Битва полов () — матч, состоявшийся 13 мая 1973 года между ветераном мужского тенниса Бобби Риггсом и одной из ведущих профессиональных теннисисток этого времени Билли Джин Кинг. Матч, проходивший в Хьюстоне (Техас) с большой помпой и собравший рекордную для теннисной встречи аудиторию, состоялся на фоне борьбы женщин-теннисисток за равные призовые с мужчинами, которую возглавляла Кинг, и, закончившись её победой, значительно способствовал достижению этой цели. Позже Кинг использовала свою популярность при поддержке поправки в законодательство США, известной как «Раздел IX» и предоставляющей женщинам равные права на получение спортивных стипендий во время учёбы в университете. В дальнейшем высказывались предположения, что Риггс мог сознательно проиграть матч, однако документального подтверждения они не получили.

В понятие «Битва полов» иногда включают также предшествовавший матчу Кинг и Риггса поединок Риггса с другой известной теннисисткой, Маргарет Смит-Корт, окончившийся его победой. В дальнейшем название «Битва полов» неоднократно использовалось для показательных теннисных матчей между мужчинами и женщинами. События матча Кинг и Риггса легли в основу телевизионного фильма 2001 года «Когда Билли побеждает Бобби» и кинофильма «Битва полов», вышедшего на экраны в 2017 году.

Исторический контекст На протяжении десятилетий теннисные функционеры поддерживали имидж тенниса как игры, свободной от финансовых соображений. Большинство престижных турниров до 1968 года было закрыто для теннисистов-профессионалов, получающих деньги за свою игру, что повлекло за собой жёсткое разделение мужского тенниса на любительский и профессиональный. Несмотря на потерю возможности играть на Уимблдоне, чемпионате США и других известных турнирах, часть мужчин-теннисистов постоянно уходила в профессиональный спорт, предлагавший за выступления значительные гонорары. В числе участников первых профессиональных туров после Второй мировой войны был абсолютный чемпион Уимблдонского турнира 1939 года и двукратный чемпион США Бобби Риггс, отобравший в 1947 году звание лучшего теннисиста среди профессионалов у знаменитого Дона Баджа. Позже Риггс занял место менеджера этого тура, в свою очередь уступив роль главной звезды Джеку Креймеру, а ещё несколько лет спустя уже сам Креймер перешёл на пост менеджера, но Риггс остался среди главных организаторов тура.

Хотя центральной фигурой самого первого профессионального теннисного тура, в 1926 году, была Сюзанн Ленглен, в дальнейшем женщины-теннисистки, в отличие от мужчин, редко переходили в профессионалы. Одна из таких попыток была осуществлена именно в рамках тура Джека Креймера и Бобби Риггса, когда участвовать в нём была приглашена американская теннисистка Гасси Моран. На Уимблдонском турнире 1949 года Моран произвела фурор своими кружевными трусиками, выглядывавшими из-под юбки, и организаторы тура ожидали наплыва публики на её матчах и хороших сборов, гарантировав ей ещё до начала турне 35 тысяч долларов. Однако Полин Бетц, которую они подписали в качестве соперницы Гасси, оказалась намного более сильной теннисисткой и выигрывала все матчи между ними. Риггсу пришлось уговаривать её сделать вид, что она не может продолжать выступления из-за травмы, а когда она с негодованием отказалась — хотя бы создавать видимость равной борьбы на корте. Когда же Гасси наконец выиграла матч, Бетц покинула корт в слезах и устроила Бобби сцену. Тур с участием Моран и Бетц оказался убыточным и убедил Риггса в том, что женский теннис недостаточно привлекателен для публики.

Лишь в конце 1960-х годов, с наступлением Открытой эры в теннисе и допуском профессионалов в ведущие турниры наравне с любителями, женщины стали получать призовые за участие в турнирах. Суммы призовых, однако, были намного ниже, чем в параллельных мужских соревнованиях. Характерным примером мог служить турнир Pacific Southwest Open в Лос-Анджелесе, промоутером которого был Джек Креймер: призовые победителю этого турнира у мужчин составляли 12,5 тысячи долларов, а у женщин — 1,5 тысячи. Это неравенство заставило нескольких ведущих теннисисток во главе с американкой Билли Джин Кинг угрожать бойкотом Открытого чемпионата США и организовать свой собственный профессиональный тур. Кинг заявляла, что причиной конфликта были не только деньги: её цель — «дать женщинам возможность играть в теннис и обратить на это всеобщее внимание». Непримиримая позиция принесла Билли Джин славу защитницы прав женщин и прозвище «сжатый кулак женского тенниса». В 1971 году она стала первой женщиной в истории профессионального тенниса, заработавшей за сезон больше 100 тысяч долларов призовых (сильнейшие мужчины в этот же год получили больше чем по 200 тысяч). Более существенные плоды её борьба принесла к 1973 году, когда организаторы Открытого чемпионата США объявили о намерении уравнять мужские и женские призовые (за победу в этом соревновании в 1972 году Кинг получила только 40 % от суммы, заработанной Илие Настасе — чемпионом среди мужчин).

Борьба женщин за равные призовые в теннисных турнирах протекала на фоне общей борьбы женщин США за равноправие. В 1972 году Конгрессом США были приняты поправки к законодательству об образовании, один из пунктов которых (известный как «Раздел IX» ) объявлял незаконной любую дискриминацию по половому признаку. Хотя первоначально ожидалось, что действие закона коснётся в основном сфер трудоустройства, связанных с высшим образованием, скоро стало ясна его исключительная важность для женского спорта. В это время ассигнования на женский спорт в школах и вузах были на порядки меньше, чем на мужской: так, в 1969 году совет по школьному образованию Сиракьюса (штат Нью-Йорк) выделял 90 тысяч долларов на спортивные секции для мальчиков и 200 долларов — для девочек. В 1973 году в Вашингтонском университете, где больше 40 % студентов составляли девушки, ассигнования на женский спорт составляли менее 1 % ассигнований на мужской, а в колледже Вассар, где девушки составляли 2/3 студентов, на женские команды выделялось вдвое меньше денег, чем на мужские. В этом качестве Раздел IX, так же как и принятое в начале 1973 года решение Верховного суда по делу «Роу против Уэйда», стал мишенью резкой критики со стороны носителей патриархальных взглядов.

К этому моменту игровая карьера Бобби Риггса официально подошла к концу, и он работал тренером в гостиничных теннисных клубах, а затем служащим в компании American Photographic. Компания принадлежала семейству Уилан, и дочь владельцев — Присцилла Уилан — в конце 1950-х годов стала женой Риггса, что обеспечивало ему безбедное существование на всём протяжении их брака. Их развод в 1972 году был полюбовным, и по его условиям на банковский счёт Бобби лёг почти миллион долларов (намного позже роман Бобби и Присциллы возобновится, и они поженятся вторично).

В 1960-е и начале 1970-х годов Риггс продолжал играть в теннисных соревнованиях среди ветеранов, и после начала Открытой эры начал часто выступать с публичным осуждением ничтожного размера призовых, выплачиваемых в этих турнирах. Для своего возраста 55-летний Риггс был ещё в достаточно хорошей форме и зарабатывал деньги, играя на пари с теннисистами и гольфистами-любителями. Его друг Лорни Куле вспоминал:

Помимо теннисных матчей в обычном формате, Риггс часто устраивал теннисные шоу, играя с ведром воды в руках, в ластах, со скамейками, расставленными на его стороне корта, а также со слоном, ослом или львёнком на поводке в качестве «партнёра». Бобби тяготила рутина и он жаждал более насыщенной жизни. Будучи крайне азартным игроком, он постоянно делал ставки на результаты футбольных матчей и скачек, подчас проигрывая крупные суммы (в один из дней его проигрыш составил 30 тысяч долларов); схожие суммы он порой проигрывал и в казино. В борьбе Кинг и других женщин-теннисисток за равные призовые Риггс увидел возможность снова напомнить о себе, а также заработать. Он начал выступать с публичными заявлениями о том, что если женщины получают высокие призовые, то мужчинам-ветеранам они причитаются тем более, поскольку те демонстрируют игру более высокого класса. Риггс (объявивший сам себя «сексистом номер один в мире») заявлял, что готов доказать своё превосходство на корте против любой женщины-теннисистки. Больше всего ему хотелось сыграть против Кинг, возглавлявшей «освободительную борьбу» женщин. Однако Кинг отвергала все его предложения, считая, что от встречи с ним женский теннис ничего не выиграет.

Матч Риггса со Смит-Корт

Несмотря на все старания, Риггсу не удавалось добиться матча с Кинг. Однако он сумел уговорить встретиться с ним другую ведущую теннисистку, 30-летнюю Маргарет Смит-Корт — обладательницу Большого шлема 1970 года и на тот момент первую ракетку мира. Биограф Риггса Том Лекомпт высказывает мнение, что её согласие встретиться в матче с Бобби было не в последнюю очередь реакцией на тот факт, что первоначально он заявлял о стремлении сыграть именно с Кинг; в этом факте Маргарет увидела вызов, отрицание её позиции во главе женской теннисной иерархии.

Корт пропустила почти год в своей игровой карьере после рождения своего первого ребёнка в 1972 году, но успешно вернулась в большой теннис в начале 1973 года, выиграв Открытый чемпионат Австралии. В отличие от Кинг, она не была феминисткой, а с 1972 года к тому же обратилась к религии, и — также в отличие от Кинг — она не принимала выходки Риггса всерьёз, как угрозу для профессионального женского тенниса. По словам спортивной писательницы Селены Робертс, Корт видела в нём не символ борьбы против равноправия женщин, а всего лишь человека — жалкого стареющего экс-чемпиона с устаревшей манерой игры и сексистскими замашками. В интервью она говорила журналистам, что на тренировках побеждала «мужчин посильнее, чем Бобби». Презрительно-насмешливое отношение к Риггсу среди женщин-теннисисток в это время не было прерогативой Корт: Розмари Казалс, одна из соратниц Кинг по первым дням женского профессионального тура, часто выступавшая вместе с ней в парных встречах, называла его «стариком, который ходит, как утка, не видит, не слышит и к тому же идиот».

Риггс сумел получить согласие Корт на матч, предложив ей 10 тысяч долларов — пять из них были его собственными деньгами, а ещё пять добавлял его знакомый, предприниматель-застройщик Рэй Уотт. Их игру должен был освещать телевизионный канал CBS, что также способствовало согласию Маргарет, которой причиталась доля с дохода от трансляции (вне зависимости от результата матча канал гарантировал ей 5000 долларов, а Риггсу 7500). После заключения договорённости о встрече Риггс начал интенсивно к ней готовиться. Его сын Ларри позже вспоминал, что Бобби тренировался ежедневно по шесть часов (по другим данным, до 10 и даже до 12 часов в день). Он сел на диету, богатую белками, витаминами и молочными продуктами, которую для него составил ведущий диетолог Голливуда Рео Блэр, а у своего лечащего врача добился рецепта на декседрин, который называл своими «энергетическими пилюлями». Он посещал турниры, в которых выступала Корт, в деталях изучая её игру, и составил план, как лучше всего играть против неё. В этот план входили мягкие удары, кручёные мячи, которые должны были нейтрализовать силу её собственных ударов, чередование укороченных мячей и свечей с тем, чтобы сбить её с ритма и измотать. Одновременно Риггс продолжал оскорбительную кампанию в прессе против феминизма и женского равноправия под лозунгами наподобие «Женщины, которые могут, делают. Те, которые не могут, становятся феминистками». Корт продолжала жить в своём обычном режиме, лишь незадолго до матча начав ежедневные тренировки с мужчиной-партнёром; за неделю до игры в теннисных кругах распространился слух, что на тренировке она успешно справилась с Тони Трабертом — звездой тенниса 1950-х годов. Несмотря на это, подавляющее большинство ставок накануне матча делалось на Риггса.