Зеро Мостел (; 28 февраля 1915, Нью-Йорк, США — 8 сентября 1977, Филадельфия, Пенсильвания, США) — американский актёр театра и кино, наиболее известный как исполнитель ролей комедийного плана, таких как Тевье в мюзикле «Скрипач на крыше», Псевдол в мюзикле и фильме «Забавная история, случившаяся по дороге на форум» и Макс Бялысток в фильме Мела Брукса «Продюсеры». В начале 1950-х годов был внесён в «Чёрный список Голливуда», а связанный с этим допрос Мостела Комиссией по расследованию антиамериканской деятельности стал одним из самых заметных событий времён маккартизма. Лауреат театральных премий «Тони», Obie и «Драма Деск», а также номинант на кинонаграды «Золотой глобус» и BAFTA.
Ранние годы Мостел родился в семье восточноевропейского еврея Израиля Мостела и Цины «Селии» Друхс, тоже еврейки, родившейся на территории современной Польши и выросшей в Вене. Оба иммигрировали в Соединённые Штаты Америки, но в разное время: Израиль в 1898 году, а Цина в 1908 году, где встретились и поженились. Они воспитывали восьмерых детей (первые четверо — от первого брака Израиля). Самуил, позже известный как Зеро, был седьмым ребёнком в семье.
Первоначально семейство Мостелов жило в районе Бруклина Браунсвилл, но позже переехало в Мудус, штат Коннектикут, купив там ферму. Основной доход они получали с изготовления вина, также они занимались забоем скота, но дела шли не очень хорошо. Когда, как говорил сам Зеро Мостел, «непоколебимый президент банка со свирепыми усами и длинным бичом» отказал в ипотеке на ферму, им пришлось вернуться в Нью-Йорк и поселиться в Нижнем Ист-Сайде на Манхэттене, где Самуил учился в государственной школе, а его отец работал в качестве химика, работая над винами. Хотя они жили и не в бедности, семье пришлось на многом экономить. Близкие родственники Мостела описывали маленького Зеро как общительного и жизнерадостного ребёнка с чувством юмора. Он демонстрировал настолько высокий интеллект и острое мышление, что отец увидел в нём задатки хорошего раввина и хотел избрать для сына именно такой путь, однако Мостел предпочёл заняться искусством, страсть к которому сохранил на всю жизнь. По словам Роджера Баттерфилда, мать ради его культурного обогащения сделала для мальчика бархатный костюм и отправить его в Метрополитен-музей копировать картины. Любимой картиной Мостела была работа Джона Уайта Александера Study for Woman in Black and Green, которую он копировал каждый день, вызывая восхищение у посетителей галереи.
Ещё в юном возрасте он развил двойственность характера, которой спустя много лет он сбивал с толку многих критиков: когда Мостел был один, то был прилежным и тихим, но при заинтересованности им публики он чувствовал, что должен быть в центре внимания, которого добивался через юмор. Владел английским, идишем, итальянским и немецким языками, что помогло ему найти аудиторию среди многих этнических групп Нью-Йорка.
Он учился в государственной школе № 188, где был отличником (Мостел в конце жизни противоречил себе, утверждая, что получил своё прозвище Зеро (ноль) как раз из-за низкой успеваемости). Профессионально обучался рисованию в The Educational Alliance. Окончил среднюю школу Seward Park High, в чьём ежегоднике о Зеро было написано: «Будущий Рембрандт … или, возможно, комик?».
Мостел продолжил обучение в нью-йоркском Сити-колледже. Был в команде по плаванию и в Корпусе подготовки офицеров запаса, а также выступал в роли клоуна. Поскольку только на начальных курсах были уроки, связанные с искусством, Мостел учился на них по несколько раз, чтобы иметь возможность рисовать и получить опыт и знания. В это время он перебивался случайными заработками и окончил колледж в 1935 году со степенью бакалавра. Чтобы продолжить изучение творчества, он поступил на магистратуру, а также присоединился к Public Works of Art Project (PWAP), платившему Мостелу стипендию для обучения искусству.
Часть долгов перед PWAP Мостел решил отдать через лекции в музеях Нью-Йорка. Рассказывая об искусстве, он не смог подавить свою комическую натуру, вследствие чего его доклады были отмечены низкой информативностью, но высоким качеством юмора. После этих занятий он стал достаточно известен, его начали приглашать на вечеринки и другие общественные мероприятия, платя от трёх до пяти долларов за выступление.
Карьера
Ранний комический опыт В 1941 году ночной клуб в центре Манхэттена Café Society предложил Мостелу стать профессиональным комиком и постоянное место для концертов. Мостел согласился и за несколько месяцев стал главной звездой этого заведения. Именно там он взял своё сценическое имя Зеро. Пресс-секретарь Café Society убедил его принять этот сценический псевдоним, надеясь, что зрителей будет привлекать комментарий: «Вот человек, который сделал хоть что-то из ничего». В итоге в 27 лет Мостелу пришлось отказаться от выступлений в качестве комика, чтобы начать карьеру в шоу-бизнесе.
Рост популярности Карьерный рост Мостела после поступления на работу в клуб был весьма заметным. В 1942 году его зарплата выросла с 40 до 450 долларов в неделю; он начал появляться на радиошоу, сыграл в двух бродвейских шоу (Keep Them Laughing, Top-Notchers), играл в Paramount Theatre и появлялся в фильме MGM «Дюбарри была дамой». Он также делал миниатюры в Еврейском театре на идише, стиль которого повлиял и на его манеру выступлений. В 1943 году журнал Life назвал его «почти самым смешным американцем из ныне живущих».
В марте 1943 года Мостел был призван в армию. Его срок службы трудно определить, так как существуют противоречивые сведения: одни говорят, что он был списан в запас через шесть месяцев из-за колита, другие — что он служил до конца войны, но известно, что он вплоть до 1945 года давал бесплатные концерты в рамках Объединённой организации обслуживания вооружённых сил.
После ухода из армии его карьера вновь пошла вверх. Он появился в ряде постановок пьес, мюзиклов, опер и в фильмах. В 1946 году он даже сделал попытку стать певцом, исполнив роль в мюзикле «Праздник нищего», но его выступление осталось незамеченным. Критики видели в нём универсального исполнителя, способного хорошо играть как в пьесах Мольера, так и на сцене ночного клуба.
Росту его популярности способствовала и работа на телевидении. В 1948 году на канале WABD-TV у него появилось своё шоу, названное Off The Record, его соведущим был комик Джои Фэй. О телешоу журналом Life был сделан размещённый в номере за октябрь-ноябрь того же года репортаж с иллюстрациями из телепередачи, позже Мостел отправил в редакцию издания письмо с благодарностью за бесплатную рекламу программы (опубликовано в декабре 1948 года). В октябре 1948 года журнал Billboard написал о конфликте между продюсером шоу и руководством канала из-за непредоставления последним зрителей в студию передачи, когда Мостел показывает свои номера. Примерно в то же время Зеро запустил шоу на канале WPIX под названием Channel Zero. Зеро также появился 11 мая 1949 года в шоу Эда Салливана «Местная знаменитость».
Политические пристрастия Мостела вызвали интерес ФБР. Согласно составленному на него досье, он был замечен на собраниях коммунистов в 1941 году и принимал активное участие в движении Эрла Браудера.
Включение в «Чёрный список» Мостел не возвращался в кино до 1950 года, появившись в фильме киностудии 20th Century Fox «Паника на улицах», снявшись там по просьбе режиссёра Элиа Казана. Казан описывает свои отношения и чувства в тот период, когда, по словам биографа Артура Сейнера, «MGM включила в свой чёрный список Мостела прежде, чем начались дни главного „Чёрного списка“»Sainer, Arthur. Zero Dances: a Biography of Zero Mostel, Hal Leonard Corp. (1998).
Каждый режиссёр имеет своего любимчика, … моим любимчиком в то время был Зеро Мостел. Я подумал, что он необыкновенный художник и прекрасный собеседник, один из самых смешных и самых оригинальных людей, которых я когда-либо встречал… Я постоянно искал его общества… Он был одним из трёх людей, которым я помог с работой во время «чёрного списка». В течение длительного времени Зеро не мог получить работу в кино, но я дал ему роль в своём фильме.
Мостел в 1951 году сыграл в пяти фильмах, после чего попал в «Чёрный список» и не появлялся на экранах до 1959 года. Его популярность росла, критики писали прекрасные обзоры на его работы, но его карьера пришла в упадок к середине 1950-х годов. В чёрный список включали многих его друзей и коллег по шоу-бизнесу, их заставляли называть имена предполагаемых коммунистов и неудивительно, что среди них было и имя Мостела. 29 января 1952 года Мартин Беркли на допросе в Комиссией по расследованию антиамериканской деятельности назвал его членом Коммунистической партии (всего Беркли назвал 160 человек — больше, чем какой-либо другой свидетель). Этого было достаточно, чтобы поставить крест на карьере Мостела даже раньше, чем он был вызван на допрос, которой произошёл 14 августа 1955 года.
Комитет заседал под председательством своего руководителя Клайда Дойла. Мостел защищал себя сам, так как не мог позволить себе услуги адвоката. Присутствовавший на разбирательстве Фрэнк Уилкинсон вспоминал это событие так:
«Началось с того, что адвокат комиссии сразу начал атаковать: „Мистер Мостел, вы не коммунист?“ Зеро соскочил из своего кресла и кинулся к столу адвоката, сбив микрофоны на пол и, схватив за горло адвоката, закричал: „Этот человек назвал меня коммунистом! Уберите его отсюда! Он спросил меня, являюсь ли я коммунистом! Выведите его вон!“
Комитет сотрясался от смеха. Они были в восторге. Здесь Зеро Мостел вёл себя как на сцене, как на частной вечеринке. Зеро продолжал играть с ними, по крайней мере двадцать минут, отвечая на каждый их вопрос, зачитывая каждому поправки из Билля о правах.
В конце концов юристы комиссии осторожно сказали: „Мистер Мостел, мы все знаем эти поправки. Мы просто хотим знать, Вы принимаете или нет Пятую поправку“.
Он не спросил Зеро: „Вы не коммунист?“. Он спросил: „Вы принимаете Пятую поправку?“ Они хотели, чтобы он сказал „Да“. Через десять минут споров Зеро сказал: „Да, я принимаю Пятую поправку“.
В этот момент слушания были остановлены. Парень из PR-службы комитета открывает двери зала заседания. Репортёрам он не сказал ни слова, а просто держал пять пальцев, после чего журналисты ушли в свои отели. На следующее утро в газетах появились заголовки типа „Зеро Мостел принимает Пятую поправку на заседании комиссии“.»
Таким образом Мостел отказался от обязанности называть какие-либо имена комиссии через отказ отвечать на любой вопрос, какой ему могли задать (прямой отказ назвать имена позволил бы комиссии квалифицировать его действия как неуважение к суду). Его показания вызвали восхищение у включённых в чёрный список. Кроме того, из-за этого он также столкнулся с комитетом по идеологическим вопросам, что было довольно редким явлением. Среди прочего, он упомянул киностудию «Двадцатый Век Фокс» как «Восемнадцатый Век Фокс» (из-за их сотрудничества с комиссией), и манипулировал членами комитета, чтобы выставить их глупцами перед публикой.
Попав в «Чёрный список» и потеряв возможность много зарабатывать, он и его семья в 1950-х годах были вынуждены урезать расходы. Однако Мостел использовал это время для работы в своей мастерской. Позже он скажет, что эти годы нравились ему тем, что позволили ему заниматься тем, что он любил больше всего. Допрос Мостела комиссией использован в пьесе Эрика Бентли Are You Now or Have You Ever Been…?
«Улисс в ночном городе» и возрождение карьеры