскими регионами России: Калмыкией и Тувой, а также не представляет даже и половины буддистских общин страны. Последователи буддизма в данных регионах предпочитают обращаться к собственным буддийским главам, не связанным с БТСР.

Де-факто, благодаря своей лояльности власти и Владимиру Путину лично, несмотря на то, что та имеет крайне узкое представление буддизма (в рамках одной школы Гелуг), а также отсутствия значительного представительства вне Бурятии, БТСР представлена как общебуддистская организация в Совете по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте и Межрелигиозном совете России.

Сама организация крайне часто обвиняется в авторитаризме, противоречии буддизму в лице непринятия иных идеологических школ, а также подконтрольности власти.

Предыстория

После распада СССР, центральное духовное управление буддистов СССР реорганизуется в ЦДУБ РФ, которая начинает переживать систематический кризис в связи с демократизацией общества и страны, отхода от государственного контроля, что привело к тому, что организация начала распадаться и раскалываться на отдельные объединения и даже общины, а также терять финансовый и идеологический контроль над дацанами, что приводит к частым сменам Председателя ЦДУБ РФ, который, за период с 1992 по 1995 года, успел смениться трижды.

В 1995 году, Председателем ЦДУБ РФ, очередным Пандито Хамбо-ламой стал Дамба Бадмаевич Аюшеев, который сразу же начал строить жёсткую, полуавторитарную вертикаль власти, установив твёрдый контроль над идеологией буддизма и финансами. После этого, в том же году, тот реорганизует ЦДУБ РФ в «Традиционную буддийскую сангху России», стремясь стать национальным лидером Бурят.

История

1997 — 2001: построение авторитаризма Аюшева и раскольничество в БТСГ В 1997 году, Аюшев вновь меняет название организации и её Устав, а также учредительные документы, начав реформирование организации под свои нужды и видения. Так, БТСР официально отказалась от своих общин в Тыве и Калмыкии, а также сформировала жёстко авторитарную структуру, с идеологическими чистками. Так, БТСР признала единственно допустимой формой буддизма только школу Гелуг, что рассматривалось как крайне нехарактерное для буддизма проявление, что ему противоречит. Помимо этого, Устав провозглашал, что настоятели храмов должны были отныне назначаться только главой БТСР. Реформы Аюшева, а также демонстративное неоказание им почестей посетившему Бурятию Богдо-гэгэну IX, привели к расколу в БТСР и созыву внеочередного совета сангхи (хурала), постановившего сместить Аюшеева с должности Пандито Хамбо-ламы и избрать на его место Илюхинова. Однако, Аюшеев, созвал подконтрольный ему лично совет сангхи, и признал решение прошлого совета незаконным, что привело к расколу БТСГ и формированию независимого от него «Духовного управления буддистов России». В том же году, лама Данзан-Хайбзун Самаев, являвшийся в 1990-е годы настоятелем Буддийского храма в Санкт-Петербурге, начал «бунт трёх дацанов против диктатуры Аюшеева», официально перерегистрировав их в качестве новой независимой организации «Майдар». Причиной этого, по словам Самаева, стало то, что таким образом Аюшеев теперь не мог самостоятельно назначать настоятелей этих дацанов, самым большим из которых являлся Ацагатский дацан, а также несогласие с общим курсом Хамбо-ламы.

В 2000 году, группа оппозиционеров из объединения «Арьяа-Баала», направила обращение к Президенту Бурятии Леониду Потапову о авторитаризме Дамбы Аюшева, заявляя, что его деятельность диструктивна и расскалывает буддистов. Это, вместе со стремлением Аюшева стать национальным лидером Бурят, привело к началу его противостояния со светской властью.

В 2001 году образовался новый раскол общины. Оппозицию Аюшееву составил Чой-Дорджи Будаев, который ранее был главой Центрального духовного управления буддистов и имел очень значительный авторитет среди буддистов региона. Будаев создал «Объединение буддистов Бурятии», включавшее в себя 8 организаций. Риторика нового объединения в значительной степени направлена против БТСР и Аюшеева, что выражается в крайне сложных отношениях этих организаций: «При встречах доходит до драк», — отмечает кандидат исторических наук С. Б. Филатов.

Примерно в то же время, после прихода Путина к власти, БТСР, в том числе из-за противостояния со светской власти Бурятии, начинает активно сотрудничать с Владимиром Путиным и оказывать тому поддержку и показную лояльность. Это позволило крайне быстро Аюшеву, несмотря на наличие власти и признания её только среди бурятских буддистов, выйти на федеральный уровень и провозгласить себя представителем всех буддистов в России. Так, БТСР крайне быстро получила поддржку от администрации президента РФ и стала де-факто ей подконтрольной, взамен получив представительство в Совете по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте и Межрелигиозном совете России, несмотря на свою идеологическую узконаправленность и отсутствие представительства.

2001 — 2007: кризис духовной авторитетности С 2001 года, всё больше усиливается административно-политический, но ослабляется духовный авторитет БТСГ и его лидера. Особенный удар приходится на лето 2004 года, когда в Улан-Удэ при поддержке Еше-Лодой Римпоче открывается буддисткого центра и самой большой в России, на тот момент, статуи золотого Будды. Это привело к тому, что и без того меркнущий авторитет Аюшева, оказался совсем незначительным и держался за счёт административной поддержки федеральной власти.

Единственное, где смогло БТСР сохранить своё присутствие — это в сельской местности, где жители не обращали внимание на особенности школ, формирования администраций монастырей или скандалы. Те оценивали БТСР с точки зрения количества открывающихся храмов, благодаря чему Аюшеев стал больше известен как крепкий хозяйственник, что налаживал духовную инфраструктуру. В то же время, в местах, где жители уделяют традиционно много внимания религии и практике буддизма, БТСР имеет маргинальное меньшинство своих представительств.

2007 — : в рамках вертикали власти С 2007 года, после избрания нового Президента Бурятии, БТСР, в том числе, при поддержке федеральной власти, получает относительно лояльную региональную администрацию. Та начинает щедро финансировать БТСР, при этом, игнорируя иные общины и объединения, а также создавая им излишние бюрократические проблемы. После этого, БТСР окончательно встроилась в вертикаль власти.

С началом вторжения России на Украину, организация недвусмысленно поддержала боевые действия, окончательно став пропутинским объединением лояльных власти буддистов.

Религиозная, идеологическая и политическая позиция Как отмечает кандидат исторических наук и научный сотрудник отдела философии, культурологи и религиоведения ИМБТ СО РАН П. К. Варнавский, «БТСР позиционирует себя в качестве единственной религиозной институции, представляющей не просто бурятский буддизм, но и буддизм в масштабах всей России», хотя в России существуют и другие буддийские общины, а БТСР крайне ревностно относится к иным школам буддизма и высказывает крайнюю нетерпимость к иным учениям.

БТСР также, в отличие от других общин, указывает на свою «полную независимость от „материнского“ тибетского буддизма», что поддерживается федеральной властью. В одном из интервью Дамба Аюшеев ответил на вопрос о происхождении бурятского буддизма следующим образом: «Буряты получили буддизм от Дамба-Доржи Заяева, а он, в свою очередь, получил его в первом своем рождении от , а во втором — от Будды Шакъямуни! Запомните это».

БТСР занимает националистическую позицию, ориентированную на местное население. Буддийские действия в дацанах, согласно мнению Аюшеева, должны проводиться на бурятском языке, а также частично на тибетском, но не на русском, что приводит к отчуждению от БТСР многих русскоговорящих бурятов, включая интеллигенцию. В то же время среди русских, живущих во всей России, авторитет БТСР высок, потому что здесь существует дисциплинированное монашество и передача традиций от учителя к ученику. В числе учеников сангхи присутствуют несколько десятков русских.

Организация активно поддерживается федеральной и региональной властью, в обмен на её лояльность и продвижение необходимой политической повестки. БТСГ получает непропорционально большое представительство, влияние и финансирование, когда другие общины и объединения осознанно или нет игнорируются.

БТСР придерживается позиции школы Гелугпа и жёстко и однозначно высказывается относительно других буддийских школ: «Сангха — это Гелуг, поэтому ко всем остальным течениям и школам в буддизме, таким как дзен-буддизм или карма-кагью, Сангха должна относиться, как православные к пятидесятникам». Организация также часто указывает на отсутствие компетентности и правомерности у тех буддийских учителей и дацанов, которые не входят в БТСР. Общины, основанные тибетскими учителями, и все остальные буддийские центры, которые не являются частью БТСР, Аюшеев характеризует как «„киоски“ по распространению религиозных услуг». В то же время доктор исторических наук И. Р. Гарри отмечает, что в реальности общины с тибетскими учителями имеют «большой авторитет» среди буддистов. Доктор исторических наук Ц. П. Ванчикова предполагает, что неодобрительное отношение БТСР к тибетским организациям и монахам может быть проявлением религиозной конкуренции.

БТСР не стремится способствовать приезду Далай-ламы в Россию, в то же время Аюшеев не высказывается категорично против Далай-ламы. В 2009 году Аюшеев критически высказался по поводу появления возможности приезда Далай-ламы в Россию: «Возможно, Далай-ламу будут пускать в Россию, но кто его будет приглашать?», чем по оценке информагентства «Новый Регион» усилил раскол сообщества буддистов.

БТСР глубоко озабочена существованием в России параллельных буддийских организаций, на которые она не может влиять. Построенный тибетским ламой Еше-Лодой Ринпоче «Центр тибетской культуры» и строительство ещё одного тибетского храма в Бурятии Аюшеев прокомментировал следующим образом: «Выделение участков под строительство тибетских храмов — это результат недальновидности наших чиновников. В будущем они станут форпостом китайского влияния». Аюшеев имеет очень негативное мнение о шаманизме, также представленном в Бурятии, считая, что это «религия первобытного человека, духовное выражение его страхов и суеверий», которую нельзя смешивать с буддизмом.

Общественно-политическая деятельность

Политическая деятельность БТСР исторически крайне активна в политической сфере и сохраняет демонстративный лоялизм к ней, создавая политическо-религиозную синергию. Так, БТСР имеет представительство и/или членство в следующих организациях: Межрелигиозный совет России; Совет по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте РФ; Азиатская буддийская конференция за мир; Совет по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте Бурятии.

БТСР полностью поддерживает федеральную власть, ожидая от неё взамен помощи «в сохранении контроля Сангхи над своей паствой». Также существуют отдельные факты того, что БСТР стремится усилить своё влияние на коренные народы Сибири, тем самым сделав их более лояльными текущей власти.