«Да не опу́стится тьма» () — фантастический роман американского писателя Лайона Спрэга де Кампа в жанре альтернативной истории с использованием приёма «компетентного попаданчества». Впервые опубликован в 1939 году в журнале Unknown, первое книжное издание вышло в 1941 году.

По сюжету, американец — классический археолог Мартин Пэдуэй — в результате удара молнии заброшен из своей современности в Рим 535 года, когда Италия находилась под властью остготов. Мартину пришлось выживать в неплохо известной ему реальности: он становится успешным предпринимателем, «изобретая» перегонку бренди, арабские цифры и двойную бухгалтерию, печатный станок и семафорную телеграфную связь. Далее Пэдуэй решился предотвратить византийское завоевание, которое закончилось в его прошлом-будущем окончательным приходом Тёмных веков. Мартин спасает свергнутого короля Теодахада, помогает вернуть власть и становится важной политической фигурой. Применив военную тактику из будущего, Пэдуэй помог готам разбить армию Велизария, и впереди у Италии блестящие перспективы: Тёмные века не начнутся.

Роман был опубликован в журнале Unknown, поскольку редактор Джон Вуд Кэмпбелл причислял любые сюжеты с перемещением во времени к жанру фэнтези. После книжного издания 1941 года «Да не опустится тьма» неоднократно публиковался на английском языке, получив лестные отзывы критиков и коллег-писателей, включая Айзека Азимова и Августа Дерлета. Постепенно роман стал восприниматься как классика научной фантастики и родоначальник попаданческого поджанра, в котором главный герой занимается техническим прогрессом в среде отсталой цивилизации. Публиковались и прямые продолжения романа; он переводился на многие европейские языки, включая русский.

Сюжет Роман включает 18 глав, не имеющих названий. Сюжет линейный, основное действие занимает около полутора лет. Перенос главного героя в Рим датирован 1288 годом от основания города.

Американский археолог Мартин Пэдуэй, находясь в Риме в 1938 году, после удара молнии оказывается в почти незнакомом городе, население которого носит хламиды и тоги и говорит на странном языке, представляющем собой нечто среднее между классической латынью и современным ему итальянским языком. С трудом поняв, что неведомым образом заброшен в 535 год, в Остготское королевство, Мартин начинает встраиваться в новую реальность. Его ничего не держало в будущем-прошлом: с женой он жил раздельно и дело шло к разводу. Найдя общий язык с сирийцем-менялой Томасусом, Пэдуэй начал внедрять арабские цифры, построил самогонный аппарат и стал гнать бренди. Решив первостепенные проблемы с деньгами и жильём, Пэдуэй забрёл в Библиотеку Ульпия на форуме и познакомился с сенатором Корнелием Анцием и его дочерью Доротеей. Постепенно его интересы смещаются от собственного выживания к выживанию всей античной цивилизации, знатоком которой он является. Наступление Тёмных веков кажется ему неизбежным в первую очередь потому, что знание содержится в небольшом числе рукописных книг и в ещё меньшем числе библиотек. Пэдуэй решает развивать средства коммуникации и устроить массовое распространение недорогих книг и новостных сообщений. После долгих мучений он «изобретает» печатный станок и типографскую краску, далее сталкивается с острым недостатком писчего материала — пергамента, — когда пытается наладить издание газеты. Приходится изобретать ещё и бумагу. Чтобы заработать необходимые средства, Пэдуэй вводит концепцию акционерного общества, продавая акции предприятия по постройке оптического телеграфа жадным римским аристократам.

Пэдуэй понимает, что Италии угрожает Восточная Римская империя, во главе которой находится Юстиниан. Он полагает, что именно готско-византийские войны, опустошившие Италию, окончательно «добили» античную культуру. Мартин решается пойти в большую политику и защитить страну, в которой оказался. Поскольку римская аристократия и духовенство подозрительно относится к чужеземцу-предпринимателю и изобретателю, Пэдуэй пытается привлечь внимание свергнутого короля Теодахада и высшей готской знати, где его технические знания почти ничего не значат, в отличие от опыта историка, который хорошо помнит содержание хроник Прокопия Кесарийского. Вернув короля на трон и снискав его расположение, Пэдуэй удостаивается должности квестора. Затем в него влюбляется принцесса Матасунта, которую Мартин избавил от договорного брака. Матасунта ревнива и требует, чтобы Мартин отравил или умертвил иным способом свою бывшую служанку Джулию из Апулии, с которой тот связался ещё в первые дни в Риме. Эта проблема оказывается для Пэдуэя сложнее, чем разработка состава типографской краски. Далее начинается война в Далмации, где Мартину удалось победить прославленного полководца Велизария. Он даже исхитрился направить Велизария для отражения нашествия франков (союзные им бургунды перешли под власть готов) и затем отбить второе нападение византийцев — гелиограф позволял оперативно докладывать о передвижении войск противника, а печатные листовки поднимали население на партизанскую войну. Матасунту удалось выдать замуж за нового короля готов — , и квестор проводит ряд прогрессивных законов, в том числе об освобождении колонов. Это расстраивает намечавшиеся отношения с Доротеей, чей отец разорён: освобождённые колоны сожгли его виллу в Апулии. Пэдуэй утешает себя тем, что она «…к тридцати пяти, как всякая итальянка, наверняка чудовищно растолстеет…». В финале Мартин отправляет Юстиниану послание, где, ссылаясь на свой дар провидца, заверяет, что «в Аравии лет через тридцать родится некий Магомет, который, исповедуя еретическое учение, вызовет жестокие и кровавые войны — ежели его вовремя не остановить. Мы почтительно требуем усиления контроля за этими византийскими территориями, дабы пресечь источник бедствия в самом его зародыше». Пэдуэй продолжает укрепление итало-готского королевства любой ценой: «Так много всего предстоит сделать: компас, паровой двигатель, микроскоп… Закон о неприкосновенности личности!». В финале Мартин договаривается с королём вестготов об отправке из Лиссабона экспедиции для открытия Нового Света, ибо истосковался от отсутствия табака. «Да, сомнений нет — ход истории изменён. Тьма не опустится».

Литературные особенности

История создания Когда Джон Вуд Кэмпбелл в 1937 году возглавил редакцию журнала Astounding, он получил от его владельцев — фирмы Street & Smith — большую свободу в гонорарной политике и право формировать круг постоянных авторов. Несмотря на то, что фантастика относилась к категории «литературного гетто», Кэмпбелл ориентировался на круг взрослых читателей, а закрытость мирка поклонников фантастики 1930-х годов обеспечивала быструю связь с фэнами по почте, позволяя максимально быстро реагировать на вкусовые предпочтения и предложения, не опасаясь вмешательства со стороны. Одним из постоянных авторов редакции Кэмпбелла и его личным другом сделался выпускник Калифорнийского технологического института Лайон Спрэг де Камп, эксперт по изобретательству и патентному праву. История романа об изменении истории началась в феврале 1938 года, когда Кэмпбелл и Де Камп побывали на новаторской постановке «» Орсона Уэллса (в современных костюмах и декорациях, вызывающих ассоциации с фашистской Италией и нацистской Германией). Джон после этого заметил, что примерно то же самое пытается делать в своём журнале: «люди, жившие две тысячи лет назад, думали и действовали так же, как мы, — даже если одевались иначе». Через несколько месяцев во время встречи с Де Кампом и ракетчиком Вилли Леем, Кэмпбелл спросил, что бы Лайон и Вилли смогли сделать, внезапно очутившись в Древнем Риме? Он предложил оформить их соображения и опубликовать результаты в редакционной статье, но Де Камп загорелся идеей написать «роман-гимн» духу современного предпринимательства. Главный герой воплощал кэмпбелловский тип главного героя в фантастике — образованного технократа, сталкивающегося с проблемами такого масштаба, которые способна разрешить только наука. Лучше всего с этой задачей справился только входящий в литературный мир Роберт Хайнлайн, создав базовый образ героя американской научно-технической фантастики — «компетентного человека». Придуманный Де Кампом археолог Мартин Пэдуэй воплощал именно этот личностный тип.

В предисловии к журнальной публикации Де Камп утверждал, что в своём романе соединил две занимавшие его сюжетные идеи. Он желал создать вариацию на тему марктвеновского «Янки при дворе короля Артура», но поместив её не в условное средневековье, а реальный период, который Тойнби называл «Западным Междуцарствием». Эпоха пятого — шестого веков на руинах Римской империи полна мелодраматических сюжетов, но в должной степени не разработана ни историками, ни романистами. Если предположить, что король Артур действительно существовал, то действие «Да не опустится тьма» разворачивается уже после его правления. О готской Италии сохранилось больше свидетельств, чем о постримской Британии, что облегчало работу писателя. Половина персонажей — реальные исторические лица: Матасунта, Витигес, Кассиодор и Велизарий, и Де Камп утверждал, что старался максимально синхронизировать их действия с тем, что известно из реальной истории. Модернизации подверглись топонимы («Рома и Патавиум звучат глупо вместо Рима и Падуи»), а использование имён было принципиально непоследовательным: «если модернизировать всё, то Маркус, Реккаред и Хлодвиг превратятся в Марка, Рихарда и Людовика…, и тогда придётся столь известного по истории персонажа, как Теодорих, превратить в неузнаваемого Дитриха». Все герои говорят обычным разговорным стилем, что Де Камп обосновывал разрывом между обыденной и литературной речью, существующим в большинстве языков. Автор приводил и свои источники: трактаты, истории и послания Кассиодора, Иордана, Прокопия и Сидония, классические исторические исследования Гиббона, и Макговерна. Основным претекстом был назван «» Грейвса.

Некоторое представление о концепции, положенной в основу романа, можно извлечь из письма Спрэг де Кампа, опубликованного в июльском выпуске Astounding 1941 года. Он рассуждал, ссылаясь на тогдашнюю журнальную фантастику, насколько достоверным может оказаться сюжет, в котором «наши вымышленные потомки-варвары», утратившие техническую цивилизацию, смогли бы «заново начать на греко-римском уровне». Вывод был примерно такой: «…Я сомневаюсь, что мы действительно сможем вернуться к старому доброму каменному топору. Причина: слишком много печатных материалов, которые практически невозможно полностью уничтожить, даже без капсул времени. А наши пушки, часы, океанские парусники и крупномасштабная государственная организация были созданы без высокоинтегрированной и механизированной индустриальной цивилизации». «Всё уже когда-то было»: впервые образ Безумного учёного представил в своих «Облаках» Аристофан, а первую повесть о межпланетном путешествии — Лукиан Самосатский во II веке н. э. Более того, в лукиановской «Правдивой истории» герои оказываются втянутыми в полномасштабную войну между царём Луны и царём Солнца за колонизацию Венеры. Ракетный корабль впервые описан Сирано де Бержераком в 1656 году, «где-то между дуэлями с джентльменами, отпускавшими замечания о форме его носа».

Марк Твен, Спрэг де Камп, Джон Кэмпбелл, научная фантастика и фэнтези