Стреле́ц — Чернов А. В. Образование стрелецкого войска // Исторические записки АН СССР Вып. 38. 1951. С. 282—283; Стрельцовое войско служилый человек в конце XV — начале XVIII веков, служивший в государственном стрелецком войске и вооружённый «огненным боем», обычно пехотинец, реже — ездящая пехота.
Стрельцы в России составили первое постоянное войско. Некоторые иностранцы их называли «мушкетёрами»Фёдор Григорьевич Солнцев, Альбом «Одежды Русского государства» или «аркебузирами»Ж. Маржерет. Состояние Российской империи // М.: Языки славянских культур, 2007.
Стрельцы делились на: стремянных, составлявших особую стражу государя; московских, дислоцированных в городе Москве; городовых или окраинных, то есть пограничных городов (сторо́ж, , слобод и так далее), где они составляли гарнизоны совместно с городовыми казаками, пушкарями и так далее. При Иване Грозном их было (в начальный период) до 12 тыс. человек личного состава, из которых около 5 тыс. человек жили в Москве и его уезде. Во время походов (кампаний) входили в состав полевых войск вооружённых сил России.
История
Изначально древнее славянское слово «стрельцы» обозначало лучников, являвшихся важной частью любого средневекового войска.
«Огненные стрельцы» — специальные воинские формирования, на вооружении которых имелось ручное огнестрельное оружие, появились в конце XV века. Первый корпус стрельцов был учреждён летом 1550 года или, по распространённой в этот период системе летоисчисления, в 7058 году от сотворения мира: Стрелецкое войско первоначально состояло из 3 тысяч человек, разделённых на 6 «статей» (приказов), по 500 человек в каждой. Командовали стрелецкими «статьями» головы из детей боярских: Григорий Желобов сын Пушешников, Матвей (Дьяк) Иванов сын Ржевский, Иван Семёнов сын Черемесинов, Василий Фуников сын Прончищев, Фёдор Иванов сын Дурасов и Яков Степанов сын Бундов. Детьми боярскими были и сотники стрелецких «статей». Расквартировали стрельцов в пригородной Воробьевской слободе. Жалование им определили по 4 рубля в год, стрелецкие головы и сотники получили поместные оклады. Стрельцы составили постоянный московский гарнизон. В мирное время стрельцы московские и городовые несли гарнизонную службу, выполняя в городах функции полиции и пожарных.
К началу XVII века оценочная численность стрелецкого войска составила до 20 000, из них — до 10 000 московских. В 1632 году общая численность стрельцов составляла 33 775 человек, а к началу 1680-х годов увеличилась до 55 тысяч. При этом стрелецкие ряды пополнялись, прежде всего, за счёт прибавления стрельцов московских, которых в 1678 году насчитывалось 26 полков общей численностью 22 504 человекаРоманов М. Ю. Стрельцы московские. 2004. С. 40. Помимо московских в Русском государстве насчитывалось 48 стрелецких пехотных полков.
Набор в стрелецкое войско традиционно производился из «гулящих» людей: «не тяглых, и не пашенных, и не крепостных», «молодых и резвых и из самопалов стрелять гораздых».
С течением времени регулярным источником пополнения стрелецкого войска стали подросшие сыновья и другие родственники приборных людей. Постепенно служба в стрельцах превратилась в наследственную повинность, которую можно было, сложив с себя, передать кому-либо из близких. «И бывают в стрелцах вечно, — записал Котошихин, — и по них дети и внучата, и племянники, стрелецкие ж дети, бывают вечно ж». Вскоре, после учреждения шести московских стрелецких приказов был осуществлён «прибор» стрельцов и в других городах. Как предположил П. П. Епифанов, в данном случае на постоянную службу переводили «старых, „гораздых“ стрелять из ружей, пищальников». Уже в ноябре 1555 г., во время русско-шведской войны 1554—1557 гг. в походе к Выборгу должны были принять участие не только сводный приказ московских стрельцов Т. Тетерина, но и стрелецкие отряды из «Белые, с Опочек, с Лук с Великих, с Пупович, с Себежа, с Заволочья, с Торопца, с Велижа». Всем им по распоряжению московских властей выдать «по полтине денег человеку, для <…> неметцкие службы».
При поступлении на службу, стрельцы, как и другие «приборные» люди, представляли поручителей, в присутствии послухов заверявших власти в должном исполнении каждым воином своих обязанностей. В науке существует две полярные точки зрения на организацию поручительства: И. Д. Беляев полагал, что новоприборных служилых людей принимали в службу по круговой поруке всех слобожан; возражая ему, И. Н. Миклашевский утверждал, что при наборе новых стрельцов достаточно было поручительства 6-7 старых стрельцов, так как интересами службы могли быть связаны лишь отдельные лица. Сохранившиеся поручные записи позволяют говорить о существовании обеих форм — хорошо известны случаи, когда при образовании новых гарнизонов действовала круговая порука. В 1593 г. в сибирском городе Таборах стрелецкий десяток Т. Евстихеева ручался сотнику К. Шакурову «промеж себя друг на друга, в верной службе в новом городе Таборах». В XVII в. в таких случаях стрельцов-сведенцев делили на две половины, после чего каждая ручалась за другую половину. Так обстояло дело в 1650 г. при формировании стрелецкого гарнизона в новопостроенном г. Цареве-Алексееве. К одной половине были отнесены стрельцы, переведённые из Ельца и Лебедяни, к другой — из Оскола, Михайлова, Ливен, Черни и Ростова. В то же время в других городах правительство разрешало «прибирать» стрельцов за порукой старослужащих воинов. «Поручные записи» требовали при зачислении на стрелецкую службу власти Соловецкого монастыря. В этом случае необходимым условием являлось поручительство всей содержавшейся монастырём стрелецкой сотни.
Для управления стрелецким войском в середине 1550-х годов была образована Стрелецкая изба, позднее переименованная в Стрелецкий приказ. Необходимые для содержания стрельцов денежные средства и продовольствие поступали в распоряжение Стрелецкого приказа из различных ведомств, в управлении которых находилось тяглое население городов и черносошное крестьянство. На этих категориях жителей Московского государства лежала вся тяжесть казённых повинностей, в том числе обязанность по уплате специального налога — «пищальных денег», а также сбор «стрелецкого хлеба». В 1679 году для большинства городских жителей и чёрных крестьян северных и северо-восточных уездов прежние подати были заменены единым налогом — «стрелецкими деньгами».
В последние десятилетия XVII века московские стрельцы стали активными участниками политических процессов, протекавших в государстве и стране, и не раз с оружием в руках противостояли действиям правительства (восстание 1682 года, бунт 1698 года). Это, в конечном счёте, и определило решение Петра I о ликвидации стрелецкого войска. Его правительство приступило к реформированию вооружённых сил России: восемь московских стрелецких полков были передислоцированы из столичного гарнизона, на «вечное житьё», в украинные (пограничные) города Белгород, Севск, Киев и другие. Царём было принято решение о расформировании стрелецкого войска как «рода войск». Но после поражения русской армии под Нарвой в 1700 году расформирование полков стрельцов было приостановлено, и наиболее боеспособные полки участвовали в Северной войне и Прутском походе армии России в 1711 году. При создании гарнизонных войск произошло упразднение городовых казаков и стрельцов. Процесс ликвидации стрелецкого войска в основном завершился в 1720-х годах, хотя в ряде городов России стрелецкая и казацкая городовые службы («служилых людей старых служб») сохранились вплоть до конца XVIII века.
Вооружение
На вооружении стрелецкого войска были пищали и мушкеты, бердыши, клинковое оружие — сабли и шпаги, которое носили на поясной портупее. Для стрельбы из пищали стрельцы использовали необходимое снаряжение: перевязь («берендейку») с привешенными к ней пенальчиками с пороховыми зарядами, сумку для пуль, сумку для фитиля, рог с порохом для натруски пороха на зарядную полку пищали. К концу 1670-х годов, в качестве дополнительного оружия и для составления заграждений («рогаток») иногда применялись длинные пикиИстория 35-го Драгунского Белгородского… полка / Сост. штабс-ротмистр П. Е. Червинский. — Киев : тип. С. В. Кульженко, 1901. — 2, IV, 198, 12, 104 с.; 33.. Также использовались ручные гранаты: например, в описи Стрелецкого приказа 1678 года упоминаются 267 ядер гранатных ручных нарядных весом по одной и по две и по три гривенки, семь ядр нарядных же гранатных, 92 ядра тощих весом по пяти гривенок.
Кроме оружия, стрельцы получали из казны свинец и порох (в военное время 1—2 фунта на человека). Перед выступлением в поход или служебную «посылку» стрельцам и городовым казакам выдавалось необходимое количество пороха и свинца. В воеводских наказах содержалось строгое требование о выдаче боеприпасов «при головах и при сотниках, и при атаманах», призванных следить, чтобы стрельцы и казаки «без дела зелья и свинцу не теряли», а по возвращении «будет стрелбы не будет», воеводы должны были порох и свинец «у стрелцов и у казаков имати в государеву казну».
Во второй половине XVII века знаменосцы и музыканты-сиповщики имели на вооружении только сабли. Пятидесятники и сотники были вооружены только саблями и протазанами. Старшим командирам (головам, полуголовам и сотникам) кроме сабель полагались трости.
Защитное снаряжение рядовыми стрельцами, за редким исключением, не применялось, в других источниках указано что стрельцами носились, в военное время, железные шапки, невысокие, из листового или кованного железа, без ушей, бармиц и часто даже без околыша, с небольшими полямиА. Н. Кирпичников, «Военное дело на Руси в XIII—XV веков.». Исключением является упоминание Ф. Тьеполо, побывавшего в Москве в 1560 году, об ограниченном применении русской пехотой шлемовФранческо Тьеполо. Рассуждение о делах Московии. . Сохранились сведения о смотре на Девичьем поле 1664 года, когда в стрелецком полку А. С. Матвеева двое знаменщиков были в кирасах и один — в латах. На некоторых рисунках «Книги в лицах об избрании Михаила Фёдоровича на царство» 1676 года стрельцы изображены в шлемах, схожих с кабассетами, однако в документах они не упоминаютсяС. К. Богоявленский. Вооружение русских войск в XVI—XVII вв.. Подобные шлемы, в виде каски с полями, были удобны для пехоты — не мешали при стрельбе и, вместе с тем, обеспечивали достаточную защитуПисарев А. Е. Вооружение и военная одежда московских стрельцов в XVII в. .
Джайлс Флетчер, побывавший в России в 1588—1589 годах, писал: «Стрельцы, составляющие пехоту, не носят никакого оружия, кроме самопала в руке, бердыша на спине и меча сбоку. Ствол их самопала не такой, как у солдатского ружья, но гладкий и прямой (несколько похожий на ствол охотничьего ружья); отделка ложа очень груба и неискусна, и самопал весьма тяжел, хотя стреляют из него очень небольшой пулей»Флетчер Дж. О государстве Русском / Пер. М. А. Оболенского. — М: Захаров, 2002. — С. 91..
К XVII веку относится первое законодательное определение вооружения стрельцов. 14 декабря 1659 года в частях, действовавших на территории Украины, были произведены изменения вооружения. В драгунских и солдатских полках вводились бердыши, а у стрельцов пики. Царский указ гласил: «… в салдацских и драгунских во всех полкех у салдатов и драгунов и в стрелецких приказех у стрельцов велел учинить по пике короткой, с копейцы на обеих концах, вместо бердышей, и пики долгие в салдацких полкех и в стрелецких приказех учинить же по рассмотрению; а у остальных салдатех и у стрельцов велел быть шпагам. А бердышей велел учинить в полкех драгунских и салдатских вместо шпаг во всяком полку у 300 человек, а достальным по-прежнему в шпагах быть. А в стрелецких приказех бердышей учинить у 200 человек, а достальным быть в шпагах по-прежнему»Акты, относящиеся к истории Южной и Западной России, , 1872, т. 7, стр. 317.
Огнестрельное оружие было как отечественного производства, так и импортное.