Первый европеец ступил на землю нынешнего Парагвая в 1525 году, а началом истории страны принято считать 15 августа 1537 года, когда испанские колонизаторы основали Асунсьон, столицу Парагвая. Независимость от Испании (и от Аргентины) Парагвай получил в 1811 году.

Колонизация

На восточную час­ть территории современного Парагвая около середины 1-го тыс. н. э. из бас­сей­на Ама­зон­ки начинают распространяться племена, говорящиe на языке гуарани индейцев, которые выращивали маниок, кукурузу и арахис. Эти индейцы были известны как грозные воины, которые впоследствии оказывали ожесточённое сопротивление европейской колонизации. Западную часть Парагвая (без­лес­ные рав­ни­ны, часть ре­гио­на Гран-Чако) пе­ред по­яв­ле­ни­ем ис­пан­цев на­се­ля­ли то­ба, и другие груп­пы ин­дей­цев, за­ни­мав­ших­ся в основном охо­той.

Первая задокументированная встреча индейцев с европейцами произошла в 1524 или 1525 году, когда испанский (вероятно на службе Португалии) исследователь Алехо Гарсия потерпел кораблекрушение на острове Санта-Катарина и двинулся вглубь континента вдоль реки Пилькомайо. Ещё в 1515 году Хуан Диас де Солис открыл устье реки Параны; испанцы шли по его следам, исследуя течение этой реки. Гарсия установил дружеские отношения с индейцами гуарани, изучил их язык. От них он услышал о существовании далеко на западе, в горах, страны «Белого царя», богатой серебром и, возможно, даже золотом. Под страной «Белого царя» подразумевалась империя инков. Гарсия присоединился к вторжению гуарани в империю. Он пересек реку Парана, стал первым европейцем, увидевшим водопады Игуасу, и прибыла в район будущего Асунсьона. Там гуарани собрали отряд в 2 000 человек и оттуда проникли во внешние провинции империи инков на восточных склонах Анд, пока не отступили перед крупными силами противника, захватив хорошую добычу. После того как Гарсия был убит в 1525 году в стычке на реке Парагвай, его сын донес вести о походе на империю инков и богатой добыче до испанцев на побережье.Открытие Амазонки и бассейна Ла-Платы В 1528 году Себастьян Кабот, поднимаясь по реке Парана основал форт Санта-Эсперита на территории современной Аргентины, достиг устья реки Парагвай и поднялся по ней. В низовьях реки, вероятно близ устья Рио-Бермехо, произошел бой между испанцами и хорошо организованными и вооруженными индейцами; потеряв 25 человек убитыми, Кабот установил с индейцами мирные отношения и выменял у них серебряные украшения. Обследовав центральную часть Ла-Платской низменности, он тем самым нашел один из путей проникновения во внутренние районы материка.

15 августа 1537 года, на мес­те по­се­ле­ния ин­дей­ско­го пле­ме­ни гуа­ра­ни, Хуан де Саласар основал будущую столицу Парагвая, Асунсьон. Он стал главным опорным пунктом испанцев для дальнейшей колонизации региона и по дороге в Перу, после того как местные племена не позволили им закрепиться в Буэнос-Айресе. С 1542 года испанское королевское правительство уже назначало для Парагвая специальных управителей. С середины XVI века до 1617 года город был столицей гу­бер­на­тор­ст­ва Рио-де-ла-Пла­та (первоначально — губернаторство Новая Андалусия), части вице-королевству Перу; в 1617 губернаторство было разделено на две части: Рио-де-ла-Плата (современная Аргентина) и губернаторство Парагвай. В XVI—XVIII веках Асунсьон сохранял статус административного центра Испании и был одним из наиболее крупных населённых пунктов в испанских колониях Южной Америки.

В 1777 году губернаторство Парагвай во­шло в со­став соз­дан­но­го го­дом ра­нее ви­це-ко­ро­лев­ст­ва Рио-де-ла-Пла­та. К этому вре­мени на­се­ле­ние Парагвая достигло около 250 тыс. человек. В подавляющем большинстве это бы­ли ин­дей­цы гуа­ра­ни и ме­ти­сы, ис­пан­цев на­счи­ты­ва­лось все­го несколько со­тен человек, кре­о­лов — несколько ты­сяч. Главными экс­пор­тными товарами были та­бак и чай, то­ва­ры вывозили че­рез порт Бу­энос-Ай­рес.

Иезуитские миссии на землях индейцев гуарани

В 1608 году в Парагвае основали свои первые поселения (иезуитские редукции) испанские иезуиты, которым скоро удалось создать здесь полунезависимое теократически-патриархальное государство, единственное в своём роде во всей всемирной истории. Прообразом его, видимо, послужило государственное устройство Тауантинсуйу. Иезуиты обратили в христианство и в значительной степени цивилизовали свыше 170 тысяч местных индейцев, которые обратились в оседлых поселенцев, занялись земледелием, скотоводством и ремёслами. Фактически, из испанцев только им удалось воплотить в жизнь Энкомьенду в том виде, в котором она изначально задумывалась.

В каждом поселении был священник-иезуит, с викарием, исполнявший не только духовные обязанности, но и обязанности главы местной администрации; ему были подчинены выбранные индейцами касики, исполнявшие низшие полицейские функции. Все работы на плантациях исполнялись индейцами под надзором этой администрации; она же собирала все произведения труда в особые магазины, из которых выдавала продукты всем нуждающимся в них. Получался своеобразный социализм — индейцы находились в полном подчинении у иезуитов, которые пользовались своей властью не особенно деспотически и не пытались насильственно европеизировать индейцев; господствующим языком в колонии оставался гуарани, и только к середине XVIII века он заменился постепенно испанским, когда и население из индейского обратилось постепенно в метисское. Настроенные иезуитами индейцы относились враждебно ко всем иностранцам и даже к испанцам, не принадлежавшим к ордену.

У иезуитов были постоянные столкновения с гражданскими властями колонии, но они выходили из них в основном победителями и фактически были почти совершенно независимыми от метрополии. Ещё большей независимости достигли они в 1726 году, когда они добились королевского декрета, в силу которого их поселения (случившиеся к этому времени вследствие поражений, нанесенных им соседними португальскими колониями, по реке Парана) были изъяты из ведения парагвайских властей и подчинены отдаленному губернатору Ла-Платы. В 1750 году Испания и Португалия заключили договор, в силу которого 7 иезуитских поселений, в том числе Асунсьон, должны были перейти к португальским владениям. Иезуиты не захотели подчиниться этому решению; кровопролитная война гуарани, длившаяся 4 года (1754−1758), окончилась победой испано-португальских войск; за ней последовало полное изгнание иезуитов из всех испанских владений в Америке в 1768 году.

Независимость

Бывшие иезуитские редукции были поделены между испанцами и португальцами и переданы в ведение гражданских властей. Испанцы хотели продолжать дело иезуитов, но это им не удалось; земли частью перешли во власть индейцев, начавших вновь дичать, и колония стала быстро приходить в упадок, пока в 1776 году губернаторство Парагвай не было присоединено к соз­дан­но­му го­дом ра­нее ви­це-ко­ро­лев­ст­ву Рио-де-ла-Пла­та, и не усилилась колонизация.

В мае 1810 года в столице вице-королевста, Буэнос-Айресе, произошла Майская революция, начавшая войну за независимость Аргентины. В бывшее губернаторство Парагвай были посланы войска под командованием Мануэля Бельграно, с целью поднять в Парагвае восстание. Но парагвайское население не захотело последовать примеру Буэнос-Айреса, тем более, что солдаты Бельграно занимались грабежом деревень. Наскоро были набраны войска, которые разбили Бельграно и принудили его к отступлению. Эта война получила название Парагвайская кампания.

Однако идеи независимости имели поддержку и в Парагвае; во главе заговора против испанских властей стал испанец, генерал Каваньяс; после выступления 14 мая 1811 года, заговорщики заставили губернатора Веласко объявить о создании правящей хунты из трех человек, включая губернатора. Этот день считается де-факто началом . В 1813 году был созван конгресс, избранный всеобщим голосованием. Конгресс подтвердил полномочия хунты, долженствовавшую управлять, тем не менее, именем испанского короля Фердинанда. Наиболее видным представителем хунты был метис из Бразилии, доктор Франсия. Хунта добилась признания независимости Парагвая от Аргентины (1811), независимость же от Испании была фактически гарантирована арестом испанских должностных лиц и отдалённостью от метрополии.

Подражая Наполеону, Франсия заставил избрать себя сперва первым из двух консулов хунты (1813), потом диктатором с неограниченными полномочиями на 3 года (1814) и, наконец, пожизненным диктатором (1817). Управление его до самой его смерти (1840) было крайне деспотическое. Аресты и смертные казни следовали одни за другими; заговоры и вооружённые восстания подавлялись с большой жестокостью. Франсия проводил политику изоляционизма, иностранцы допускались в страну весьма редко; иностранный капитал не допускался; торговля с соседними государствами была почти прекращена. Почти исключительными занятиями жителей в этих условиях были скотоводство и земледелие, которое велось самыми первобытными способами. В рамках борьбы с оппозицией многочисленные монастыри были закрыты и монастырское имущество перешли в собственность государства; часть этих зе­мель за небольшую пла­ту сда­ва­лась в бес­сроч­ную арен­ду, часть ста­ла ос­но­вой для круп­ных государственных ско­то­водческих хо­зяйств.

После смерти Франсии власть захватили его племянник Карлос Антонио Лопес и Мариано Роке Алонсо; они созвали в 1842 году конгресс, избранный всеобщим голосованием и назначивший их обоих консулами. Консулы не могли ужиться друг с другом, и новый конгресс 1844 году назначил уже одного Лопеса президентом на 10 лет.

Этот же конгресс принял конституцию, предложенную Лопесом и оставлявшую за президентом фактически неограниченную власть. В Парагвае было от­ме­не­но раб­ст­во, дек­ла­ри­ро­ва­но юри­дическое рав­но­пра­вие ин­дей­цев. Ло­пес, в 1843 и 1844 годах до­бил­ся при­зна­ния су­ве­ре­ни­те­та Парагвая Бо­ли­ви­ей и Бра­зи­ли­ей. Лопес управлял почти так же деспотически, как и его дядя, стараясь окружать себя верными людьми. Его брат был назначен архиепископом, другой брат — министром внутренних дел, сын — главнокомандующим армией, состоявшей из 5000 солдат. Однако уже в 1845 году президент отказался от изоляционизма и открыл доступ иностранцам в Парагвай, а в следующем году отменил прежний запретительный таможенный тариф и заменил его весьма либеральным; гавань Пилар (на реке Паране) была открыта для торговли. Почти вся торговля находилась в руках самого Лопеса и его сыновей. Лопес реорганизовал армию по европейскому образцу, ввёл принцип всеобщей воинской повинности, увеличил состав армии в мирное время до 8000 человек, выстроил несколько крепостей и создал речной военный флот.

Конфликт с Аргентинской республикой, не желавшей примириться с самостоятельностью Парагвая, привел к объявлению войны, в которой Парагвай выступал совместно с двумя восточными аргентинскими штатами, Коррьентес и Энтре-Риос. Война не была интенсивной, но привела к аргентинскому эмбарго на парагвайские товары на протяжение 7 лет (1845—1852). После того, как аргентинский диктатор Росас бежал в 1852 году, Аргентина признала независимость Парагвая.

По окончания войны Лопес стал открывать школы, включая несколько высших учебных заведений, покровительствовать открытию научных обществ, улучшать промышленность (ме­тал­ло­об­ра­ба­ты­ваю­щие и ору­жей­ные пред­при­ятия), пути сообщения и судостроительство; торговые договоры с американскими и европейскими государствами способствовали развитию торговли. Была модернизирована армия. Характер хозяйства страны, унаследованный ещё от иезуитов и закрепленный системой Франсии, продолжал, однако, быть совершенно своеобразным. Из всей территории государства всего 7000 км² находились в руках частных владельцев; все остальные земли были собственностью государства.