Каси́кРусское словесное ударение. — М.: ЭНАС. М. В. Зарва. 2001. (также кацик, , женская форма — каси́ка, ) — культурно-исторический термин. Первоначально так назывались вожди на языке таино — коренного населения Антильских островов аравакской группы, которые первыми из индейцев вступили в контакт с европейцами (испанцами). Позднее испанские колонизаторы стали использовать это слово для обозначения всех индейских правителей.
В новое и новейшее время в некоторых странах Латинской Америки и в Испании так называют влиятельных политиков местного масштаба, весьма именитых персон. Система управления, при которой центральное правительство осуществляет свою власть на местах при помощи касиков, получила название .
Испанцы сначала переводили «касик» как «король» или «принц». Сам термин происходит от слова из языка — kassiquan.
В колониальную эпоху конкистадоры и следовавшие за ними чиновники использовали это слово как общее обозначение любого вождя практически любой индейской группы, которую они встречали в Западном полушарии. В испано- и португалоговорящих странах этот термин также приобрёл значение , похожего на каудильо, осуществляющего власть в системе а.Robert Kern, The caciques: oligarchical politics and the system of caciquismo in the Luso-Hispanic world. Albuquerque, University of New Mexico Press
Касики в испанскую колониальную эпоху Слово cacique происходит из языка калинаго — kassiquan, что означает «вести хозяйство». В 1555 году это слово впервые вошло в английский язык в значении «принц». В культуре таино статус касика был наследственным, а иногда устанавливался и демократическим путём. Поскольку таино были по большей части мирной культурой, значение касика в племени определялось размером его клана, а не воинскими навыками. Касики таино также пользовались рядом привилегий, которые выделяли их как элиту общества таино: они жили в большом прямоугольном доме в центре деревни (а не в круглых хижинах на периферии, как остальные), и у них были специальные места для наблюдения за (церемониальными танцами) и . Самое главное — слово касика было законом, и они использовали эту власть для управления сложной системой, глубоко вовлечённой во все аспекты социальной жизни.
Испанцы транслитерировали слово kasike и использовали термин (cacique) для обозначения местного вождя практически любой индейской группы в .Murdo J. MacLeod, "Cacique, Caciquismo" in Encyclopedia of Latin American History and Culture. Vol. 1, p. 505. New York: Charles Scribner's Sons 1996. Карибские касики, которые не выступили против испанцев изначально, стали посредниками между своими общинами и испанцами. Однако их сотрудничество часто было временным. Большинство ранних касиков в конце концов восстали, что привело к их гибели в бою или казни.MacLeod, "Caciques, Caciquismo", p. 505. Двое из самых известных касиков той колониальной эпохи — Атуэй (с территории современной Кубы) и Энрикильо (с острова Эспаньола).Ida Altman, "The Revolt of Enriquillo and the Historiography of Early Spanish America," The Americas vol. 63(4)2007, 587-614. ба сегодня являются национальными героями соответственно на Кубе и в Доминиканской Республике.
Гораздо больше успеха испанцы добились, когда привлекли на свою сторону вождей более иерархически организованных индейских цивилизаций Центральной Мексики. Эти касики из центральной Мексики стали более эффективными и лояльными посредниками в новой системе колониального правления. Иерархия и номенклатура индейских вождей обычно сохранялась внутри данной общины, и испанское назначение касиков не всегда соответствовало наследственному или наиболее вероятному кандидату от традиционной системы индейского лидерства.
В результате элитные индейцы, готовые сотрудничать с колониальными правителями, заменяли своих соперников, имевших более сильные наследственные или традиционные права на власть.Charles Gibson, The Aztecs Under Spanish Rule: A History of the Indians of the Valley of Mexico, 1519-1810, Stanford: Stanford University Press 1964, p. 36. Испанцы признали индейскую знать своего рода европейским дворянством в рамках новой колониальной системы. Статус касика (и его семьи) в глазах колонизаторов подкреплялся тем, что им разрешалось использовать испанские дворянские титулы дон и донья.
Будучи колониальными посредниками, касики часто первыми внедряли европейскую материальную культуру в своих общинах. Это проявлялось в испанских домах, которые они строили, в испанской мебели, которой они их обставляли, и в европейской одежде, которую они носили. Они участвовали в испанских коммерческих предприятиях — разводили овец и крупный рогатый скот, занимались шелководством. Многие даже владели порабощёнными африканцами, которые работали на этих предприятиях. Касики получили и новые привилегии, неизвестные до контакта с европейцами. К ним относились право носить мечи и огнестрельное оружие, ездить верхом на лошадях или мулах.Horn, Rebecca. "Caciques." In Davíd Carrasco (ed). The Oxford Encyclopedia of Mesoamerican Cultures. Vol 1. New York : Oxford University Press, 2001. Некоторые касики владели поместьями, которые назывались . Записи о многих из этих мексиканских поместий хранятся в мексиканском национальном архиве в разделе Vínculos («майораты»).Guillermo S. Fernández de Recas, Cacicazgos y Nobiliario Indígena de la Nueva España, Mexico: Biblioteca Nacional de México, 1961.S.L. Cline, "A Cacicazgo in the seventeenth century: The case of Xochimilco" in Land and Politics in the Valley of Mexico: A two-thousand-year perspective. Ed. H.R. Harvey. Albuquerque: University of New Mexico Press 1991.Guido Münch, El cacicazgo de San Juan Teotihuacan durante la colonia, 1521-1821. Mexico City: SEP, Instituto Nacional de Antropología e Historia, Centro de Investigaciones Superiores 1976.
Создание испанских городских советов (кабильдо) служило механизмом вытеснения традиционной власти. Испанские манипуляции с выборами в кабильдоRobert Haskett, Indigenous Rulers: An Ethnohistory of Town Government in Colonial Cuernavaca. Albuquerque: University of New Mexico Press 1991. обеспечивали место в этих городских советах лояльным представителям традиционных наследственных династий.MacLeod, "Cacique, Caciquismo", p. 505.
К позднему колониальному периоду в центральной Мексике термин «касик» утратил всякое династическое значение. Один из исследователей отмечает: «Статус касика мог в какой-то мере поддерживать престиж семьи, но сам по себе он уже не считался рангом, дающим большую власть».Gibson, The Aztecs Under Spanish Rule, p. 163.
В прошении 1769 года, поданном семьёй касиков вице-королю Новой Испании с просьбой восстановить их привилегии, перечислялись следующие ожидания: «чтобы касик сидел отдельно от простолюдинов на публичных мероприятиях; чтобы он был освобождён от службы в городском совете; чтобы он был освобождён от дани и других поборов; чтобы он был освобождён от воскресных богослужений и уплаты пол-реала; чтобы его слуги не привлекались к общественным работам; чтобы он не подлежал тюремному заключению за долги, а его имущество — конфискации; чтобы он мог быть заключён в тюрьму за тяжкое преступление, но не в общей тюрьме; чтобы имена касиков вносились в официальные реестры среди дворян; и „все эти привилегии в равной степени распространяются на жён и вдов касиков“». С обретением Мексикой независимости в 1821 году последние особые привилегии касиков колониальной эпохи были окончательно отменены.Gibson, "The Aztecs Under Spanish Rule," pp. 164-65.
В отличие от остальной Испанской Америки, в Андском регионе вместо «касика» предпочитали местный термин курака. После завоевания Империи инков испанцы, управлявшие новым вице-королевством Перу, позволили куракам (или касикам) сохранить свои дворянские титулы и привилегии местного правления при условии, что они присягнут на верность испанскому монарху.
В 1781 году возглавил курака, утверждавший, что он потомок королевской линии инков — линии последнего инки, Тупак Амару II. При обретении независимости в 1825 году Симон Боливар отменил дворянские титулы, но власть и престиж кураков уже приходили в упадок после Великого восстания.Cecilia Méndez, The Plebeian Republic: The Huanta Rebellion and the Making of the Peruvian State. Durham: Duke University Press 2005, pp. 102-05. Восстания кураков происходили с самого начала испанского колониального правления. И десятилетия спустя после восстания Тупака Амару II другие инсуррекции — такие как восстания Тупак Катари или Матео Пумакауа — часто становились первыми крупными событиями Войн за независимость в Южной Америке.
Касики (женщины) в колониальной Мексике Касики (женщины) играли важную роль как лидеры и предприниматели в индейских общинах Мексики. Эти женщины обладали титулами самостоятельно, независимо от своих мужей, и не теряли своего статуса, если выходили замуж за человека ниже их ранга. Касики обладали финансовой проницательностью, занимались коммерческими операциями (например, сделками с недвижимостью) и управляли финансовыми сетями. Они владели ценным имуществом — землёй, домами и скотом, часто занимая лучшие и самые плодородные территории.
Несмотря на свою предпринимательскую направленность, касики обладали также значительной властью, признаваемой индейскими общинами, испанской короной и Католической церковью. Их статус соперничал со статусом знатных испанцев. Они имели привилегии, такие как особое отношение во время религиозных церемоний и даже почётные места захоронения. Это признание выходило за рамки их происхождения, превосходя ранг таких известных фигур, как Исабель Монтесума и её потомки.
Многогранная роль касик подчёркивает их вклад в мексиканское общество под властью Испании, демонстрируя их умение вести экономическую деятельность, осуществлять общественное руководство и оказывать культурное влияние в индейских общинах.
Касикизм и каудильизм Расширение термина «касик» — касикизм («власть боссов») — может означать политическую систему, в которой доминируют местные политические боссы, то есть касики. В постиндустриальный период в Мексике этот термин сохранил значение «индейский» вождь, но также приобрёл более общее значение «местный» или «региональный» лидер.John Lynch, Caudillos in Spanish America: 1800-1850. Oxford: Clarendon Press 1992, p.6.Mark Wasserman, Capitalists, caciques, and revolution: the native elite and foreign enterprise in Chihuahua, Mexico, 1854-1911. Chapel Hill: University of North Carolina Press, 1984. Некоторые учёные проводят различие между каудильо (политическими ) и их правлением — каудильизмом — с одной стороны, и касиками с касикизмом — с другой.Fernando Díaz Díaz, Caudillos y caciques: Antonio López de Santa Anna y Juan Álvarez. Mexico, 1972, 3-5. Один аргентинский интеллектуал, Карлос Октавио Бунхе, рассматривал касикизм как явление, возникающее из анархии и политической дезорганизации, а затем эволюционирующее в «мирную» форму «цивилизованного касикизма», примером чего служит мексиканский Порфирио Диас (правил в 1876–1911 годах).Carlos Octavio Bunge, "Caciquismo in Our America" (1918), in Hugh M. Hamill, ed. Caudillos: Dictators in Spanish America. Norman: University of Oklahoma Press 1992, p. 172. Другой аргентинский писатель, Фернандо Н. А. Куэвильяс, считает касикизм «не чем иным, как особой разновидностью тирании».Fernando N.A. Cuevillas, "A Case for Caudillaje and Juan Perón" in Hugh M. Hamill, ed. Caudillos, p. 287.
В Испании касикизм появился в конце XIX — начале XX века, в период Реставрации. Писатель Рамон Акаль Гонсалес считает, что Галисия на северо-западе Испании веками находилась в состоянии постоянного удушливого роста в результате касикизма и кумовства. По его словам, «Галисия до сих пор страдает от этой анахроничной касты касиков».Ramón Akal González, Obra Completa II, 1977, p. 111. Стоит отметить, что испанский каудильо Франсиско Франко родился в Ферроле в Галисии.