Кало́джеро «Дон Кало́» Вицци́ни (; 24 июля 1877, Виллальба, Кальтаниссетта, Сицилия, Италия — 10 июля 1954, Виллальба, Кальтаниссетта, Сицилия, Италия) — сицилийский «великий кало», один из самых знаменитых и влиятельных послевоенных сицилийских мафиозных боссов. В прессе его часто называли «боссом боссов», хотя в иерархии Коза Ностра такого звания не существует.
Виццини был архетипическим представителем «человека чести» патерналистского образца — выходцем из «сельских мафиози», выполнявших в общинной сицилийской жизни роль не столько криминальных авторитетов, сколько социальных посредников и «людей, стоящих за порядок и мир» и окончательно исчезнувших в 1960 — 1970-е годы. Часто прибегавший к насилию, чтобы утвердиться на первом этапе своей карьеры, впоследствии он ограничил его применение, поддерживая свою власть «открытыми» и «законными» методами.
Дон Кало является главным персонажем мифов о поддержке мафией союзных войск во время операции «Хаски» в 1943 году. После Второй мировой войны он стал олицетворением восстановления Коза Ностра и последующим символом восстановления демократии после фашистских репрессий. Первоначально он поддержал Движение за независимость Сицилии, но потом, когда стало ясно, что независимость Сицилии недопустима, он поддержал христианских демократов.
Когда в 1954 году он умер, в его похоронах приняли участие высокопоставленные политики, мафиози, прелаты и тысячи крестьян, одетых в чёрное. Похоронная эпитафия гласила: «Его мафия не была преступна, поддерживала уважение закона, защиту прав, величие характера. Это был предмет любви».
Ранние годы Калоджеро родился в Виллальбе, маленькой кальтаниссеттской коммуне, чьё население тогда составляло около 4000 человек. Этот район в центре Сицилии, известный как «Валлон», был бедным регионом, в котором большинство людей жили за счёт натурального хозяйства. Его отец, Беньямино, был крестьянином, но ему удалось жениться на Туридде Скарлатте, женщине из чуть более зажиточной крестьянской семьи, которая владела землёй. Брат его матери, Джузеппе Скарлатта, имел большой авторитет в католической церкви. Братья Калоджеро, Джованни и Джузеппе, стали священниками. Джузеппе Виццини стал епископом Ното. Калоджеро, однако, был малограмотен и не окончил начальную школу.
Мафия Виллальбы была сравнительно молодой, поскольку не уходила корнями в 1860-е, считавшиеся периодом, когда мафия возникла вокруг Палермо. Она появилась как форма личной защиты и имела мало общего с делами с недвижимостью, как это было в других сельских районах, где многие мафиози начали как смотрители за собственностью и арендаторы (габеллотто или судебные приставы) для заочных хозяев.
В 1890-х некоторые люди, включая молодого Калоджеро, решили, что надо что-то делать по поводу отсутствия безопасности в сельской местности. Полиция Италии в то время была не менее опасной, чем сами преступники. Виллальбская мафия, таким образом, возникла как альтернативный социальный режим, основанный на членстве в церковно-спонсируемых ассоциациях, которые создали значительный социальный капитал. Позже это вылилось в крышевание жителей и собственников, с применением запугивания, насилия и омерты.
Дон Кало объяснил, как он видит мафию, когда давал интервью одному из самых известных итальянских журналистов, Индро Монтанелли, для газеты «Corriere della Sera» (30 октября 1949):
«Факт в том, что в каждом обществе должна быть категория людей, которая распутывает клубок проблем во время сложных ситуаций. Обычно это государственные чиновники. Если государство не настоящее или не имеет достаточно силы, это делают частные лица»Hess, 1998, p. 74 цитирует слова Монтанелли несколько иначе: «The fact is, he replied after a while, that in any society there must be a category of persons who put things right again when they have become complicated».Montanelli, Indro. Pantheon minore . — Milan: Longanesi, 1950. — Цитируется в: Arlacchi, 1988, p. 29..
В своё время уголовное досье Калоджеро включало 39 убийств, 6 покушений на убийство, 13 случаев применения насилия по отношению к частным лицам, 36 грабежей, 37 краж и 63 случая вымогательств.
Начало карьеры Калоджеро стал промежуточным звеном между крестьянами, которые хотели перемалывать свою пшеницу в муку, и мельницами, расположенными вблизи побережья. Мафиози, не терпевшие никакой конкуренции, контролировали мельницы. В случае Калоджеро они находились в 80 милях. Безопасно перевезти зерно к мельницам по дорогам, кишащим бандитами, было нелегко.
Он организовал защиту вместе с бандитом , чьё убежище находилось на горе Каммарата. Варсаллона поставлял рабочую силу крупным землевладельцам, чтобы подавлять фермерские восстания. Калоджеро вошёл в банду Варсаллоны, когда вёл свой бизнес. В 1902 году они оба были арестованы после того, как попали в ловушку, устроенную полицией. Калоджеро предстал перед судом за соучастие, но был одним из немногих оправданных.
Этот эпизод имел несколько негативных последствий: в 1908 году Калоджеро смог скупить значительную часть недвижимости в Беличи, когда был посредником между герцогом Франческо Томасом де Барберином, проживавшем в Париже, и местным сельским банком Cassa Rurale, чей директор, священник Скарлатта, был дядей Калоджеро. Калоджеро взял для себя 290 гектаров земли, а оставшуюся часть щедро отдал банку, чтобы сдавать её в аренду крестьянам-католикам.
Первая мировая война и после неё К 1914 году, на момент начала Первой мировой войны, Калоджеро был бесспорным мафиозным главой в Виллальбе. В условиях войны мафия получила новые возможности для самостоятельного обогащения, когда итальянская армия реквизировали лошадей и мулов в Сицилии для кавалерии и артиллерии. Калоджеро пришёл к соглашению с армейской комиссией, что эти обязанности будут доверены ему. Он собирал подушный налог на животных, владельцы которых желали избежать реквизиции. Он также был «животным брокером» — покупал животных по низким ценам, после чего по рыночным ценам продавал их армии.
Однако слишком много лошадей и мулов умерли от болезней или старости даже прежде, чем они достигли поля боя, и армия провела расследование. В 1917 году Калоджеро был приговорён к 20 годам в суде первой инстанции по обвинению в мошенничестве, коррупции и убийстве, но был освобождён благодаря друзьям с большими связями, которые оправдали его. Он сделал своё состояние на чёрном рынке во время Второй мировой войны и расширил свою деятельность на серные шахты. Как представитель консорциума операторов серных шахт, Калоджеро принимал участие в совещаниях высокого уровня в Риме и Лондоне, касающихся государственных субсидий и тарифов, рядом с такими людьми, как , основатель химического концерна «Монтекатини», и , министр финансов Италии во время правления фашистского режима Бенито Муссолини. Дон Кало также увеличил своё состояние в 1922 году, когда возглавил недовольных крестьян, захвативших земли помещиков-аристократов. Калоджеро купил три поместья в районе Виллальбы, разделил их и передал их — якобы, не получив прибыли, по мнению некоторых — основанному им кооперативу. По данным местных сельчан, хоть каждый крестьянин и получил свой участок, Калоджеро оставил себе более 12 000 акров (49 км²)Villalba Journal; How Don Calo (and Patton) Won the War in Sicily // The New York Times. — 1994. — May 24.. В то время, по словам немецкого социолога , Калоджеро мог бы легко быть избранным депутатом парламента. Тем не менее он предпочитал оставаться в тени, вместо этого информируя избирателей и выборных должностных лиц, играя роль доброжелательного благодетеля, укреплявшую его клиентскую базу и престиж. Власти считали его опасным преступником. Один из полицейских отчётов 1926 года описал его как опасного дельца, промышляющего крупным рогатым скотом, и провинциального мафиозного босса, связанного с мафией других регионов.
С появлением Муссолини и началом фашистской диктатуры судьба Калоджеро изменилась. Муссолини не терпел соперников у власти на Сицилии. Он утвердил Чезаре Мори префектом Палермо и дал тому особые полномочия для борьбы с мафией. Калоджеро утверждает, что был арестован Мори, но исторических записей не сохранилось. Он, скорее всего, был отправлен в заключение на материковую часть Италии, хотя конкретный город неизвестен. Несмотря на заключение, его регулярно замечали в Виллальбе и Кальтаниссетте.
Предполагаемая поддержка вторжения союзников на Сицилию Есть предположение, что в июле 1943 года Калоджеро помогал американской армии во время вторжения на Сицилию (Сицилийская операция). В США Управление военно-морской разведки (ONI) заручилось поддержкой мафии для защиты нью-йоркской набережной от саботажа со стороны стран Оси, с тех пор как США вступили в войну в декабре 1941 года. ONI сотрудничало с Лаки Лучано и его партнёром Меиром Лански, еврейским гангстером, в так называемой операции «Underworld». В результате контакты мафии также были использованы OSS, военным предшественником ЦРУ, во время вторжения на Сицилию. Позже союз был сохранён в целях сдерживания растущей силы компартии Италии.
Популярный миф гласит, что истребитель армии США пролетел над Виллальбой в день вторжения/утром 14 июля (данные разнятся), сделал круг и вернулся, чтобы уронить возле церкви какой-то пакет, и сбросил жёлтый шёлковый футляр, отмеченный чёрной буквой L, что означало «Лучано» (). Пакет и его содержимое были переданы капралу-карабинеру Анджело Ричолли (ныне главному сержанту полицейской службы в Палермо). На следующий день самолёт вернулся и уронил второй пакет — на сей раз неподалёку от дома виднейшего жителя Виллальбы — Калоджеро Виццини, — для которого он и предназначался. Пакет подобрал слуга семейства Виццини, Кармело Бартоломео, который, должно быть, подглядывал через плечо хозяина, когда тот вскрывал пакет, потому что позже сообщил газетчику, что видел жёлтый носовой платок с буквой L. Самолёт сбросил письмо следующего содержания: «Во вторник 20 июля Кум Тури погонит свой скот на ярмарку в Черду. А я в этот же день вместе с быком, коровами и телегами, также отправлюсь в путь. Подготовь место для того, чтобы укрыть и накормить скот» («бык» — американский главнокомандующий, «коровы» — это американские солдаты, «телеги» — танки). Письмо было написано мафиозным жаргоном и сообщало, что дон Тури будет сопровождать американскую моторизованную дивизию до Черды. 15 июля письмо конным гонцом было отправлено Джузеппе Дженко Руссо.
Через два дня после доставки, 20 июля, в Виллальбу въехали три американских танка, проехавшие тридцать миль через вражескую территорию. В это время авангард 7-й армии находился ещё в тридцати милях, — одинокий джип вырвался вперёд, чтобы заехать в Виллальбу и увезти с собой незаменимого дона Кало. Однако джип сделал в одном месте неверный поворот, попал под огонь итальянского патруля, и один из сидевших в нём людей погиб. В тот же день, но позже, три американских танка совершили повторную попытку — и она оказалась успешной. Над одним из этих танков развевался всё тот же жёлтый флаг с чёрной буквой L, а когда танк остановился на главной площади, из орудийной башни вылез офицер, заговоривший на чистейшем сицилийском диалекте этой местности. Дон Калоджеро, поднявшийся на борт, провёл шесть дней, путешествуя по западной Сицилии, организуя поддержку продвигавшимся американским десантникам и танковой колонне и убеждая итальянских солдат сдаться.