Милитаризация караимской истории — представление караимского населения Восточной Европы в роли тюркского народа воинов. Занимает значительное место в национальной идентичности современных караимов, что отражено в национальной символике, включающей сэнэк («двурогое копьё»Слова «Сэнэк» не существует в тракайском и галицком диалекте караимского языка. В крымском диалекте караимского оно обозначает деревянные вилы. (Караимско-русско-польский словарь / Н. А. Баскаков, А. Зайончковский, С. Ш. Шапшал, 1974,С.499)) и калкан (щит).
История В 1857 году польский поэт-романтик В. Сырокомля впервые упомянул караимских воинов в краеведческих очерках «Путешествия по Литве». В 1911 году появляется первая публикация на эту тему в караимских источниках — русскоязычная «Караимская жизнь» в статье «Письмо из Галиции» повествует о сотне караимских семей, переданных крымскими татарами принцу Даниилу Галицкому для службы в его военном флотеКараимы за границей: Ф. Д. Письмо из Галиции // Караимская жизнь. — Москва, 1911. — Кн. 2 (июль). — С. 73-75.. Формирование традиции было активно продолжено в межвоенной Польше и ЛитвеLewi-Babowicz T.S. Karaimi na ziemiach południowo-ruskich w wiekach IX—XVII // Myśl Karaimska 2:2 (1929): 29; Szapszał S. Uzupełnienia i wyjaśnienia // Myśl Karaimska 2:3-4 (1931). С. 8-11;Mardkowicz.A O Iljaszu Karaimowiczu; O.O. О Iliaszu Karaimowiczu, rycerzu z czasów kozackich // Gazeta Warszawska 226 (24.07.1931). С. 4.; см. также рецензию А. Зайончковского в: Myśl Karaimska 10 (1934). С. 115—116.. Значительную роль в распространении этой традиции в СССР сыграл С. Шапшал, занимавший в послевоенные годы пост научного сотрудника Института истории Литовской Академии Наук.
Основные мифологемы
Национальная символика
Знаки на мраморной плите над воротами восточной башни Биюк-капу города-крепости Чуфут-Кале («сердце и вилы»Акчокраклы О. Эпиграфические находки // Известия Таврического общества истории, археологии и этнографии. — 1929. — Т. 3. — С. 185. (с ссылкой на Боданинского)) обозначают двурогое копьё и щит (сенек и калкан) и являются древними караимскими символами. Они помещены на официальную караимскую печать, ворота кенассы в Тракае и шпиль кенассы в Вильнюсе. Традиция введена последним гахамом Сергеем Марковичем Шапшалом (1873—1961) в рамках его доктрины деиудаизации караимизмаTadeusz Kowalski, «Turecka monografja o Karaimach krymskich», Myśl Karaimska 2:1 (1929).
По мнению ряда крымских историков, эти знаки являются не караимскими, а татарскимиЦитата: «Заслуживает особого внимания знак с изображением, напоминающим вертикально поставленные вилы, и рядом нечто в роде изображения сердца (над большими воротами). Следы этой же тамги обнаружены на блоке, в кладке древней оборонительной стены, около средних ворот; тот же знак, только без сердца, изображен на скале, у входа в пещеру-цистерну (копка кую), и на надгробной плите, найденной в сентябре 1929 года на южном склоне Чуфут-Кале, близ больших ворот. Эта тамга по всему играла здесь важную роль и принадлежала, видимо, одному из народов, обитавших здесь. Нахождение части этой тамги (Y) на саркофаге с арабскими надписями указывает на то, что она принадлежала какому-то татарскому роду.»О. Акчокраклы. Этнографические находки//Известия Таврического общества истории, археологии и этнографии. Том III. Симферополь. 1929. С. 184—185.
Караимские воины на службе Великого княжества Литовского
Общепризнанным фактом является служба пришельцев из Золотой Орды в вооружённых силах Великого Княжества Литовского. На протяжении веков военная служба являлась основным занятием польско-литовских татар. Первые татары пришли в Великое княжество Литовское из Золотой Орды вместе с бежавшим в Литву ханом Тохтамышем. Татары составляли значительную часть конных войск Великого княжества Литовского (см. Грюнвальдская битва). Отсутствие мусульманских женщин вынудило смешанные браки, способствовавшие быстрой языковой и религиозной ассимиляции.
С другой стороны, не существует никаких исторических документов о военной службе других тюркоязычных пришельцев — караимов. Более того, согласно историческим документам, ещё со времён князя Витовта караимы были освобождены от воинской повинностиЦитата: «Вследствие того они били челом его Королевской милости, что издавна ещё при Великом Князе Витольде и при Сигизмунде и при отце нашем Короле Казимире его милости, жиды [Троцкие, Гродненские, Брестские, Луцкие] никогда на войну не хаживали и не посылали». // Древние привилегии литовско-волынских караимов, извлечённые из актов замка Луцкого 1791 г .. Караимы, занимаясь ростовщичеством«Но вникнув в смысл привилегии Витольда замечаем, что в древние времена тамошние Караимы более всего занимались заимодавством; да, и по сие время зажиточные люди этого общества не оставляют этого прибыльного промысла; и отдавая свои капиталы в рост, в обеспечение их берут у своих должников в арендное содержание мельницы, корчмы, а чаще всего ссудят под заклад движимого имущества».//Древние привилегии литовско-волынских караимов, извлечённые из актов замка Луцкого 1791 г , арендой, мелким ремеслом, торговлей и соблюдая традиции отцов, в отличие от татар, сохранили свой язык и обычаи.
В 1857 году польский поэт-романтик В. Сырокомля в краеведческих очерках «Путешествия по Литве» (1857) впервые упоминает караимских воинов, красочно описывая караимских рыцарей, сражавшихся на стороне татар против Витовта, пленённых и привезённых в Литву, чтобы охранять Тракайский замок, ссылаясь при этом на известного караимского борца за равноправие караимов А. ФирковичаЦитата: «…Pełnienie straży przy boku wojewody, kiedy już wielcy książęta litewscy rzadko do Trok zaglądali, stało się już ubliżającém dla Karaimów, którzy służbę przy boku monarchy pełnić przywykli. Opowiadał nam p. Firkowicz o tradycji, będącéj dotąd pomiędzy Karaimami, jak zbrojne karaimskie rycerstwo każdego poranka, po odprawieniu w synagodze krótkiéj modlitwy, szumnie harcowało po moście wiodącym przez jezioro Galwa na wyspę do zamku, kędy ich służba do boku pana Litwy powoływała…» Władysław Syrokomla (L.Kondratowicz), «Wycieczki po Litwie w promieniach od Wilna», (Vilna, 1857 с 73) .
Фиркович, пытавшийся убедить русские власти, что освобождение от воинской повинности, данное литовскими князьями караимам, вытекало из религиозного запрета носить оружие, утверждал впоследствии (1861 год) в ответ на критику еврейских и польских историков, что Сырокомля его не понял.
В 1930-е годы виленский химик и любитель истории караимского происхождения Симон Шишман в ряде публикаций утверждал, что не татары, а караимы были поселены в крепостях вдоль границ Литвы для защиты литовской границы от немцев, и им была доверена и защита въезда на мост, ведущий в Тракайский замокSzyszman, «Osadnictwo karaimskie i tatarskie», 31-32; Szyszman, «Osadnictwo karaimskie w Trokach», 55.. Ссылаясь на Сырокомлю, он также утверждал, что караимы составляли личную охрану Витовта. В 1952 году, возвращаясь к теме караимских воинов, без ссылок на какие-либо источники, Шишман приписал Густаву Перингеру утверждение, что численность караимов мала, потому что у них заведено уходить на войну в очень раннем возрасте. По мнению Шишмана, татары были угнетёнными пленниками, насильственно обращаемыми в христианство, в отличие от свободных привилегированных караимских переселенцев, которым разрешалось соблюдать свои традиции. Несмотря на почти полное отсутствие источниковMikhail Kizilov, «The Arrival of the Karaites (Karaims) to Poland and Lithuania: a Survey of Sources and Critical Analysis of Existing Theories», Archivum Eurasiae Medii Aevi 12 (2002—2003): 29-45., теории Шишмана были переняты Г. В. Вернадским, включая сделанную Шишманом замену слова «еврей» на слово «караим» в привилегиях, данных евреям в Великом княжестве ЛитовскомС. А. Бершадский — Литовские евреи. История их юридического и общественного положения в Литве от Витовта до Люблинской унии (1883), как доказательство привилегированного положения караимских воинов.
Частью экспозиции созданного Шапшалом в Троках караимского музея стало и восточное оружие, представленное им в качестве караимскогоОружие на этнографической выставке караимов в Тракай .
Великий караимский князь Эльягу Узун Впервые упоминается в переводах на русский язык книги Авраама Фирковича «Авне Зиккарон», изданной в 1872 году в Вильне (оригинальный текст Фирковича рассказывает о богатом и влиятельном человеке раби Элиягу, проявившем самоотверженность во время неизвестной историкам генуэзской осады «Скалы Иудеев» в 1261 годуЦитата: «…ובנוגע לקורות סלע היהודים הוא ר' אליהו השר הגדול וגביר אשר חרף נפשו למות ביום מלחמות גנואיים כשהצרו עליה בשנת 1261 לספ»נ…" .Авраам Фиркович // СЕФЕР АВНЭ ЗИКАРОН С.24— Вильна 1872 )(ספר אבני זכרון המאסף רשימות המצבות על קברי בני ישראל בחצי האי קירים אשר אסף ורשם… כמהר״ר אברהם פירקאוויץ ירו׳ נר״ו.)). Современные караимские авторы на основании этой мифологемы утверждают, что небольшое княжество с центром в Кырк-Ере, существовавшее в XIII—XIV вв. в вассальной зависимости от правителей Крымского юрта Золотой Орды, было караимскимД. Полканов //Узун Л. Ольшевская //Город: (Пещерный город Чуфут-Кале), Крымское время. — 2003. — 30 сентября .
Караимский переяславский полковник Войска Запорожского Ильяш Караимович
В 1914 году Шапшал впервые упомянул о том, что казацкий полковник Ильяш Караимович был караимом из Чуфут-Кале, потомком князя Элиягу. В межвоенной Польше и Литве формирование традиции было продолжено караимскими авторами. В 1955 году Шапшал, получивший должность научного сотрудника Института истории Литовской Академии Наук, публикует статью в ведущем советском академическом журнале «Вопросы истории», в которой сообщает о найденной им рукописной записи внутри древнего караимского молитвенника, подтверждающей караимское происхождение Ильяша КараимовичаШапшал С. М. О пребывании Богдана Хмельницкого и его сына Тимофея в Крыму // Вопросы истории № 8, 1955, Письма и заметки.. В 2009 году специалист по крымской иудаике Михаил Кизилов исследовал архивы Шапшала, однако оригинал документа обнаружить ему не удалось. Вместо этого он обнаружил в черновиках Шапшала несколько версий текста этого документа, не подтверждаемого более ранними источниками. В этой связи он назвал документ «довольно очевидной фальшивкой»Кизилов М. Ильяш Караимович и Тимофей Хмельницкий: кровная месть, которой не было , Karadeniz Araştırmaları, Cilt: 6, Sayı: 22, Yaz 2009, 43-74..
Распространение
СССР Караимское происхождение Ильяша Караимовича отмечается в книге В. Замлинского «Богдан Хмельницкий» из серии «Жизнь замечательных людей»Замлинский В. Богдан Хмельницкий. 1989. 336 с., ISBN 5-235-00365-9 С. 90-91, 123—125.
Россия В 2009 году московская группа «Корни озёр» написала песню «Караимская Кровь» о караимских защитниках пещерных городов Kрыма.
Крым В постсоветском Крыму вышел ряд произведений караимских авторов, упоминающих древних караимских воиновКропотов В. С. Военные традиции крымских караимов — Симферополь, 2004.Полканов В. Ю. Легенды и предания караев (крымских караимов-тюрков). Симферополь: [б. и.], 1995. 67 с.Цитата: «В 1398 году литовский князь Витовт в войне с Золотой Ордой вывел из Крыма около 400 семей караимов, поселив их на границе Литовского царства для его охраны.» КУШУЛЬ С. Общественная жизнь караимов Крыма в 20 — 30-х годах . Вместе с тем многие крымские историки относятся как к тюркской теории вообще, так и к караимской военной истории в частности скептическиМеметов А. О так называемых «тюркских народах» Крыма . // Ученые записки Таврического национального университета им. В. И. Вернадского. Серия «Филология. Социальные коммуникации». Том 22 (61). № 3. 2009 г. С. 172—178.. Так, по мнению генерального директора Крымского краеведческого музея Андрея Мальгина:
Литва
Особенно широкое распространение версия о караимских воинах получила в Литве. Караимские стражи Тракайского замка нередко упоминаются гидами в качестве причины поселения караимов в Великом княжестве Литовском.