Княжеский суд — суд, осуществляемый князем или его представителями. Действовал на Руси; был частью русской правовой системы. Время его возникновения неизвестно. Прямо упоминается в Пространной редакции Русской Правды: «Аже будуть холопи татье, судъ княжь» («Если окажутся воры холопами, то суд княжеский» — ст. 46)Русская Правда (Пространная редакция) / Подготовка текста, перевод и комментарии М. Б. Свердлова // Библиотека литературы Древней Руси. [Электронное издание] / Институт русской литературы (Пушкинский Дом) РАН. Т. 4: XII век.Зимин А. А. Правда русская . М. : Древлехранилище, 1999..
История Согласно летописям, приглашённые на княжение варяги (в 862 году по летописной хронологии) были ограничены условиями «судить и рядить» «по ряду по праву», то есть управлять и вершить суд в соответствии с нормами местного права. Это ограничение ставило князя в зависимость от местного обществаМельникова Е. А. Ряд в Сказании о призвании варягов и его европейские и скандинавские параллели // Мельникова Е. А. Древняя Русь и Скандинавия : Избранные труды / под ред. Г. В. Глазыриной и Т. Н. Джаксон. М. : Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2011. С. 249—256..
В русской военно-дружинной среде X века всё большее место начинал занимать поединок как способ решения споров. Арабский писатель начала X века Ибн Руста описывает княжеский суд и судебный поединок русов:
Дружинники X века ещё могли не считаться с решением княжеской власти, полностью зависящей от их мечей.
Судебный аппарат первоначально составляли представители княжеской дружины. А. А. Зимин считал, что штрафы, шедшие в пользу судебно-административных чиновников, появляются в X веке. По мнению учёного, погосты, организованные княгиней Ольгой, действовали не только как сборные пункты дани, но и как центры судебно-административной деятельностиЗимин А. А. Правда русская. М. : Древлехранилище, 1999. Часть первая. Краткая Правда. Глава вторая. Древнейшая правда и её источники ..
К судебному разбирательству привлекались очевидцы-видоки. Требование показаний очевидца ограничивало кровную месть.
Согласно ст. 38 Краткой Правды, «Аще убьють татя на своемъ дворѣ, любо у клѣти, или у хлѣва, то тои убитъ; аще ли до свѣта держать, то вести его на княжь дворъ; а оже ли убьють, а люди будуть видѣли связанъ, то платити в немь» («Если убьют вора на своём дворе, или у клети, или у хлева, то так тому и быть; если продержат до рассвета, то вести его на княжеский двор; а если его убьют, но люди видели, что он был связан, то платить за него»). Таким образом, княжеский двор («княжь дворъ») мог выступать центром судопроизводстваЗимин А. А. Правда русская. М. : Древлехранилище, 1999. Часть первая. Краткая Правда. Глава третья. Княжеский Устав Ярославичей ..
Помимо особого Покона вирного, регламентирующего поборы в пользу сборщика вир (штрафов за убийство), для XI века известны пошлины другим судебным чиновникам. Правда Ярославичей (вторая часть Краткой Правды) в ст. 40 знает судебную пошлину человеку, изымающему краденое, вероятно «емцу». В ст. 40 Краткой Правды говорится: «60 рѣзанъ продажи; а хто изималъ, тому 10 рѣзанъ», то есть княжескому судебному чиновнику предназначалась 1/6 штрафа. Чем выше был штраф, тем большая часть шла емцу. По ст. 31 от штрафа в 3 гривны приходилось «платити мужеви» 30 резан — отчисление повышалось до 1/5 штрафа. По ст. 41 от 12 гривен емцу шло 70 кун — примерно 1/4 штрафа.
Решения, принятые на княжеском суде, могли использоваться в качестве судебных прецедентов при составлении письменных законов и их сводов, включая Русскую Правду.
Церковный устав Ярослава распространяет юрисдикцию церковного суда на ряд дел, входивших в компетенцию княжеского судаЗимин А. А. Правда русская. М. : Древлехранилище, 1999. Часть третья. Правда Русская в правовой традиции XII—XVII вв. Глава вторая. Традиции Правды Русской в Северо-Восточной Руси. XIV—XV вв. .
Л. К. Гётц рассматривал Пространную редакцию Русской Правды как руководство для практического судопроизводстваGoetz L. К. Das Russische Recht. Stuttgart, 1913 Bd. IV. S. 62..
Христианским идеалом служил справедливый и гуманный княжеский суд. В Мериле Праведном говорится об установлении Владимиром Мономахом правого суда и законов: «тобе, мудраго нашего кормьчию, благочестиваго князя… заступника воистину вьстави, устраяюща словеса на суде, храняща истину в веки, творяща суд и правду посреде земля… законоположении, аки некими стенами чюдными, свое стадо крестьянское огради»Мерило Праведное по рукописи XIV века. Издано под наблюдением и со вступительной статьёй акад. М. Н. Тихомирова. Изд. АН СССР. М., 1961. С. 9—10.. Сам Владимир Всеволодович завещал своим детям: «избавите обидима, судите сироте, оправдайте вдовицю»Полное собрание русских летописей. СПб., 1846. Т. I. Стб. 243.. Всеволод Юрьевич Большое Гнездо судил «суд истинен и нелицемерен, не обинуяся лица силных своих бояр, обидящих менших и роботящих сироты»Полное собрание русских летописей. СПб., 1846. Т. I. Стб. 437..
В Новгородской республике княжеский суд выступает уже не единственной судебной инстанцией, а лишь одной из нескольких. Новгородская судная грамота (XV век) знает суд владыки и его наместника, посадничий суд (с участием великокняжеского наместника), а также суд тысяцкого (ст. 1—4)Зимин А. А. Правда русская. М. : Древлехранилище, 1999. Часть третья. Правда Русская в правовой традиции XII—XVII вв. Глава первая. Правда Русская в Новгороде, Пскове, Смоленске и Галиче в XII—XV вв. .
Размеры судебных пошлин, предусмотренные Двинской уставной грамотой 1397 года в пользу наместников и дьяков, резко отличались от поборов, шедших вирнику по Русской Правде, как разнообразием, так и их увеличением. Основной целью Судебника 1497 года было подведение итогов практики судопроизводства по важнейшим делам и обеспечение точно регламентированными судебными пошлинами представителей административного аппарата, отправлявшего правосудие, в центре и на местах. Преимущественное внимание в этом памятнике уделено процессуальным вопросам и отчислениям в пользу лиц, ведавших судом и следствием. В заголовке памятника говорилось, что Иван III «уложил о суде, како судите бояром и околничим».
Судебная система
Древнерусское право ещё не знало последовательного разграничения между уголовным и гражданским процессом, хотя ряд процессуальных действий (гонение следа, свод и др.) относились только к уголовным делам. И по уголовным, и по гражданским делам процесс носил состязательный (обвинительный) характер, при котором стороны равноправны и сами являются двигателями всех процессуальных действий. Обе стороны в процессе именовались истцамиИстория отечественного государства и права / Под ред. О. И. Чистякова; Издание 3-е, переработанное и дополненное. М. : МГУ имени М. В. Ломоносова, 2005. Часть 1. 430 с..
Суд, производимый князем, его посадниками и тиунами, носил внешний, механический характер. Судья почти не входил во внутреннюю расценку доказательств. Он был обязан безусловно верить им, если они удовлетворяли принятым формальным требованиям. К примеру, если в суд обращался человек в крови или синяках («кровавъ или синь» — ст. 2 Краткой Правды), а ответчик не предоставлял видоков (свидетелей), которые показали бы, что избитый сам начал драку, ответчик считался виновным. Если на суд был приведён тать с поличным, пойманный на месте преступления, также не полагалось никакого расследования, и человек считался виновным. Если человек, потерявший вещь, обнаруживал её, он не мог забрать своё имущество, но должен был идти на свод («поиди на сводъ, кдѣ есть взялъ» — ст. 35 Пространной Правды): человек, у которого нашлась краденая вещь, должен был доказать, что купил её, а не украл, в противном случае он признавался вором. Если был найден убитый, вервь, община, нёсшая круговую ответственность, на территории которой было найдено тело, должна была разыскать убийцу. В противном случае вервь платила виру князю и головничество родственникам убитого. Если воровской след приводил к селу, село обязано было разыскать вора либо отвести от себя след. Если у тяжущихся не было свидетелей, они могли идти на роту — приносить присягу. Если дело было большим — на Божий суд, то есть на воду или железо — испытание водой или железом.
Такой формальный суд был в то же время и пассивным. Истец сам производил предварительное следствие, например, разыскивал вора украденной вещи, и шёл до конца свода. Только когда свод выходил за пределы общины, взыскание падало на последнего человека, к которому привёл свод и который обязывался сам продолжать свод. Владелец бежавшего холопа сам разыскивал его, и посадник должен был только оказывать ему помощь при поимке опознанного холопаЛюбавский М. К. Древнерусский суд; его формализм // Любавский М. К. Лекции по древней русской истории до конца XVI века..
Относительной новацией эпохи Удельной Руси являлось развитие розыскного процесса. В Новгороде и Пскове сохранялся состязательный процесс. Вместе с тем развивалась и следственная, розыскная форма процесса. Как и в Киевской Руси, в северо-западных республиках существовал институт досудебной подготовки дела — свод. Процесс обычно начинался подачей искового заявления, жалобы. В случае пятидневной неявки в суд ответчика могли доставить туда принудительно. Много внимания в законе уделялось доказательствам. Значительную роль, особенно в имущественных спорах, играли письменные доказательства. Большую роль в процессе играли свидетели. Закон вносил в оценку показаний послуха (свидетеля) определённый формализм: несовпадение показаний истца и послуха вело к проигрышу дела. По делам о кражах в качестве доказательства выступало полишное — краденая вещь, найденная у лица, заподозренного в краже. Поличное обнаруживалось во время обыска, производимого должностным лицом — приставом, которого мог сопровождать истец. Псковская судная грамота вводит новый вид ордалий — поле, судебный поединок. Процесс имел устную форму, но решение выносилось в письменном виде и при его выдаче взимались судебные пошлины. Решение по делу исполняли специальные служащие князя или города.
В Московском княжестве и Русском централизованном государстве получили развитие как старая форма процесса, так называемый суд, то есть состязательный процесс, так и более новая форма судопроизводства — розыскной процесс. При состязательном процессе дело начиналось по жалобе истца, именовавшейся челобитная. Обычно она подавалась в устной форме. После получения челобитной судебный орган предпринимал меры по доставке ответчика в суд. Обращение в суд было весьма дорогостоящим делом. Стороны облагались различными пошлинами. Так, согласно Судебнику 1497 года, сторона должна была уплатить судье-боярину 6 процентов от цены иска. Также полагалось уплатить четыре копейки с рубля дьяку. В XV веке применение поля всё более ограничивалось и в XVI веке постепенно исчезло из практики. В качестве доказательств стали применяться различные документы: договорные акты, официальные грамоты. По-прежнему доказательством считалась также присяга. Розыск применялся при совершении наиболее серьёзных уголовных дел, в том числе по политическим преступлениям. Главным способом получения показаний при розыске являлась пытка.